Древо ангела - Люсинда Райли

что ты никогда больше не увидишь этого человека, потому что он отправился в место, которое называется Небеса, и будет жить там на пушистом облаке вместе с Боженькой. Она посмотрела на мать и заметила, что та тоже не плачет. Она смотрела куда-то вдаль, а не вниз, в эту большую темную дыру.

Вид гроба напомнил Ческе про ее постоянный ночной кошмар. Она отвернулась и уткнулась лицом в локоть матери, надеясь, что все это скоро кончится и они смогут пойти домой.

– Думаю, юная леди, вам пора отправляться спать.

Ческа мирно сидела на коленях у Дэвида в библиотеке.

– Хорошо, мама.

– А хочешь, я поднимусь наверх, когда мама тебя уложит, и расскажу тебе одну из моих особенных историй?

– Да-да, дядя Дэвид, пожалуйста.

– Тогда договорились. Сейчас приду.

– Спокойной ночи, тетя ЭлДжей, – Ческа слезла с колен Дэвида и поцеловала тетушку в щеку.

– Спокойной ночи, дорогая. Не давай блохам тебя кусать.

– Не дам, – хихикая, Ческа пошла вслед за Гретой из комнаты. – Мама, мне тут так нравится, и тетя ЭлДжей такая милая. Я рада, что у нас есть еще родня. Как ты думаешь, она очень старая? – спросила она, взбираясь по лестнице.

– Нет, не очень.

– Старше папы?

– Наверное, немного моложе. – Грета отвела Ческу по коридору в детскую, надеясь, что ребенок не почувствует ее собственного предубеждения при мысли об этой комнате, где она в свое время провела столько часов, возясь с близнецами. – Ну вот, дорогая, – бодро сказала она, выдавив улыбку на лице. – Видишь, ты спала тут, когда была совсем маленькой. Ческа, ради бога, в чем дело? – Грета обернулась на дочь, которая буквально застыла на пороге комнаты с посеревшим лицом.

– Я… О, мамочка, а можно я сегодня буду спать в твоей комнате?

– Ты уже большая девочка, а это такая удобная комната. Смотри, вот даже одна из твоих старых кукол.

Ческа продолжала стоять в дверях как деревянная.

– Ческа, не надо упрямиться. У мамы был долгий трудный день. Иди надевай ночную сорочку.

– Мама, ну пожалуйста, можно мне спать с тобой. Мне тут не нравится, – взмолилась она.

– Давай так, ты будешь хорошей девочкой, переоденешься, ляжешь в кроватку, и дядя Дэвид придет и расскажет тебе сказку. А потом, если ты все еще не захочешь тут спать, то пойдешь ко мне в кровать. Договорились?

Ческа кивнула и сделала робкий шаг в комнату.

С облегчением выдохнув, Грета помогла ей переодеться. Потом она уложила ее на узкую кроватку, подоткнула одеяло и присела рядом.

– Ну вот видишь. Это очень милая, хорошая комната.

Но Ческа смотрела куда-то позади Греты.

– Мама, а почему тут стоят две колыбельки? Одна из них была моего брата Джонни?

Грета обернулась и увидела их. Не желая расстраивать дочку, она подавила в себе всколыхнувшиеся эмоции.

– Да, так.

– Так почему же она все еще тут?

– Ну, думаю, Мэри просто забыла убрать их, когда мы уехали.

– А почему мы уехали?

Грета тяжело вздохнула и поцеловала Ческу в лоб.

– Я завтра тебе расскажу, дорогая.

– Только не уходи, пока не придет дядя Дэвид, мама, пожалуйста.

– Хорошо, дорогая, не уйду.

– Это моя любимая девочка лежит тут в кроватке? – появился на пороге Дэвид.

Ческа сумела улыбнуться, пока Грета поднималась с кровати.

– Доброй ночи, дорогая. Только не рассказывай ей страшных историй, Дэвид. Она немного взволнована, – прошептала Грета, проходя мимо него на пути из комнаты.

– Ну конечно не буду. Я собирался рассказать Ческе про знаменитого уэльского гнома, которого зовут Шуни и он живет в пещере на склоне холма не так далеко отсюда.

Грета смотрела, как Дэвид присел на край кроватки. Она постояла немного у двери, слушая начало истории, а потом тихонько спустилась вниз.

Пока Дэвид рассказывал свою сказку, лицо Чески понемногу начало расслабляться и она уже хихикала, слушая, как Дэвид говорит за гнома смешным голосом.

– И все жили…

– Долго и счастливо?

– Именно так. Ну, думаю, тебе уже пора спать.

– Дядя Дэвид?

– Да, дорогая?

– А почему в сказках и в кино никто не умирает, кроме самых злых?

– Потому что такие истории так устроены. Добро живет, а зло умирает.

– А мой папа был злым?

– Нет, милая.

– Почему же он тогда умер?

– Потому что он был настоящим, а не выдуманным человеком.

– О, дядя Дэвид?

– Да?

– А призраки существуют?

– Нет, они тоже есть только в сказках. Спи крепко, Ческа. – Дэвид легко поцеловал ее в щеку и пошел к двери.

– Пожалуйста, не закрывай дверь!

– Не буду. И мама чуть позже тоже зайдет тебя проведать.

Дэвид спустился вниз и присоединился к Грете и ЭлДжей в библиотеке.

– Даже не знаю, было ли так уж правильно брать Ческу с собой на похороны, – вздохнул он. – Она только что спрашивала у меня очень странные вещи.

– И она ужасно не хотела ложиться спать в детской, что совсем на нее не похоже, – ответила Грета. – Когда мы ездим на съемки, она остается в отелях и прекрасно спит в самых разных кроватях без малейшего возражения. Но она все же еще маленькая девочка. Не думаю, что она полностью понимает, что сегодня произошло.

– Не такая уж она и маленькая. Через три года она станет подростком, – заметила ЭлДжей.

– Да, наверное, я воспринимаю ее младше, чем она есть на самом деле, – согласилась Грета. – В кино она обычно играет восьми- и даже семилетних.

– Грета, как ты думаешь, Ческа осознает разницу между фантазиями ее фильмов и реальной жизнью? – осторожно спросил Дэвид.

– Ну конечно! Почему ты спрашиваешь?

– Ну, просто из-за того, что она сказала сейчас там, наверху.

– Что бы там ни было, я бы не придавала этому особого значения. Со всей этой дорогой, да еще похоронами, мы с ней обе просто вымотались. – Грета встала. – Думаю, я тоже пойду наверх, приму ванну.

– Ты не хочешь поужинать, дорогая? – спросила ЭлДжей.

– Нет, спасибо. Я наелась сандвичами еще днем. Спокойной ночи.

Грета быстро вышла из комнаты. Дэвид со вздохом повернулся к матери.

– Я ее расстроил. Она терпеть не может, когда критикуют Ческу.

– Но она странный ребенок, верно?

– Что, мам? – Дэвид очнулся от своих мыслей и сел в кожаное кресло напротив матери.

– Я сказала, что Ческа – странный ребенок. Но, полагаю, это потому, что у нее такая странная жизнь.

– Да, это так.

– Лично я считаю, что вся эта киношная ерунда совершенно не годится, чтобы растить ребенка. Ей надо бегать на свежем воздухе, от этого у нее немного зарумянятся щеки, а на этом тельце нарастет хоть немного мяса.

– Грета говорит, она любит