До встречи в феврале - Эллисон Майклс

– по его словам – натворила. Воск свечи так же стремительно застывает, вытекая на холодный стол.

– То сообщение… – Стыдливо вспомнил мистер Кларк, глядя куда угодно, но только не на меня. – Ужасная ошибка. Я не должен был срываться на вас, мисс Джеймс, просто у меня в жизни началась чёрная полоса, и мне нужно было кого-то обвинить, а вы…

– Попалась под горячую руку? – Оскорбилась я.

– Можно сказать и так. Пусть вы и приложили свою руку ко многому, что случилось…

Я собиралась возмутиться, но он выставил ладони вперёд с жестом «сдаюсь».

– Но я вас не виню сейчас! И не должен был винить тогда! Вы не знали о моей аллергии. И вы не в ответе за поступки своего бывшего парня.

Тут-то я совсем запуталась. Каким образом во всей этой цепочке вдруг возник Гэбриэл? Да, он приходил за картинами, но что такого в безобидном визите, который отнял не больше пяти минут? Разве что…

– Так это Гэбриэл вас так?! – Вскрикнула я, тыкнув в фингал мистера Кларка с расстояния в четыре тысячи миль.

– Не своими руками, но да.

Мистер Кларк в двух словах описал недружелюбную встречу сегодня утром, а я с открытым ртом слушала и не могла поверить, что мой Гэбриэл на такое способен. Вернее, уже не мой. Но чтобы он заказал двух шкафов, лишь бы забрать мои картины! И при этом они избили совершенно незнакомого и совершенно невинного человека! Гэбриэл умел добиваться своего, но калечить людей… он переплюнул даже себя.

Какой стыд! Теперь злость мистера Кларка и то пылкое сообщение не казались такими уж несправедливыми. Всё же, если бы я не выкрала свои картины из галереи, то сейчас его симпатичное лицо не светилось бы сине-красными фанфарами.

– Мне так стыдно, мистер Кларк. Простите, что так вышло.

– Теперь я знаю, что вы ни в чём не виноваты. А я разозлился на вас без причины.

– Теперь? – Переспросила я.

– Вики позвонила. Наорала на меня и рассказала вашу историю с этим Гэбриэлом.

Не может быть! Я ведь поделилась с ней по секрету, а теперь о нём знает тот, кого бы я меньше всего хотела в него посвящать. Настал мой черёд покрываться пятнами, только красными, а не синими. Так мы и сидели, протягивая над всей страной двухцветную красно-синюю гирлянду.

– Она не должна была вам рассказывать. – Тихо проговорила я, уже начиная потеть в пуховике. – И вообще никому не должна была.

– Вики сделала это ради вас. Чтобы открыть мне, слепцу, глаза на ситуацию. И знаете что? Этот ваш чёртов Гэбриэл Бертье – тот ещё подонок. На вашем месте я бы тоже выкрал свои картины.

Теперь моё смущение перешло в следующую фазу, потому что слова мистера Кларка тронули меня. Ледник в его душе растопило. Я чуть не улыбнулась тому, как он сказал «чёртов Гэбриэл». А я ведь выражалась точно так же.

– Ну, это было глупо и совсем незрело. – Повела я плечом, отчего куртка зашелестела, напоминая о своём неуместном присутствии в тёплом доме. – А ещё до нелепости бесполезно. Картины всё равно пришлось вернуть, они ведь по закону принадлежат не мне, а его галерее.

– Неужели ничего нельзя сделать? – Искренне заинтересовался он.

– Я задала Сид тот же вопрос. Но «Арт Бертье» имеет больше прав на эти картины, чем я.

– Как несправедливо. Мне очень жаль, мисс Кларк.

– Как и мне.

Между нами повисло молчание длинной в четыре тысячи миль. На секунду даже показалось, что картинка зависла, но это мистер Кларк не двигался, подбирая слова.

– В общем, – наконец выговорил он, почесав затылок. – Я позвонил вам принести свои извинения и попросить остаться. Мы ведь заключили соглашение. И раз уж я пользуюсь им сполна. – Он развёл руками, намекая на то, что восседает в моей квартире. – То пользуйтесь и вы. И снимите уже наконец этот пуховик, вы сейчас изжаритесь.

А я уж подумала, что мистеру Кларку отбили голову, раз уж он так мил и приветлив. Вот и приказной тон, и свойственная ему прямолинейность, и раздражающее чувство правоты. Я ещё немного постояла истуканом и решила, что не имеет смысла и дальше разыгрывать обиженную девочку. Я получила свою порцию извинений, и пора бы проглотить обиду. Все мы бываем не в духе, все мы срываемся на других. И терять такой шикарный дом с такой шикарной мастерской за бесценок – было бы ещё большей глупостью, чем подписывать контракт с чёртовым Гэбриэлом Бертье.

– Ладно, раз уж вы так уговариваете. – Съехидничала я. – Погодите секунду.

Я уложила мистера Кларка на диван любоваться потолком, а сама скинула пуховик и наконец-то почувствовала лёгкость. Уселась в знакомое кресло и снова увидела его лицо на экране.

– Извинения приняты. – Сказала я. – А вы примите мои. Тот пирог должен был стать символом гостеприимства, а не зерном раздора.

– Просто в следующий раз предупреждайте, если захотите меня прикончить. Предпочитаю быть готовым ко всем непредвиденным поворотам.

Мы улыбнулись друг другу, выстраивая тот самый мостик. Но с таким непредсказуемым и самоуверенным типом этот мост будет выстраиваться ещё долго, если вообще когда-нибудь построится. Настала моя очередь выкладывать кирпичи.

– Раз уж на то пошло, – несмело заговорила я. – Предлагаю сыграть в одну игру, чтобы получше друг друга узнать и не убить при случае.

Моё предложение явно позабавило мистера Кларка, и он поёрзал на диване, придвигаясь поближе. Взяв чашку со столика, он отхлебнул и вскинул брови.

– У вас там кофе? Смотрите не повторите свой трюк со свининой и соусом. – Предостерегла я. – Моему дивану достаточно приключений.

Вместо того, чтобы разозлиться, он вполне дружелюбно рассмеялся.

– Обещаю, что с вашим диваном больше ничего не случится. Так что за игра?

– Двадцать вопросов. Задаём по очереди и отвечаем.

– По-моему, в неё играют не так.

– Моя игра, мои правила. Спрашивать можно обо всём… – Я задумалась. – Ну почти обо всём, что может быть важно. И есть одно условие: отвечать честно.

– Вроде аллергии на арахис и сумасшедших бывших, которые могут впечатать тебя в стену?

– А вы быстро втянулись.

– Что ж. – Мистер Кларк глянул на наручные часы, что даже на таком расстоянии выглядели достаточно дорогими. – У меня есть несколько минут. Кто начнёт?

– Я придумала, потому первый вопрос за мной.

Он снова засмеялся, но кивнул.

– Так и быть. Но у меня есть ещё одно условие. Раз уж мы живём в домах друг друга, и пережили покушение на убийство…

Я почти возмутилась его неуместной шутке.

– Предлагаю перестать называть меня мистер Кларк. Думаю, те,