Почти управляя телом - Маша Саулко

кроме Киры. Она попыталась взять бокал Йохана, но Димитрий шлёпнул её по руке кропилом.

– Тебе и без этого хорошо.

– Почему меня все сегодня пытаются ударить? – насупилась Кира.

– Итак, – Димитрий откинулся в кресле, – Йохан, что за экстренный случай привёл тебя ко мне?

– Ты ведун! – вдруг заявила Кира.

– А кем ещё я должен быть? – возмутился Димитрий. – Ты новенькая, что ли?

– Никогда за пределы МКАДа не выезжала, – усмехнулся Йохан и взял Киру за руку. С силой сжал её пальцы и искренне улыбнулся, глядя на настоятеля. – А в городе, знаете же, чёткое разграничение.

– Да уж. Вернёмся к цели вашего визита. Услуга. Что тебе нужно?

– Я очень многих упокоил для тебя в своё время, отец Димитрий.

– Это правда, – усмехнулся тот. – Видимо, не такой уж и пустяк ты просишь, раз начал с перечисления долгов.

Йохан повертел в руках бокал и осушил его одним глотком.

– Мы столкнулись с очень сильным Кошмаром. Попытались его укротить, но утратили контроль.

– И привели его сюда? – Отец вскочил на ноги и схватился за крест на груди.

– Успокойся, отец, его тут нет, – Йохан поднял две руки в усмиряющем жесте. – Но он может появиться.

– Может? Или появится?

– У нас есть основания полагать, что он будет тут завтра к вечеру.

– Чёрт тебя подери, Йохан, – настоятель сел за свой стол, налил себе ещё вина и пригубил.

– Даже если мы уйдём сейчас, – подала голос Мастер, – то он всё равно придёт.

– Спасибо, дамочка. Я священник, а не идиот, – огрызнулся Димитрий. – Судя по тому, что вы втроём не справились, у меня одного просто нет шансов, – он ударил кулаком по столу. – Йохан, твою мать! Ты не мог заранее меня предупредить?

– Боюсь, что мы теперь все в одной лодке, – заметил Йохан.

– Не все добровольно. А это что? – Димитрий кивнул на Свету. – Ваша закуска?

– Это что-то типа талисмана Киры, – быстро проговорил Йохан, пока никто не успел ничего ответить. – Нам нужна энергия. И твоя помощь.

– Вы же не иссушите их всех? – Димитрий нахмурился. – Что я потом буду делать с таким количеством трупов?

– Мы не убиваем, – сказала Мастер. Они отдельно проговаривали этот момент. Настоятель очень чутко чувствовал правду, поэтому убеждать его в их невиновности должна была именно она.

Димитрий изучал их лица, потирая крест.

– Кажется, у меня не так много вариантов. Будем биться, – решил он. – Нам нужны силы. Где-то тут у меня…

Кира оказалась рядом с ним, накрыла его руку своей и подняла вуаль.

– Я всё сделаю, – прошептала она.

Кира вернулась к прихожанам. Мастер щёлкнула шариками, и люди зашевелились. Они удивлённо оглядывались: для них новички только что стояли совсем в другом месте.

Димитрий выступил вперёд и начал нараспев читать проповедь. Кира слушала его некоторое время, а потом запела. Её мелодия переплеталась с его словами. Постепенно он замолк, а она вышла вперёд. Низкий и глубокий голос Киры креп и улетал под самый купол. Он касался сердец, обволакивал их и поднимал на вершину. Давал надежду и свет. Мастер, настоятель и Йохан ходили между людьми, касаясь их, собирая их тепло.

Кира смотрела сквозь вуаль и видела тёплые жёлтые потоки, устремлённые к ней. Она пела и ловила потоки всей кожей. Чувствовала, как тело наполняется силой. Она изгоняла нездоровый восторг, заменяя его уверенностью.

Тон песни сменился.

До этого Кира вела людей вверх, к свету. Сейчас же парой нот выбила опору у них из-под ног. Кто-то вскрикнул, кто-то покачнулся. Потоки энергии из жёлтых стали бордовыми и более интенсивными. Насыщение, приправленное слезами, пошло быстрее.

Голос Киры набирал силу.

– Достаточно, хорошая. – Йохан положил руку ей на плечо. Она не заметила, как он вернулся к ней.

Она замолчала на секунду, слушая плач. А потом запела опять. Песня стала тихой, неспешной и завораживающей. Она успокаивала, возвращала уверенность и уменьшала страх.

Когда Кира замолчала окончательно, люди были спокойны. Молча Кира, Йохан, Мастер и Света вышли из храма. Кира сняла вуаль, с лёгким удивлением повертела её в руках и с отвращением отбросила. Посмотрела на ноги.

– Камни острые, – предупредила Мастер.

– Это очень спорный вопрос, что хуже: босиком по острым камням или по ним же на шпильках. – Туфли полетели вслед за вуалью.

– Знаешь, платье тоже как-то не очень, – заметил Йохан.

– Хорошая попытка, – Кира саркастично оскалилась.

– В эйфории вы нравились мне больше. А как же отец?.. – спросила Света.

– Он нас догонит. Нам надо подготовиться к встрече.

Они вернулись в дом. Не говоря ни слова, разошлись по разным комнатам, оставив Свету в одиночестве в коридоре.

Она вздохнула.

– Хорошо, ребята, я пока приготовлю ужин.

Час спустя к дому подъехал гелендваген. Йохан открыл дверь до того, как в неё постучали.

– Гелик? Серьёзно? Как банально, святой отец, – сказал он. – Бронированный?

– А ты когда-нибудь видел не бронированный гелик? – Отец Димитрий отодвинул его в сторону и вошёл в дом. Кивнул женщинам.

– Мы как раз садились есть, – сказала Света. – Присоединитесь?

Впятером они уселись за стол.

– Помолимся, – сказал отец.

– Зачем? – уточнила Кира.

– Мой дом – мои правила, – ответил он.

– У всех свои ритуалы, Кира, будь уважительна, – поучительно сказала Мастер.

– Если бы ты была уважительна к моим ритуалам, то помогла бы мне с моим учеником в тот момент, когда поняла, что я его теряю.

– Получается, это я виновата, что ты не смогла контролировать собственную энергию? Я тебя недоучила? – Мастер отложила вилку и, прищурившись, посмотрела на Киру.

– Я так понимаю, что это я ошибка вашего совместного обучения? – уточнил Йохан.

– Ну, какова учительница, таков и ученик, – пожала плечами Мастер.

Кира фыркнула.

– Я хотя бы не выгнала его на мороз, осознав собственное бессилие.

– Я тебя умоляю! Когда это тебя выгнали на мороз?

– В каком смысле ты поняла собственное бессилие?

Света переводила взгляд с одного на другого.

Кира поднялась на ноги.

– Ты думала только о себе и надеялась, что я присоединюсь к тебе. И у нас будет что? Ковен? Поэтому, когда решила уйти, я стала твоим величайшим разочарованием!

– Вот только я не перекладываю ответственность за твой уход на своего учителя!

– А ты? – Кира указала на Йохана. – Ты взял, что тебе было нужно, и поминай как звали. Я тебя вытащила из психушки, отдала тебе всё…

– А ты спросила, хотел ли я этого? – Он отшвырнул салфетку и тоже вскочил.

Все заговорили разом, обвиняя друг друга во всём подряд.

– А ну успокоились! – вдруг хлопнул ладонью по столу отец Димитрий. Все замолчали и уставились на него. – Он близко. И он силён.

– Но…

– Молчать, я сказал! – рявкнул