А также их родители - Тинатин Мжаванадзе
– Спокойно, папочка, – хладнокровно осадила я сострадающего отца. – Я чувствую по тембру плача, серьезное дело, или он просто дурака валяет.
Проверка показала, что я права: Мишка сидел в кровати и заливался в три ручья только потому, что Саныч вырубил мультики.
– Да ты что, мальчик?! – обалдел папа и сурово посмотрел на меньшого сына. – У меня чуть сердце не разорвалось, а он!
Чихать тот хотел на наше осуждение.
Пришлось укладываться с ним рядом и применять шоковую воспитательную терапию.
– Мишка, – начала я, – вот есть такие дети, у которых нет ни мамы, ни папы, и живут они в приютах, и комнаты у них своей нет, и игрушек нет, и они так хотят иметь свою семью, и одежду им привозят и дарят какую попало, а тебе мы с папой все новенькое покупаем, и комната у вас такая красивая, что мы и мечтать о такой не могли, а ты все рыдаешь и всем недоволен, и не хочешь спать один, и…
Ну и в том же духе прочувствованная речь длилась полчаса. Мишка молча слушал. Саныч сверху подал голос:
– Перестань, я сейчас заплачу.
И не врет – правда заплачет. Но я-то работаю на Мишку, жду реакции. Он молчит и смотрит в темноту. Ну, думаю, ребенок в стрессе, узнал об ужасах жизни.
– Мишка, – не выдержала я, – скажи, тебе их жалко?
– Кого? – недоуменно спрашивает мальчик.
– Как кого?! Детей в детских домах!
– Нет, – брезгливо отвечает Мишка, – они не мылись и потому туда попали!
Саныч сверху начинает квакать и душиться подушкой.
– Да причем тут не мылись, балда! У них мамы-папы нету!
– Нету? – искренне удивляется Мишка. – А кто их застрелил?
Это выше моих педагогических способностей.
– Ну, никто не застрелил… хм, а может, частично и застрелили. А может, они заболели. Или у них не было работы, и они голодали, и оставили своих детей в детском доме!
Мишка смотрел непроницаемо. Я увязла в каких-то не подлежащих объяснению обстоятельствах и заткнулась.
– В общем, единственное, что я поняла, – Саныч всех жалеет, и ему не надо ничего объяснять. А Мишка – форменный эгоцентрист, – поделилась я с папочкой.
Папочка глянул задумчиво:
– Ну, ясное дело, Сандро весь в меня.
Скажите, пожалуйста!
Впрочем, последовавшая дискуссия не для ваших ушей. А вот каким образом тасуются гены – это чрезвычайно интересно. Может, Мишка просто умеет скрывать свои истинные чувства.
Кульминацией борьбы за Мишкину независимость стала его дикая и мерзкая уличная истерика перед воротами ненавистного детсада.
Мое терпение – сами понимаете, не безразмерное, – лопнуло пузырями. И я пошла ва-банк.
– Все, Луку сдали сегодня в приют, – с трагическим видом сообщила я Мишке.
– Почему? – не повел бровью партизан.
– А за то, что орал на улице, что хочет голую Барби, – ядовито напомнила я встревоженному сыну.
Тут как раз пришла на кофе Лукина мама Хатуна, заранее предупрежденная о возможном выкачивании достоверной информации.
– Луку забрали в приют? – недоверчиво спросил Мишка. Хатуна переливчато захохотала.
Мишка опешил. Он во все глаза смотрел на тетку, которая собственноручно отправила такого милого ребенка в это ужасное место – мама же давеча рассказывала про приют.
Через некоторое время он осторожно спросил у Марины:
– А почему Хатуна смеется?
– Она радуется! – хором завелись мы с Мариной. – А знаешь, как мы будем радоваться, когда тебя заберут?!
О Господи, подумал Мишка. Это что за мегеры и фурии, с них станется отправить и меня тоже в приют и потом так весело хохотать.
На следующее утро он без слов оделся и встал возле двери.
– Я иду на работу, – мученическим голосом сказал он, глядя в пол. – Зарплату дайте мне, пожалуйста.
Ура, победа.
Через пару дней пришел в гости Лука.
Мишка, заглядывая в глаза Луке, сочувственно спросил:
– Ну как там, в тюрьме?
Лука увлеченно лопал хачапури и ничего не понимал.
Погибающие от хохота мамки-няньки скорректировали:
– Да не в тюрьме, Миш, а в приюте!
Мишке это все равно. Он смотрит на Луку с подобострастием: еще бы, сидел чувак!
Никаких негативных психологических последствий от шокового эксперимента пока не наблюдается.
Мишка сдается
Белесая жара навалилась на город с самого утра.
Движения замедлены, ничего не хочется – только лечь в воду, как бегемот, и пускать пузыри.
Мишка жары не чувствует. Он подорвался в полвосьмого, пошатываясь, прикнацал к телевизору, нацепил наушники, воткнув штекер куда полагается (вот в технике сечет, паразит!) и с хмурым видом стал смотреть «Джимми Нейтрона».
Я в тоске представила весь последующий ход событий: сначала Мишка откажется умываться, потом завтракать, а потом идти в садик.
Ну уж нет, рассвирепела я и силовыми методами прорвалась через два первых пункта – а с садиком пусть разбирается Марина.
Мишка надел новую майку со Спайдерменом и вышел на балкон покрасоваться перед Анькой.
Та с ним немного пококетничала, потом церемонно извинилась – я, мол, в садик иду, потом встретимся.
Мишка проводил ее глазами и вдруг сказал:
– Я тоже хочу в садик!
От неожиданности я вздрогнула и уронила крышку от чайника.
Неужели войне конец?!
Неужели боец капитулировал?!
Целый год он упорно воевал за свободу и независимость, и вот, когда победа была так близка, он перешел на сторону противника…
Эй, маманя, очнитесь, ребенок хочет в садик!
Однако я недооценила своего сына.
– Он всех заставил себя хвалить, – пожаловалась воспитательница. – Не похвалишь – ноль внимания на порядок в группе. Похвалишь – он шелковый.
– Ну похвалу все любят, наверное, – косясь на Мишку, попыталась я оправдать сына.
– Ну да, все! Кроме него, никто нас не шантажирует!
Вторая воспитательница продолжила разоблачение:
– Он сейчас стал золотой ребенок! Прекрасно стихи читает, ест неплохо, но это все – пока я рядом с ним сижу. Он не выносит быть не в центре внимания, сразу начинает нас игнорировать…
Я позорно бежала с поля брани: Мишка ведь «абыцный малцик»!
Садиковая эпопея подходит к финалу.
Еще пару недель, потом утренник в честь получения первого диплома, потом праздник с тортом (торты, которые Мишка на дух не выносит), парадный дембельский фотоальбом – и прощай, Маруся!
Однако все-таки каждый понедельник юноша Михаил выходит из детской с кислым лицом, ложится на диван и говорит придушенным голосом:
– Ненавижу садик.
Никакого смысла оппонировать ему я не вижу, но для острастки и объективности возражаю:
– И за что ты его так, дорогуша? Тебя там бьют, что
Откройте для себя мир чтения на siteknig.com - месте, где каждая книга оживает прямо в браузере. Здесь вас уже ждёт произведение А также их родители - Тинатин Мжаванадзе, относящееся к жанру Русская классическая проза. Никаких регистраций, никаких преград - только вы и история, доступная в полном формате. Наш литературный портал создан для тех, кто любит комфорт: хотите читать с телефона - пожалуйста; предпочитаете ноутбук - идеально! Все книги открываются моментально и представлены полностью, без сокращений и скрытых страниц. Каталог жанров поможет вам быстро найти что-то по настроению: увлекательный роман, динамичное фэнтези, глубокую классику или лёгкое чтение перед сном. Мы ежедневно расширяем библиотеку, добавляя новые произведения, чтобы вам всегда было что открыть "на потом". Сегодня на siteknig.com доступно более 200000 книг - и каждая готова стать вашей новой любимой. Просто выбирайте, открывайте и наслаждайтесь чтением там, где вам удобно.
