О нечисти и не только - Даниэль Бергер

– С самой войны, – ответил тот, что лучше владел русским.

– Зайт дем криг, – сам для себя перевёл второй.

«А нечего на нас нападать было», – подумала Роза. Но потом, представив себе шестьдесят лет рабства у такого упыря, всё же пожалела немцев. В конце концов, у любого преступления есть срок давности!

– Значит так, парни. Вы мне помогли, и я вам… не знаю как, но помогу! – торжественно пообещала Роза, действительно совершенно не представляя себе, как она собирается освободить этих умрунов.

Немцы в ответ только горестно вздохнули.

Тем временем они вышли к краю леса, за которым начиналось сельское кладбище.

– Что-то на озеро не похоже, – засомневалась Роза. – Вы куда меня привели, олухи?

Ответить они не успели. Из-за высокого могильного креста навстречу им вышел Виктор Петрович Кровопусков. Правая рука его была перевязана чем-то подозрительно напоминающим кружевной саван.

Умруны, блокируя Розе пути к бегству, встали у неё по бокам.

– Ах вы гады… – Роза аж задохнулась, возмущённая таким коварством. – А я-то, дура, уши развесила! Жалею их! Да так вам и надо, фашисты недорезанные!

– Ну полно вам, Роза, полно, – примиряющее заговорил Кровопусков. – Мальчики ни в чём не виноваты. На то они и умруны, чтобы исполнять мои ментальные приказы… А привести вас сюда я приказал не с какой-то дурной целью, а чтобы поговорить. Обсудить, так сказать, соотношение сил и сложившееся положение. Присядем? – и он галантно смахнул пыль с ближайшего надгробия.

– Дело в том, дорогая Роза, – начал беседу Кровопусков, – что вы нужны мне.

Роза скептически усмехнулась.

– Но-но! Оставьте ваши подозрения! Не в этом смысле! – упырь изобразил оскорблённую гордость.

– А в каком же? Не сейчас поужинаете, а на потом законсервируете?

Кровопусков решил пропустить последнюю реплику мимо ушей.

– Так вот, вы нужны мне, а я нужен вам. Да, Роза! У нас есть с вами общий враг – этот мерзкий оборотень!

– Ну по мне так он очень даже симпатичный. Был. В любом случае, мне Сергей не опасен. Он ведь на вас охотится!

– Ха! Вы думаете, что он мною ограничится? Да я-то ему и нужен так… для удовлетворения самолюбия. Хочет героем себя перед сородичами показать – надо же, победил кровопийцу! А вот вас… Вас он превратит в оборотня и заберёт с собой в Волчий лог!

– Да врёте, небось, – отмахнулась Роза. – Не думаю я, чтобы он…

– А как думаете, – перебил Кровопусков. – Оборотню вы нужны либо для пропитания, либо для…

И видя сомнение на лице собеседницы, он зачастил:

– Да вы поймите, милая моя, ну зачем мне вас обманывать? Я ведь как-никак хотя бы раньше человеком был, чувства кой-какие имею! И отныне вас, как соратницу, товарища своего по несчастью, так сказать, пальцем не трону! А он… Этот кобель гнусный, он же никогда человеком-то и не был! И решил теперь вас, если уж вы ему и вправду нравитесь, тоже сделать оборотнем. Мы с тобой одной крови, мол, и все дела! Вот!

Роза сидела молча, поражённая услышанным.

– Ну, конечно, если вы сами добровольно, так сказать, хотите в волчьей шкуре ходить, то совет вам да любовь… И это… щенков побольше…

– Нет!

– Что нет?

– Не хочу! – твёрдо ответила Роза. – Что делать будем?

– Вот так бы сразу. Значит, мой план таков…

Ваня стоит над водной гладью в том самом пещерном гроте, где слышался ему голос Розы. Только теперь здесь никого нет – одни они с русалочкой. Ваня нерешительно ступил в воду подземного озера, со всех сторон окружённого стенами пещеры.

– И что дальше? Здесь и плыть-то некуда…

Русалочка взяла Ваню за руку, посмотрела на него долгим взглядом, будто стараясь запомнить черты его лица навсегда, и уверенно повела за собой. К середине озера они добрались уже вплавь. Здесь водопад шумел ещё громче, и вода, потревоженная им, вспенивалась, как игристое вино в высоком бокале. Но никакого «окна» в мир живых Ваня, как ни старался, разглядеть не мог – просто небольшое озеро, не особо даже глубокое…

– И что теперь делать? Как мне попасть туда… к живым?! – Ваня старался перекричать водопад.

Вместо ответа русалочка вдруг порывисто поцеловала парня в губы, обняла его крепко и… потянула под воду. Ваня сопротивлялся изо всех сил, кричал, барахтался, пытаясь освободиться от смертельных объятий, но девушка оказалась на удивление сильной – раз за разом она одерживала верх в схватке и утягивала Ваню за собой.

– Что… ты…?! А-а-а!!! Нет! Я… же… захлебнусь!

Русалка внезапно отпустила парня. Её глаза были наполнены такой мольбой и печалью, что Ваня, вместо того чтобы обрушиться на неё с упреками, затих. Целую долгую минуту человек и русалка смотрели друг на друга. Девичьи слёзы, соединяясь с каплями озёрной воды, бежали по щекам, образуя ручьи… Ване почему-то вдруг вспомнились слова царицы: «Почему дети плачут, когда рождаются? Им страшно… Страшно жизнью захлебнуться!»

– Я, кажется, понял, – эти слова Ваня сказал почти шёпотом, чувствуя, что русалочка всё равно услышит и поймёт его. – Чтобы родиться в мир мёртвых, надо захлебнуться смертью. А чтобы вернуться в мир живых, надо…

Русалка закивала.

– Ты держи меня крепче, ладно? Мне очень надо вернуться туда… Даже если я буду вырываться, держи! Не отпускай!

Русалка одними глазами ответила – да! – и заплакала пуще прежнего, крепко обнимая его. Ваня закрыл глаза и доверился её сильным и ласковым рукам.

Кровопусков и Роза стояли рядом с заброшенным колодцем, задумчиво заглядывая внутрь. Умруны в это время деловито разматывали тонкую сеть, привязывая её к ближайшему дереву.

– Странно… – задумчиво протянула Роза. – Кому это в голову взбрело колодец рыть рядом с могилами?

Колодец действительно стоял неподалеку от могил, в самой старой части кладбища, там, где не было ни пышных венков, ни аккуратных оградок – только покосившиеся кресты и поросшие бурьяном холмики.

– Про то нам неведомо, – бодрым голосом ответил упырь. – А только знаем, что колодец этот глубокий и давно заброшенный. И приятелю вашему хвостатому там, на дне, самое место! Ну давайте не будем затягивать… Ложитесь!

– Ох, и зачем я только согласилась? – Роза, покряхтывая, легла на землю и положила ногу в расщелину поваленного дерева. В щель был вбит деревянный клин, поэтому на самом деле Розиной ноге ничего не угрожало.

– Ну что, готовы? – обратился Кровопусков сразу ко всем участникам действия.

Умруны кивнули и укрылись за деревьями, держа в руках концы верёвок. Роза пробурчала что-то неразборчивое, но в целом утвердительное.

– Начинайте! – дал отмашку упырь и спрятался за надгробием.

– А-а-а! Серёженька! Помоги! – театрально запричитала Роза. – Где же