Древо ангела - Люсинда Райли

то, как я оказалась в Марчмонте, и… – С этими словами она, всхлипывая, поникла в его руках.

Подхватив ее на руки, Дэвид понес Грету из лесу к дому. По пути она продолжала рассказывать ему, что она теперь знает. Слова лились из нее бессвязным потоком.

– Я все вспомнила и про войну, и как я была в «Ветряной мельнице», и почему оказалась тут, и… все остальное! Господи, Дэвид, я снова все помню. Все про Марчмонт, и смерть Джонни, а потом все снова еще как-то неясно.

– Вот, – сказал Дэвид, внося ее в кухню, где ужинали Тор, Ава и Саймон. – Грета заблудилась в лесу, и я сейчас отнесу ее наверх, в горячую ванну. Тор, ты не могла бы сделать грелку с горячей водой и чашку крепкого сладкого чая и отнести туда?

– Конечно. Что-то еще?

– Пока нет. Ее надо согреть, а потом у нее, возможно, будут чудесные новости для нас всех.

Наверху Дэвид помог Грете снять верхнюю одежду, потому что ее продолжала бить крупная дрожь, и закрыл за ней дверь ванной комнаты. Обернувшись, он увидел Тор, стоявшую в спальне с чашкой чая.

– Тор, – сказал он, понижая голос почти до шепота, чтобы Грета не услыхала его из ванной. – Я пока не знаю всех подробностей, но Грета сказала мне, что все вспомнила. Ну, или хотя бы что-то. Разве не чудо? После стольких лет.

Тор увидала слезы радости в глазах Дэвида.

– Да, действительно. Настоящее рождественское чудо.

– Должно быть, это потому, что она приехала сюда, в Марчмонт. Если бы только я сумел уговорить ее сделать это много лет назад…

– Ну, может быть, она не была готова. В любом случае очень хочется скорее услышать подробности. Я удивляюсь, что она не замерзла там до смерти; должно быть, ты очень быстро нашел ее.

– Думаю, ее настолько переполнял адреналин, что она не переставала двигаться, и это, скорее всего, ее и спасло. Ладно, ты иди вниз, поужинай. А я лучше подожду ее тут.

Кивнув, Тор вышла из комнаты. Дэвид тяжело опустился на кровать. Через десять минут Грета в халате вышла из ванной.

– Ну, ты уже перестала дрожать? – спросил он, вглядываясь в выражение ее лица и пытаясь угадать, что она чувствует.

– О да. Я совсем не чувствую холода.

– А что ты чувствуешь?

– Не знаю… Я не уверена… Я… вспомнила в ванной еще что-то, и теперь мне надо попытаться как-то упорядочить все это. Может быть, ты можешь помочь мне в этом, Дэвид?

– Ну конечно могу.

– Но не сейчас. Я останусь тут, еще немного попытаюсь сложить все кусочки вместе. А ты иди вниз, к семье. Последнее, чего бы мне хотелось, это испортить кому-то Рождество или приносить беспокойство, которое я, к несчастью, и так вам доставила.

– Грета, ну не говори глупости! Это же такое важное событие. Давай я останусь.

– Нет, Дэвид. Мне надо побыть одной. – Как только она сказала это, они посмотрели друг на друга, оба понимая все значение этих слов.

– Ну ладно. Вот тут, возле кровати, для тебя чашка чая и грелка с горячей водой. Принести тебе ужин? Тебе надо что-то поесть.

– Пока нет, спасибо. Дэвид, дорогой, даже если я пока в шоке и не все понимаю, это же все равно замечательно?

Дэвид взглянул в ее прекрасные голубые глаза и впервые за двадцать четыре года увидел, что в них светится жизнь.

– Да, Грета. Да.

Когда Грета на следующее утро спустилась к завтраку, вся семья обнимала и поздравляла ее.

– Прошу прощения, что все это произошло в такой драматичной манере, – виновато сказала она, глядя на Тор.

– А ты знаешь, что стало толчком для этого? – спросила Ава, в восторге не только от произошедшего, но и от явных физических перемен в бабушке. Она действительно все эти годы была как будто замороженной, а сейчас начала оттаивать – ее глаза сияли, а щеки порозовели.

– У меня был флэшбек сразу, как только я вышла из машины вечером Рождества, и потом еще раз, когда я посмотрела вниз с площадки лестницы и увидела в холле наряженную елку. А потом, когда я пошла гулять в лес, не зная куда, потому что я ничего не помнила, я оказалась на могиле Джонни. Может быть, что-то меня туда привело, но это и стало началом всего. Только, пожалуйста, не спрашивайте меня пока, что я помню и чего нет, потому что сейчас у меня в голове все перепутано. Но, по крайней мере, когда я утром увидела Мэри, я точно знала, кто она такая. И как она была добра ко мне, когда я впервые оказалась в Марчмонте. И ты, Дэвид, конечно, тоже.

– А до меня ты уже добралась, бабушка?

– Дай ей время, Ава, – мягко одернул ее Дэвид, заметив мелькнувший в лице Греты страх. – Я уверен, Грета, что теперь, когда процесс начался и условная дверь приоткрылась, воспоминания начнут возвращаться одно за другим.

– Возможно, Грета, тебе стоит посетить психотерапевта, – заметила Тор. – Я не очень знаю про такие вещи, но все это может быть ошеломительно для тебя.

– Спасибо, но в настоящий момент я пока справляюсь. Сейчас я бы хотела пойти немного прогуляться, пока еще светит солнце. Обещаю, что на сей раз больше не потеряюсь, – добавила она с иронической улыбкой.

Дэвид сперва хотел было предложить пойти с ней, но потом передумал.

– Пойду помогу Мэри с обедом. Она выглядит замученной, – сказала Тор, тоже вставая с места. – Я бы предложила дать ей хотя бы один день отдыха. Я уверена, мы сможем справиться без нее.

– А я, если никто не возражает, – сказал Саймон, – собираюсь пойти в свою музыкальную студию. Мне надо еще написать две песни для нового альбома Роджера.

– Ну конечно нет, милый, – сказала Ава. – Можешь оставаться там столько, сколько нужно.

– А ты тут отдыхай, – Саймон поцеловал жену и вышел.

– Так, значит, студия работает, да? – спросил Дэвид.

– Да, господи, да еще так, что я думаю, Саймон готов был бы там ночевать, – хихикнула Ава. – Я понимаю, дядя Дэвид, что только и делаю, что говорю тебе спасибо, но это и правда было гениально – перестроить для него один из сараев. И все артисты обожают приезжать сюда для записи, потому что тут так спокойно и красиво. И теперь, когда мы с Саймоном перебрались сюда, они смогут отлично останавливаться в привратной. Ты же знаешь, он вернет тебе эти деньги, и, возможно, даже скорее, чем ты думаешь. Студия полностью забронирована на ближайшие полгода.

– Для тебя это,