Точка невозврата - Николай Валентинович Куценко

После чего гомеопат задал уж совсем непредсказуемый вопрос:

– А каким животным вы себя ощущаете?

Денис почувствовал, как волна страха подбирается к сердцу, цепляясь за внутренности липкими пальцами.

– Я, знаете ли, вроде как человек…

– Это понятно. – Гомеопат положил на край стола свои маленькие ладошки, и Денис увидел его короткие пальцы с обгрызенными ногтями. – Но вы можете чувствовать себя и животным.

– Это как? – хмыкнул Денис.

– Ну вот, например, есть люди, похожие на собак. У них и лица собачьи, и повадки. Словно им надо было собаками родиться, а не людьми.

– Понимаю.

– Но они люди. – Гомеопат перевернул свои ладони, изрезанные с внутренней стороны тонкими линиями.

– Люди, конечно.

– А вот ощущают себя собаками… – Гомеопат сказал последнее тихо, словно открыл Денису какой-то секрет.

– С чего вы это взяли? Может, и нет.

– Точно-точно! – Он замотал маленькой головой, будто болванчик.

– Ну, вам лучше известно, – решил не спорить Денис.

– Так а вы кто? Кем себя ощущаете?

Ответить на этот вопрос было сложно. Денис не ощущал себя ни зверем, ни рыбой, ни насекомым. Пожалуй, Ксюша с ее йогами сумела бы помочь, но звонить ей не хотелось. Навязчивость и излишняя тревожность девушки отпугивали мнительного Дениса. Однако настойчивость гомеопата отпугивала не меньше. И он решился:

– А можно я другу позвоню, вернее, подруге?

– Нужно! – коротко ответил гомеопат.

Разговор с Ксюшей не занял много времени. Девушка сразу заявила, что Денис – дельфин с лапами тигра в фазе Луны. Это, конечно, звучало крайне нелогично. Но настойчивость и уверенный тон девушки убеждали в ее правоте.

– Я дельфин с лапами тигра в фазе Луны! – твердо сказал Денис.

– Я так и думал! – Гомеопат аж подпрыгнул в кресле, зацепившись карманом за подлокотник.

Он снова что-то забарабанил на калькуляторе маленькими пальцами. Чудо-машинка выдавала столбики из различных фигурок и чем-то напоминала Денису игровой автомат из ЛасВегаса, где он просадил несколько сотен баксов, пытаясь понять, как эта штуковина работает и что значат появляющиеся на дисплее фигурки. Только в том автомате они были большими и похожими на фрукты. А здесь напоминали иероглифы или буквы неизвестного алфавита.

– У меня есть три варианта! – Гомеопат показал линейки фигурок в своей машинке-калькуляторе. – Надо выбрать верный.

Гомеопат опять начал задавать множество вопросов из всевозможных областей жизни Дениса. Особенный интерес доктора вызывали его пищевые пристрастия. Например, потребляемое в день количество соли и сахара, происхождение фруктов и овощей, покупаемых в местном супермаркете, и даже состав мяса, входящего в ежедневный рацион. По ответам довольно быстро стало ясно: гомеопат окончательно запутался. Его почти детское лицо все больше морщилось, маленькие глазки рассержено бегали по сторонам, бульдожьи щеки побагровели и обвисли еще сильнее.

– Не то! – В итоге заключил он и бросил свою машинку в ящик стола. Затем схватил Дениса за руку, притянул к себе и стал тыкать в ладонь маленьким щупом, похожим на электрод с головкой на конце. В другой руке у него появился похожий щуп, только другого цвета. Он тыкал им в кончики пальцев.

– Физика! Чистая физика! – сказал гомеопат после трех часов расспросов.

– При чем тут физика? – недоуменно спросил окончательно сбитый с толку Денис.

– Ну как же, мы сейчас измеряем сопротивление вашего тела!

В центре электрического устройства, куда втыкались провода электродов, находилась металлическая колбочка, гомеопат складывал в нее маленькие сахарные шарики, похожие на витаминки из детства Дениса, которые продавались в любой аптеке за пару копеек.

– А что это? – не выдержал Денис. – Аскорбинка?

– Это сахарный шарик. Сейчас мы зарядим его энергией!

– Надо же! А похож на обычную аскорбинку.

– Это все физика, молодой человек! Я ничего тут не изобретаю! Это чтобы вы понимали, – словно оправдывался гомеопат.

– Понимаю.

– Вы же знаете, что такое сопротивление среды, да?!

– Конечно.

– Так вот, я просто меряю ваше сопротивление, а потом дам препарат!

Измерения сопротивления длились около тридцати минут. В этот раз гомеопат выглядел куда более уверенно, чем раньше, видимо, поймал нужную нить. Он иногда вздрагивал, потом долго улыбался, словно радуясь своим выводам, временами снова хмурился и начинал чесать курносый нос с такой активностью, что на нем вскоре образовались царапины. В самодельной тетради появлялись все новые листы – гомеопат продолжал вклеивать их один за другим.

– Все ясно! – наконец вскрикнул он, вскочив с места. – Ну конечно, теперь все сходится!

– Куда сходится? – Денису в который уже раз стало не по себе.

– Меркуриус! Вам срочно нужен меркуриус!

– Что, простите? Меркурий? Мне нужно на Меркурий? – Дениса бросило в пот, он почувствовал, как немеют пальцы рук. Хотелось встать и убежать, чтобы больше никогда сюда не возвращаться.

– Это всего лишь ртуть, молодой человек!

– Ртуть? Но это же яд! Вы хотите меня отравить?

– Это как бы информационная ртуть. Ею отравить невозможно! Это заряд! Мы заряжаем шарики. – Он протянул Денису раскрытую ладонь, на которой лежало с десяток маленьких шариков. Вполне невинных на вид. Некоторые были не совсем круглой формы и напоминали личинки муравьев, высушенные на солнце.

– Принимать будете девять месяцев по шарику в месяц, желательно в девять вечера девятого числа. Поставьте будильник! Он поможет вам не пропустить нужное время.

– А если не в девять, – ошарашенно спросил Денис, – то эффекта не будет?

– Стойте, их надо в фольгу, а то они разрядятся. Это же энергия!

– То есть сам шарик – ничто?

– Конечно, это сахар. Но он несет энергию ртути!

– Я понял, доктор. Можно мне уже идти? – спросил Денис, устав от трехчасового сеанса.

– Идите. Скоро вы станете совсем другим человеком. Преобразитесь, так сказать.

– Спасибо. – Денис пожал доктору руку, сунул шарики в карман и направился к двери.

Перед входом в метро Денис вспомнил, что не принял лекарство. Он вытащил шарики из кармана, вынул их из фольги и пересчитал. Шариков оказалось десять. Он точно помнил, что обязан их съесть, но не помнил – сколько. Сами по себе они были настолько маленькими, что все десять с легкостью помещались в центре ладони. Еще Денис помнил слова про девять чего-то. То ли шариков, то ли месяцев, то ли дней. То ли даже часов.

«Наверное, все-таки шариков, не месяцев же. И, видимо, один шарик резервный», – пронеслось у него в голове. После чего он бросил все шарики в рот, рассосал и проглотил. Затем спустился в метро, зашел в тут же подошедший поезд. Проехав половину пути, Денис вдруг вспомнил, что «девять» – это все-таки количество месяцев, а не шариков, и что, выходит, он разом съел всю дозу. Сердце от страха сжалось так, что Денис почувствовал боль. Он понял, что яд, который