Омут Царевны - Анна Евгеньевна Антонова

Василиса дернулась от незнакомого резкого звука и только потом сообразила, что это ожил ее временный телефон. Спамеры или тот единственный человек, что может ей звонить на этот номер? На экране высветилось имя «Илья», она облегченно выдохнула и нажала на прием.

– Василис, тут за тобой приехали, – скороговоркой выпалил он. – Спустишься? Что-то насчет Елисея.

Она едва открыла рот, чтобы ответить, но Лебедев уже отключился. Она посмотрела на потемневший экран, ничего не понимая. Кто мог за ней приехать? Почему именно сюда? И самое главное – что там насчет Елисея? Надо перезвонить и уточнить…

Василиса дрожащими руками набрала номер, но Илья на вызов не отозвался. Выкроил минутку во время приема, поэтому и сказал всего пару слов, а теперь не может взять трубку? Внезапно ее словно ударило. Сон, потомственная ясновидящая… Неужели она почувствовала: с Елисеем что-то случилось? Ее нашли, чтобы он успел попрощаться… Больше ни о чем не думая, она оделась и вылетела из квартиры, захлопнув за собой дверь.

Выйдя из подъезда, Василиса огляделась. Хмурый ноябрьский день, с неба сыпется то ли снег, то ли дождь, под ногами грязное месиво… Рядом с ней притормозила машина, и она испуганно шагнула в сторону. Успела заметить через тонированное стекло, что водитель женщина, и мысленно обругала ее: не умеешь нормально парковаться, нечего за руль садиться. А еще машина крутая! В марках Василиса не разбиралась, но такой высокий и большой автомобиль явно не может стоить дешево…

Однако она мигом обо всем забыла, когда дверца распахнулась и из машины выглянула Галина.

– Привет! – непривычно фамильярно поздоровалась та и кивнула: – Садись.

Василиса замерла. Давно ли они перешли на «ты»? Вроде бы церемонно соблюдали дистанцию, хотя почти ровесницы, по собственному выражению Галины… Стоп, о чем она думает? Не имеет значения, как обратилась к ней мать Елисея. Гораздо важнее, что она тут делает.

– Да садись же, здесь нельзя стоять! – нетерпеливо бросила Галина.

Василиса, словно загипнотизированная, подошла и забралась на переднее сиденье. Дверца захлопнулась, и она машинально отметила, как щелкнули замки. Двери заблокированы, но, наверное, так нужно для безопасности…

– Что случилось? – медленно проговорила она, боясь верить самой себе.

Похоже, она все поняла правильно. Дурацкий сон про секс с Лебедевым был просто игрой воспаленного воображения, а насчет Елисея начинал сбываться в реальности. Ну да, с ним произошла беда, и он напоследок захотел ее увидеть, а мать не посмела отказать…

Еще раз стоп. Почему напоследок-то? Зачем она об этом подумала? Вот бы можно было одним нажатием клавиши отменить предыдущую мысль, как действие на компьютере!

И как Галина ее нашла? Никто же не знал, где она… Или знал?

Василиса похолодела и покосилась на женщину за рулем. Та смотрела вперед, на дорогу, выглядела спокойной и сосредоточенной, но, кажется, не собиралась ей ничего отвечать. Сейчас она вовсе не выглядела заурядной домохозяйкой, клушей-хлопотушей, складывающей еду в контейнеры, чтобы любимый сыночек не голодал. Но и не похоже, что собирается ее убивать. По крайней мере, прямо сейчас…

Боже мой, что за мысли лезут в голову? Зачем матери Елисея от нее избавляться, да еще такой ценой? Она же не преступница, а обыкновенная женщина. Пусть не любит ее, не одобряет связь сына с учительницей, которая старше его, и всячески дает это понять. Но за подобное не убивают…

Печка работала вовсю, но Василиса почувствовала, как по спине течет холодный пот. Сейчас ее завезут и оставят в таком месте, которое будет похуже лавочки на бульваре… Она глянула через стекло. Приличные улицы быстро исчезли, и теперь они ехали по пригородной промзоне. Скоро закончилась и она, за окнами потянулся редкий лесок, а за ним просматривались голые поля, пока не покрытые снегом. Грусть-тоска. И опять сбывается сон, только за рулем другой человек…

– Что я вам сделала? – не выдержала Василиса.

Галина покосилась на нее и наконец удостоила ответом:

– Считаешь, что отнять сына недостаточно?

– Да разве я отнимала! – слабо возмутилась она. – Как это вообще возможно? Маму никто не заменит…

– Именно! – пригвоздила Галина. – А он всех на тебя променял! Мы столько к его дню рождения готовились, хотели сюрприз сделать на совершеннолетие, а он даже не появился…

Василиса горько усмехнулась. Вот в чем дело! Родители обиделись, что Елисей решил отмечать день рождения не с ними. Они готовили сюрприз, а он решил устроить его ей – и себе самому, конечно.

Детский сад. Похоже, у них там проблемы с коммуникацией. Нельзя было договориться заранее? Елисей просто не подумал и поступил по-своему, а они считали, что он по-прежнему ребенок, который обязан слушаться старших и делать, как они велят… Но она-то здесь при чем?

– А ко мне какие претензии? – осмелилась спросить Василиса.

Выбирать выражения и соблюдать этикет уже явно ни к чему.

– Она еще спрашивает! – воскликнула Галина. – Вскружила парню голову, приманила доступным сексом, воспользовалась тем, что у мальчика всплеск гормонов…

Василиса судорожно глотнула. Неужели ее наконец затошнило? Очень своевременно, ничего не скажешь.

– Думаете, ему нужен только секс? – осторожно уточнила она.

– А что еще? – фыркнула та. – С тобой тоже все ясно. Кто откажется от такого мальчика? Как будто я для тебя его растила!

– Неужели для себя?

Галина взглянула на нее почти с ненавистью.

– Для приличной девушки нашего круга. Я думала, он с женитьбой торопиться не будет, выучится сначала, найдет себя в жизни, нагуляется. Хотя бы лет до тридцати…

М-да, клинический случай. Мадам все спланировала за ребенка на много лет вперед, не считаясь с его собственными чувствами и желаниями.

Не дождавшись ответа, Галина продолжила:

– А он все бросил и связался с какой-то… – она запнулась и в последний момент заменила слово: – Профурсеткой!

Интересно, кто это? Филолог, а точного значения не знает. Нет, общий смысл понятен, конечно. Даже немного лестно, что ее фактически проституткой обозвали. Никогда не подозревала в себе таких талантов.

– Потом вообще из дома ушел! Голодал там у тебя, наверно…

Похоже, у тетеньки пунктик насчет еды.

– А у вас было пятиразовое питание?

Галина слегка смешалась – видимо, вспомнила, как Елисей мог жить целый день на одной овсяной каше.

– Не твое дело! – нелогично отозвалась она и посетовала: – Даже не спросил, просто поставил перед фактом…

А как тетя себе представляла? Елисей должен был попросить разрешения: мама, можно я пойду жить к Василисе, а то долго ездить каждый раз, когда захочется секса…

Кажется, она нахваталась от его матери. Та и правда думает, что Елисея привлекала только ее постель?

– Но это не я! – попробовала оправдаться Василиса. – Даже