Столетовы. Часть 1. Верьте в любовь, девчонки! - Лена Гурова

Елена не увидела подъехавшую серёжкину машину. Он вышел, открыл дверь своим ключом. Она приросла к земле. Для неё, своей жены, он приезжает завтра, а сам – сегодня. Неужели для той, тёмноволосой? В доме погас свет. Двое вышли под ручку, сели в машину и уехали. Елена не могла сдвинуться с места. Кое-как, вспомнив, что дома полно детей мал-мала меньше, заставила себя идти. Улыбаясь, вошла. Мама что-то спросила, но Елена уже ничего не слышала. Очнулась в белой комнате, поняла, что в больнице, по капельницам и каким-то трубкам.

– Кто-нибудь? – позвала она.

Влетела мама.

– Ну слава богу. Ты чего, доченька, напугала нас. Ну ничего страшного. Сказали, что переутомление. Сильно упало давление. Сейчас всё хорошо. Немножко покапают, и заберём тебя.

– Где Сергей?

– Здесь. С врачом разговаривает.

И тут Елена всё вспомнила. Её начало трясти как от холода. Мама побежала за помощью. Прибежавшая медсестра вытащила все иголки. Влетел Сергей, за ним врач и ещё кто-то.

– Уберите его – заорала Лена

– Кого? – Растерянно спросил Сергей, оборачиваясь, ведь его жена смотрела прямо на него.

– Там нет никого, Ленок, – заволновалась мама Зина.

– Убери Сергея, пожалуйста.

Он кинулся к ней. Она накрылась одеялом с головой и продолжала орать.

– Мам Зин, что это… – проблеял её зять.

– Ленок, это же Серёжа, ты что?

– Всем выйти, – прогремел чей-то голос, – всем, я сказал.

Над Леной наклонился доктор в роговых очках и стал манипулировать какой-то штукой у неё перед носом. Что-то сказал медсестре и вышел. Она уколола Елену снотворным, и та спала двое суток подряд. Потом за ней приехал папа. Он отвёз её на городскую квартиру. Вечером ждали Наталью. И детей привезут. А пока надо лежать, пить соки, есть фрукты, и вообще есть. И уехал.

Открылась дверь, и в комнату вошёл Сергей. Он подхватил её в последнюю секунду, иначе бы она завалилась, как подкошенная.

– Послушай меня, пожалуйста! Послушай, просто послушай! – Он пытался собрать её в кучу, но Лена всё пыталась вырваться. И драться. Он сцепил руки жены в замок и, подняв над её головой, прислонил к стене. – Я выкупил этот дом назад. Хотел сделать тебе сюрприз. Но нужно было там всё поменять, внутри. Эта девушка пока там живёт и охраняет дом вместе со своим парнем. В тот день я приехал не домой, потому что отделка дома завершена. Остались лишь маленькие детали, которые я должен был сделать сам, один, без посторонних глаз, для тебя. А их отправил покататься на своей машине, потому что купил другую. А эту хочет купить этот парень. Я остался в доме, – он отпустил её руки. – Я знаю, что ты была там в тот вечер и понимаю, что тебе пришло в голову. Дядя Коля тебя видел, когда ты шла в том направлении. Он рыбачил на озере. И если бы не он, я бы в жизни не догадался, что происходит.

– Пожалуйста, посади меня куда-нибудь, я сейчас упаду.

Сергей взял её на руки. Давно он этого не делал.

– Серёжка, не надо никаких сюрпризов, – даже говорить у Елены не было сил, – лучше поцелуй. Хочу целоваться, до одури.

Сергей положил свою любимую женщину, провёл рукой по губам, по шее, по груди… И море чувств, накрывших их, унесло Столетовых в райские пущи, даже яблочка не предложив… Жизнь продолжается!

Серёньке исполнилось 5 лет, Алёнке почти 4 года. Как только эта девчонка научилась самостоятельно ходить, у мальчика вырос хвост. Она ни в чём не уступала брату, всё за ним повторяла. Они рано начали говорить, причём сразу правильно. Их бабушка общалась с ними, как со взрослыми. Никогда не сюсюкала, пела им песенки, разучивала стишки. На любой поставленный детям вопрос дожидалась внятного ответа. Любой поступок, и хороший, и плохой, бабуля пропускала через себя, и потом могла всё объяснить. Например, когда дед урезонил своего внука, бегающего голяком по саду, шлепком по попе, мальчишка разрыдался горько-горько. Вышла бабушка, одела на него трусики и маечку, поцеловала.

– Дедушка нечаянно, он больше не будет, – пропела своим приятным голосом, – Да, дедушка?

Дед закивал, растерянно таращя глаза. Она отвела его в сторонку.

– Представь себя маленьким, доверчивым, голеньким мальчуганом. Мир прекрасен, солнышко светит, так хочется побегать… И вдруг получаешь по голой попе. Нельзя так унижать достоинство человека. Неужели ты не понимаешь? Иди с ним на озеро или ещё куда. Реабилитируйся.

И их отец, которому и в голову бы не пришло тронуть своих дочерей даже пальцем, через которого прошли судьбы сотен молодых ребят и которого называли "рупором справедливости", поплёлся за своим внуком, опустив голову. Чтобы никто не увидел навернувшихся слёз. Больше никогда, даже шутя, он не позволял себе вольности по отношению к детям. Даже когда они этого заслуживали.

Правда, столетовская детвора, хоть и была непоседлива, особых хлопот не доставляла. Только когда приезжал олин Ваня, эта троица немного выходила из-под контроля. У взрослой половины сразу активировались подглядывающие и подслушивающие устройства, охранные системы работали в полном режиме. Один раз они подожгли собачью конуру, потому что Каре было темно и грустно. Стащив свечку и спички, устроили собаке романтик. В другой – спасали котёнка и завалили дедушкины припасы кирпичей прямо на Алёнку. Таких спасательных экспедиций было несчётное количество. На участке жили ежи, енот, заяц без лапки, птицы с поломанными крыльями, ужик и даже какие-то жуки. Хорошо, что есть озеро, не нужен никакой декоративный прудик. А то бы дети развели крокодилов. Или бегемотов. А может, когда-нибудь, им это удастся прямо в озере. О количестве кошек и собак, с настойчивой периодичностью появляющихся у них, история умалчивает. Но Сергею приходилось отправлять этих котопсов по одному то в приют, то в хорошие руки. "У них теперь своя семья, им там лучше" – успокаивали потом детей.

Но одним прекрасным летним днём дети потерялись. У Елены получился неожиданный выходной, и она принялась сооружать рыцарские доспехи для неразлучной троицы. Обещала, что делать. Картон, ткань и деревянные палки перекочевали в мастерскую. И Лена вместе с детьми вырезала, сшивала, мастерила. Оружия всякого у них было полно надарено и накуплено. Начались рыцарские бои. И выяснилось, что у Алёнки нет меча. Оставив их в поле видимости, Елена вернулась в мастерскую сооружать меч.

– А где дети? – спросил Иван Иванович. Он тоже был на улице, ковырялся в кустах.

Лена выскочила в сад с мечом наперевес. Детей не было.

– Да только вот рубились в баталиях… – и рванула в дом.

Детей не было и там. Елена с отцом