Анатолий Собчак - Дюжина ножей в спину

Если же вспомнить атмосферу, которая царила на последних выборах в Законодательное собрание города с открытым подкупом избирателей, с нечистоплотной кампанией в средствах массовой информации, с губернаторским списком, в котором оказались откровенные уголовники типа Шутова, то можно только испытывать чувство стыда за Петербург. Не случайно эти выборы были названы самыми скандальными и нечистыми за весь период существования демократической России.

Я вернулся в Петербург 12 июля 1999 года, и этот день стал для меня самым счастливым за последние годы. Если я скажу, что не волновался, принимая решение вернуться, читатель все равно не поверит. И будет прав.

Конечно, волновался. Ожидал возможных провокаций, несмотря на публичные заявления С. Степашина и Ю. Скуратова о том, что они гарантируют мне неприкосновенность в случае возвращения. Жизнь свидетельствует, что заверения и обещания должностных лиц в нашей стране мало чего стоят. При том состоянии, в котором сейчас находятся российские правоохранительные органы, какой-нибудь рядовой следователь или оперативник способен наплевать на обещания премьер-минист-ра и сыграть собственную игру. Вопрос лишь в сумме!

И тем не менее, зная все это, я решил вернуться. Просто не мог дольше оставаться вдали от дома, от семьи, от России.

Многие советовали не приезжать. Накануне отъезда мне позвонил Алексей Герман. Сказал, что слышал о моем намерении вернуться и посоветовал этого не делать. Я поблагодарил его за совет и участие, но решения своего не изменил.

Не хотелось мне и шумихи вокруг моего возвращения, так как представлял себе, сколько яда будет вылито в комментариях журналистов по этому поводу. Поэтому зарезервировал билеты на три дня подряд: 12, 13 и 14 июля. Но журналисты все равно пронюхали о моем прилете, и в "Пулкове" меня встречала масса народа. Многие приехали, конечно, из любопытства: а вдруг будет скандал, вдруг меня в аэропорту арестуют.

Но было иное: счастливые и радостные лица, добрые слова и чувство безграничного облегчения и покоя - наконец-то я дома! И вся парижская жизнь сразу ушла из памяти, как будто все это было не со мной, или просто мне приснился фантастический сон.

Я снова хожу по улицам родного города, с наслаждением слушаю русскую речь, встречаюсь с друзьями и знакомыми. Заново влезаю во все детали российской жизни, начиная от новых (деноминированных) денег и кончая ценами в магазинах и на рынке, которые несопоставимо выше французских. Сразу же приходится решать множество бытовых проблем: с телефоном, транспортом, местом работы, подготовкой к выборам в Государственную Думу.

Лихорадочное, изломанное, каждодневно меняющееся течение российской жизни полностью захватывает меня. И я бесконечно счастлив, что вновь живу этой жизнью, в которой еще так много опасностей, так много выдумок, небылиц и просто клеветы вокруг моего имени. И что бы со мной ни случилось дальше, я никогда не пожалею о своем возвращении.

Только здесь, в России, я могу дышать полной грудью, бороться и испытывать глубочайшее удовлетворение от каждого часа прожитой жизни.

Уже после возвращения получаем письмо из Генпрокуратуры о прекращении из-за отсутствия состава преступления уголовного дела по факту клеветы в адрес Генпрокуратуры, возбужденного против Людмилы. В отличие от меня, она за время моего отсутствия побывала в роли обвиняемой. Дело против Людмилы было возбуждено по личному указанию Ю. Скуратова.

Четырехлетний период травли и гонений еще не завершился. Но я знаю, что колесо судьбы уже повернулось, что я смогу доказать свою правоту, очиститься от клеветы и наветов, а клеветники, организаторы и исполнители гонений против меня сами испытают удары судьбы, как это случилось с Коржаковым, Барсуковым, Куликовым, Скуратовым. Есть высший суд!

Меня еще ждут трудности и испытания, но сегодня я полон сил и уверенности в том, что все преодолею и еще смогу принести пользу своему городу, своей стране.

Трудно сохранять оптимизм после всего, что мне пришлось испытать и пережить. Однако я продолжаю верить в демократическое будущее России и в свой город, который выстоял во всех испытаниях в прошлом, выстоит и сейчас. И еще станет столицей новой, процветающей России. Но это уже другая история, которая относится к будущему - двадцать первому столетию.

Санкт-Петербург - Париж - Санкт-Петербург XI. 1997 - VII. 1999