Антон Чехов - Том 25. Письма 1897-1898

28 март.

Милая Маша, здравствуй. Насчет своего приезда, после твоего сообщения насчет снега и холода, не могу сказать ничего определенного. Буду продолжать жить здесь, проживу всю Страстную — и потом в Париж. Во всяком случае до среды на Святой неделе адресуйтесь в Ниццу, отсюда мне перешлют письма в Париж, после же среды уже ничего не посылайте, а начинайте ждать меня, s’il vous plaît.

Браз все еще продолжает писать меня. Не правда ли, немножко долго? Голова уже почти готова; говорят, что я очень похож, но портрет мне не кажется интересным. Что-то есть в нем не мое и нет чего-то моего.

Потапенко уехал сегодня. На смену приехали Морозова и Соболевский.

У меня в столе справа, в среднем ящике, есть вырезка из «Осколков», рассказ «Ошибка»* (кажется). Речь идет о чиновнике, который по ошибке вместо водки выпил керосину. Этот же рассказ напечатан на машине Ремингтона. Так вот, вырезку из «Осколков» или же рассказ, напечатанный Ремингтоном, поскорее пришли мне сюда в Ниццу; если это письмо получишь позже субботы, то рассказ вышли Хотяинцевой для передачи мне, в Париж. Она там (2 rue Leopold Robert).

Сегодня я видел английскую королеву*.

Около лилий и пионов поставь палочки, чтобы не растоптали. У нас две лилии: одна против твоих окон, другая около белой розы, по дороге к нарциссам.

В «Русской мысли» прочти рассказ «Неделя в столице». Хороша и статья о Мочалове*.

Мамаша просила купить ей зонтик от дождя. Я понял так, что ей нужен не дамский зонтик. Так ли я понял? Тебе привезу или пришлю зонтик; авось угожу, ибо буду стараться выбрать самый модный.

Без Потапенки скучно.

Я сообщу свой парижский адрес, если буду знать его до отъезда в Париж. Потапенко обещал найти мне там комнату. В Париже тепло, уже распускаются каштаны; если в России будет очень дурная погода, то придется прожить в Париже подольше.

К Святой буду еще писать, а пока будь здорова. Папаше, Мамаше и всем живущим у нас поклон и привет. Если Мария Тимофеевна у нас, то делаю ей реверанс.

Твой А. Чехов.

Гольцеву В. А., 28 марта (9 апреля) 1898*

2279. В. А. ГОЛЬЦЕВУ

28 марта (9 апреля) 1898 г. Ницца.

Ницца, 28 марта 1898 г.

Милый друже, я пришлю тебе юмористический рассказ*. Он спрятан у меня дома, и я уже написал Маше, чтобы она нашла его. Если не найдет, то подожди, пожалуйста, моего возвращения, которое не за горами. Во всяком случае, постараюсь сделать так, чтобы вопрос о рассказе был решен не позже начала Фоминой недели. Это тебя устраивает?

В мартовской книжке «Неделя в столице» милый рассказ, просто прелесть. И статья о Мочалове интересна*.

Будь здоров.

Твой А. Чехов.

Ковалевскому М. М., 29 марта (10 апреля) 1898*

2280. М. М. КОВАЛЕВСКОМУ

29 марта (10 апреля) 1898 г. Ницца.

10 апреля.

Дорогой Максим Максимович, вчера приехали В. А. Морозова и В. М. Соболевский. Завтра, в понедельник, они обедают в Pension Russe. Не приедете ли и Вы пообедать вместе?

Потапенко уехавши. Третьего дня на портрете* Вы были похожи на гоголевского «дядю Митяя»*; теперь же, по словам художника, дело вышло на лад, он торжествует. До свидания!

Ваш А. Чехов.

Воскресенье.

На обороте:

Monsieur M. Kovalevsky. Villa Batava. Beaulieu (Alpes Maritimes).

Чеховой М. П., 1 (13) апреля 1898*

2281. М. П. ЧЕХОВОЙ

1 (13) апреля 1898 г. Ницца.

1-го апреля.

Христос воскрес! Поздравляю всех с праздником и желаю благ земных и небесных.

Это последнее письмо, которое я посылаю из Ниццы, или предпоследнее, ибо уже собираюсь в путь, рассчитывая быть дома очень скоро. В Париже я пробуду недолго, именно столько, сколько нужно, чтобы сделать покупки и побывать кое у кого*. О дне приезда буду телеграфировать из Варшавы.

Поручения исполню очень охотно. Имейте только в виду, что я не буду приобретать вещи более или менее громоздкие, которые трудно укладываются (например, шляпы), и вещи, за которые на границе могут взять пошлину (ножи и вилки).

Сумку для почты постараюсь найти; охотно привез бы для тебя и для мамаши чулков, если бы вы написали размер, как я просил вас о том*; но вы не написали, и я не знаю, какого купить белья. Между тем в Париже белье дешево; чулки, платки, воротнички, сорочки — всё это модно и дешевле грибов.

Видел Феликса Фора*; впрочем, одну только спину.

Как вы проводите Пасху? Сошел ли снег? Тепло ли?

Жорж писал из Таганрога*, что летом приедут к нам в Мелихово его сестры.

Скажи папаше, что пиджак куплю, брюки же без примерки нельзя покупать, можно ошибиться и даром бросить деньги. Фуражку куплю.

Мой портрет еще не готов.

До моего приезда не обрезывайте роз. Отрежьте лишь те стебли, которые сгнили зимой или очень больны; но осторожно обрезывайте, имея в виду, что больные стебли иногда выздоравливают. Фруктовые деревья нужно покрасить известкой. Под вишнями не мешает удобрить землю известкой же.

Если увидишь Левитана, то кланяйся. Его Морозов надоел мне ужасно; это скучнейший из джельтменов*.

Всем низко кланяюсь. Очень рад, что у нас Мария Тимофеевна и завидую ей.

Нового ничего нет, всё благополучно.

Твой Antonio.

Хотяинцевой А. А., 3 (15) апреля 1898*

2282. А. А. ХОТЯИНЦЕВОЙ

3 (15) апреля 1898 г. Ницца.

Ваше письмо без марки получил* и заплатил 30 сантимов штрафа. Вы посылаете письма без марок и, как говорят, уже пьете чай без сахару. До чего Вы дошли!!

Что касается Потапенки, то он напутал. Я сказал ему: «Если тебе понравится тот отель, в котором ты остановишься в Париже, то напиши мне: я остановлюсь там же». Поручений же я ему не давал, а рекомендовал только познакомиться с Вами.

По-видимому, я выеду на будущей неделе. О дне и часе своего прибытия в Париж* буду телеграфировать*. Буду очень, очень рад, если Вы меня встретите на вокзале; пусть приходят девицы в белых платьях, как Вы обещаете, и — нельзя ли еще также голеньких младенцев с крылышками? Идя на вокзал, не берите с собой зонтика; он у Вас такой, будто Вы им кого-то долго били, и я его, откровенно говоря, боюсь.

Браз еще не кончил портрета. Как Вам это понравится?

Итак, до свиданья! Поздравляю Вас с праздником и желаю Вам всего, всего хорошего, самого лучшего!!

Ваш А. Чехов.

Пятница.

Коновицеру Е. З., 5 (17) апреля 1898*

2283. Е. З. КОНОВИЦЕРУ

5 (17) апреля 1898 г. Ницца.

Милый Ефим Зиновьевич, на сих днях я уезжаю из Ниццы. Будьте добры, скажите, чтобы прекратили высылать «Курьер» в Ниццу. Я уезжаю в Париж, оттуда в Лопасню. А Вы где рассчитываете провести лето?

Нижайший поклон и привет Вашей семье. Будьте здоровы.

Ваш А. Чехов.

5 апрель.

На обороте:

Ефиму Зиновьевичу Коновицеру.

Москва, Тверская, Пименовский пер., д. Коровина. Moscou. Russie.

Чехову В. М., 5 (17) апреля 1898*

2284. В. М. ЧЕХОВУ

5 (17) апреля 1898 г. Ницца.

5 апр.

Христос воскрес, милый Володя! Поздравляю тебя и желаю всего самого лучшего. На сих днях я покидаю Ниццу. Еду в Париж, оттуда в Мелихово, где уже, как пишут, распевают скворцы.

Посылаю 5 руб., — потому что нет ничего больше под рукой такого, что я мог бы послать тебе по почте.

Будь здоров!

Твой А. Чехов.

На конверте:

Valeur de quinze (15) francs. Monsieur W. Tchekhoff. Stavropol (Russie). Exped. A. Tchekhoff, 9 rue Gounod.

Ставрополь Кавк<азский>. Владимиру Митрофановичу Чехову. В Духовной семинарии.

Суворину А. С., 6 (18) апреля 1898*

2285. А. С. СУВОРИНУ

6 (18) апреля 1898 г. Ницца.

6 апр.

Получил Ваше письмо и тотчас же отвечаю. Я выеду из Ниццы в Париж на этой неделе, по всей вероятности в субботу*. Если Вы в самом деле решили проехаться в Париж, то, пожалуйста, поспешите, ибо я пробуду там не более десяти дней. О дне и часе Вашего прибытия телеграфируйте (Павловскому для передачи мне), я приеду на вокзал встретить Вас. А поговорить есть о чем, много накопилось всякой всячины — и чувств, и мыслей.