Горькая истина - Шанора Уильямс

Сначала я просто летала на крыльях от восторга: во-первых, раньше мне не приходилось покидать Северную Каролину, во-вторых, лучше получить хотя бы завалящее предложение из колледжа, чем вообще никакого. Ведь многие девчонки из нашей команды окончили школу без каких-либо перспектив в обозримом будущем. В каком-то смысле я свою стипендию заслужила. Благодаря мне команда была в отличной форме. Я следила, чтобы тренировки шли точно по рас писанию: чирлидинг спасал меня от мрачной реальности, которая ждала дома. Расти в бедной семье, с отцом, от которого слышишь одни оскорбления, и с бесхребетной матерью, то еще удовольствие.

И вот, набив вещами два чемодана и спортивную сумку, я села в автобус до Нового Орлеана. От окна было не оторваться – всюду росли дубы, согревающие землю толстым слоем опавшей листвы, а улицы были полны ярко одетых прохожих. Мы проезжали мимо болот и стариц, деревьев, увешанных испанским мхом, разноцветных домов и ресторанов на воде. Я никогда не видела такого раньше – эти картины поражали новизной. Моя жизнь начиналась с чистого листа, и я была твердо намерена не выпускать удачу из рук.

Жаль, что нельзя вернуться в прошлое, чтобы влепить затрещину той счастливой и наивной дурехе, какой я тогда была. Новый Орлеан вы можете увидеть в каком-нибудь кинофильме, но это впечатление будет далеко не полным. Зрителю покажут фрагменты ночной жизни, парады на Марди Гра[1], девичники в честь будущей невесты, бары или стриптиз-клубы, где весело проводят время мужской компанией. Но горькая правда заключается в том, что с изнанки в этом городе сплошная грязь и хаос. Я, вообще-то, не против суматохи, при условии, что все хоть немного регулируется, однако в Новом Орлеане никто ничего не контролирует. Люди вытворяют все, что взбредет в голову, женщины разгуливают с голой грудью, а кое-кто из мужчин даже вываливает наружу «хозяйство», лишь бы шокировать прохожих. На каждом углу лужи рвоты, бездомные попрошайки и чертова туча туристов, мешающих машинам проехать.

В тот день мне пришлось столкнуться с последней проблемой: сидя за рулем, я со стенаниями наблюдала, как дорогу переходит вереница стариков в одинаковых неоново-розовых футболках. Летом в Новом Орлеане, штат Луизиана, пик катастрофического нашествия туристов, и я этот сезон терпеть не могла. Все время думала, как бы накопить денег и сбежать в тихое местечко в пригороде, чтобы слушать стрекотание цикад, а не гудки автомобилей!

Барабаня по рулю, я взглянула на часы приборной панели; у меня был видавший виды серебристый «фольксваген-жук». До начала рабочего дня шесть минут, а ехать вдвое дольше. Как только старики освободили проезжую часть, я вдавила педаль газа в пол, радуясь, что ни красных сигналов светофора, ни пешеходных переходов на пути больше не будет.

Затормозив у итальянского ресторана «Франко», я схватила с сиденья сумку, выскочила из машины и влетела в здание через черный ход, на бегу извиняясь перед моим начальником Трентом за опоздание – уже третье за неделю.

– Еще раз – и вылетишь, Бринн! Я серьезно! – пророкотал Трент с креольским акцентом.

Больше не обращая на него внимания, я надела фартук и через двойные двери поспешила на кухню.

Ну как тут успеть вовремя, если вдобавок работаешь неполный день в минимаркете «Нулли»? Едва моя смена в магазине подходила к концу, я со всех ног мчалась в туалет переодеваться и неслась во «Франко».

Это дорогой ресторан на берегу озера, в сетевых отзывах его величают «райским уголком, о котором известно немногим». Других вариантов у меня не было, оставалось только ждать, когда найду работу получше. Откровенно говоря, я ненавидела свою жизнь. Зачем я столько лет горбатилась над учебниками в колледже? Чтобы влезть в чудовищные долги по кредиту на образование и даже с дипломом пахать за минимальную зарплату, лишь бы хоть как-то выживать? Моя специальность – бизнес, но у меня нет ни времени, ни средств, чтобы начать свое дело. Я мечтала в один прекрасный день открыть ресторан или заведение потише и поуютнее – скажем, мини-гостиницу типа «ночлег и завтрак». В моих мечтах эта гостиница находилась в Нью-Гэмпшире, люди приезжали туда весной и летом, с удовольствием отсыпались, а на завтрак баловали себя вкусными блюдами моей кухни. Потому что я хорошо умею еще кое-что – готовить.

Когда я в прошлый раз задержала плату за квартиру, моя соседка немного попсиховала, но потом сказала, что дела у меня обязательно наладятся, хотя советам Шавонн я не особо доверяю – она ведь тоже по уши в долгах. Мы обе раз в месяц еле-еле наскребали деньги за жилье – тысячу двести пятьдесят долларов, и я была почти уверена, что Шавонн тайком приторговывает телом, иначе как она каждый раз умудряется набрать нужную сумму?

Но, оборвав и эти размышления, и сердитый внутренний монолог, я взяла со стойки хостес блокнот, а вышеупомянутая хостес перечислила столики, которые я сегодня буду обслуживать. Гостей пока было мало, но через пару часов, когда солнце начнет клониться к закату и золотистый свет зальет столики, в зале яблоку будет негде упасть. За это парочки и любят «Франко» – за атмосферность. Романтический вечер на берегу озера – итальянская еда с пылу с жару, вино и любовь.

Я подошла к первому из своих столиков, за которым женщина средних лет изучала меню через очки в прямоугольной оправе, сдвинутые почти на кончик носа. Она попросила воды с лимоном, и, приготовив для гостьи требуемый напиток, я оставила ее на несколько минут, чтобы та определилась с выбором блюд, и направилась к двоим мужчинам за следующим столиком. Один из них сидел ко мне спиной.

– Здравствуйте, добро пожаловать во «Франко», – произнесла я, обращаясь к его визави.

Немолодой, бледный, с жирной кожей, на макушке лысина, нос картошкой. К тому же мужчина то и дело простуженно шмыгал носом, и, наверное, поэтому его кончик был красным. Короче, красавцем не назовешь, но сразу видно: деньги водятся – костюм с иголочки, на запястье сверкают часы. Однако радоваться щедрым чаевым раньше времени я не спешила. Богачи частенько оставляют официантов на бобах.

– Меня зовут Бринн, сегодня я ваша официантка. Что будете пить?

Тут я взглянула на второго мужчину – нельзя же его игнорировать, – и стоило увидеть знакомые светло-карие глаза, дыхание перехватило.

Ну и дела! Быть того не может! Это же он!

Доминик Бейкер, парень, с которым я встречалась в школе. Я училась в десятом классе, он – в двенадцатом. Доминик пригласил меня на свой выпускной, и