Свой чужой ребенок - Сергей Семенович Монастырский

вернулась! – сообщил друг.

– Что так?

– Муж у нее разбился, погиб! Вернулась с дочкой. Лет ей пятнадцать, наверное.

… Телефон у Веры оказался прежним. Федор позвонил.

Вера, казалось, не удивилась. Как будто и не прошло тех лет.

– Приходи. Что мы по телефону общаться будем.

Говоря по телефону, Федор не испытывал никого волнения. Но перед самым выходом вдруг стал волноваться, как будто это была встреча не со старой знакомой, а чуть ли ни д первое свидание!

Купил цветы. Бутылку вина, и минут пять, постояв перед дверью, позвонил.

– Привет! – сказала Вера, как будто они виделись только вчера, – Ты что это, прямо как жених! – шутливый ее тон, сразу расслабил Федора.

– У меня еще там чемодан за дверью! – пошутил он, – мы же теперь вместе жить будем!

– Ну, орел! – восхитилась Вера.

– А ты говорила раньше, что не орел!

– Был не орел, раз позволил невесту увести!

Федор вошел в квартиру.

– А где дочь? – поинтересовался он, оглядевшись.

– В лагере, – объяснила Вера. Отдыхает.

– Что-то рано, – усомнился Федор, вспомнив, что Надя еще годовые оценки не получала.

– Но мы же только приехали. Из одной школы ушли, в другую еще не поступили. Устроила в молодежный лагерь. Друзей то у нее еще здесь нет!

Вечер был долгим, и хорошо, что это был вечер воспоминаний. Говорили обо всем, что только приходило в голову, и обоим было свободно и весело.

– Ты не жалеешь, что за него замуж вышла? – вдруг осторожно спросил Федор.

– Я его любила. Он действительно был орел. А остальное не важно, – просто сказала Вера и вздохнула,– ну, что говорить! Нет уже его. Три года как нет.

– А зачем ты три года там жила, могла же сразу уехать?

– Не могла, Федь! И только когда поверила, что все, ничего больше не будет, вот тогда собралась и уехала!

– А ты, рассказывают отец-герой! – переменила она тему, – эх, какого я мужа для себя упустила!

– Возьми сейчас! – пошутил Федор.

– А что, там плохо?

Федор вкратце рассказал.

– Ты что, правда, хочешь дочь бросить! Вера вдруг встала, и тон ее перестал быть шутливым.

– Нет.

– Тогда вставай и езжай немедленно. Давай! Давай!

– Вер, может завтра? Я думал….

Вера подошла к нему, обняла, поцеловала.

– Я тоже думала. Пока ты мне эту историю не рассказал. Я ведь тоже мать!

– Вер, а может завтра?

– Нет. Завтра ты не поедешь. Или я тебя не выпущу. Езжай, Федя.

***

Прошло четыре года.

И наступил тот день, когда рухнула вся жизнь Федора.

Только что отпраздновали золотую медаль, окончание школы. Впереди предстоял большой и самостоятельный этап из программы, которую Федор выстроил для Нади в своих планах.

– Ну что, давайте решать, в какой институт направлять документы! – весело спросил он, когда на следующий день семья собралась за столом.

Неожиданно Клава и Надя замолчали.

– Ни в какой! – наконец решилась Клава, – Надя же беременная. По любви, по большой любви! – запричитала она, предчувствуя, что будет дальше. – И они уже подали в загс документы, – пригвоздила она вопрос.

Федору показалось, что все это происходит не в его доме, что приснился какой-то странный сон, потому что все, что Клава сказала, к их семье не относится!

Он ошарашено озирался по сторонам, – все было на месте. Рядом сидела Надя, по другую сторону стояла Клава.

– А почему я об этом только что узнаю! – наконец задал он первый появившийся в голове вопрос.

– Пап, не хотели расстраивать. Ты бы не дал мне школу закончить, одни скандалы были бы!

– И кто этот счастливый человек?

– Ты его знаешь, мой одноклассник Боря, он у нас часто бывал!

Федор вспомнил парня, действительно часто бывшего у них вечерами и лениво отвечавшего на все его вопросы.

Дальше конечно началось светопреставление!

– Ты понимаешь, что на этом жизнь твоя кончена! – кричал Федор, краснея от неприятия к Наде. – Ребенок – это конец мечтам об институте, а значит и хорошей дороги в жизни. Ты хочешь повторить судьбу своей матери?!

– А что, поджав губы, прошептала Клава, – ее мать проституткой не стала и пол в магазинах не мыла!

– Мыла, пока я тебя не нашел! – пояснил Федор.

– Кто такой Боря?! Ему осенью в армию идти! А это, как и твоему солдатику – дальня дорога и ищи свищи!

– Не трогай Борю, ты его не знаешь! – наконец крикнула Надя. – И какое твое дело?! Я его люблю! И он меня!

И тут она сказала все, что перечеркнуло всю жизнь Федора:

– Ты ведь про любовь ничего не знаешь! Ты думаешь, я не видела, что мать ты не любишь, что вы оба живете вместе только из-за меня! А ты, думаешь, хорошо расти в семье, где нет любви! Я себя постоянно обязанной чувствовала, потому что вы жили вместе только из-за меня!

– Так вот, мои дети так жить не будут! И я не буду, как моя мама!

У Федора путались мысли, и ему вдруг стало все равно.

– Все?! – спросил он.

– Все. – ответила Клава, полагая, что вечер благополучно завершен.

– Я пошел! – произнес Федор, вставая.

– Куда? – вскрикнули обе.

– Не знаю. Но здесь я уже точно не нужен. Так как я хотел, уже не будет. Мешать вам тоже не стану. А сидеть тут лишним предметом не хочу!

Федор прошел в комнату, побросал в небольшой чемодан самое необходимое, вышел к двери.

Бросил сбербанковскую карточку на стол.

– Здесь хватит и на свадьбу!

– А сам-то придешь?! – спокойно спросила Клава.

– Нет! Не моя радость!

Надя бросилась ему на шею, обняла.

– Я тебя люблю, пап!

– И я.

… Уехал Федор в свой город. Прежняя жизнь закончилась. Надо было пережить все это, начиная другую.

Он вернулся на прежнее место в институт, снял квартиру, через месяц другой как-то обустроил свой быт.

Домой он, конечно, звонил. Борю забрали в армию, Надя продолжала ждать ребенка.

– Приезжай! – пригласил Федор, – погуляем где-нибудь, в театр сходим.

– Пап, мне тяжело сейчас ездить. Потом как-нибудь.

Федор окончательно понял, что Надя в нем уже не нуждается.

Через месяц он решил позвонить Вере.

– Замуж еще не вышла? – в шутку спросил он.

– Тебя жду! – тоже, наверное, в шутку ответила Вера.

Эту ночь в день свидания они провели вместе.

Утром солнце даже через легкие шторы заливало комнату. Вера уже встала, и из кухни доносился запах кофе.

Начиналась новая жизнь с любимой некогда женщиной.

– Мам, – а зачем он нам нужен?! Нам так хорошо вдвоем, – услышал он голос Вериной дочки.

Федор оделся, вышел в комнату, улыбнувшись двум женщинам, поздоровался.

– Ну, я пошел!

– Федя, а кофе?! – тревожно спросила Вера.

– В другой раз как-нибудь зайду!