До встречи в феврале - Эллисон Майклс

поперёк двери, не подпуская посторонних внутрь. Я почувствовала себя воришкой, заходя на чужую территорию, но я ведь не собиралась копаться в его вещах. Только возьму что-то из шкафа – надеюсь, сосед, мистер Леблан, не узнает об этом и не сообщит в полицию. По его милости я попала на радары офицеров, но до сих пор не имела чести с ним увидеться. Навряд ли по дому развесились камеры, но я машинально проверила углы на наличие мигающих красных огоньков. И повернула ручку.

Надо было бы сперва спросить разрешения у мистера Кларка, но тот не ответил на моё сообщение, а в списке чёрным по белому значилось, что не стоит беспокоить его в рабочие часы. Не знаю, что хуже: вызвать его гнев одолженной футболкой или неурочным звонком. О первом он мог и не узнать, так что я осмелела и вошла в спальню.

Здесь царил порядок, как и во всём доме. Задёрнутые шторы темнили комнату, отчего она казалась одинокой и покинутой. Двуспальная кровать застелена однотонным покрывалом в тон к общей обстановке. Всё бежево-синее и более строгое, чем интерьер остальных комнат. Деревянные панели за изголовьем кровати, лампа в стиле модерн, кресло в углу в обрамлении полок с немногочисленными книгами. Словно сама спальня подстроилась под хозяина и не впускала другие краски внутрь.

Бетти говорила, что её сын убрал все фотографии, чтобы те не мешали мне почувствовать себя здесь как дома. Но к спальне это не относилось. Здесь всё осталось по-прежнему, на сколько я могла судить.

У прикроватного столика – семейный снимок. Я не удержалась и поднесла его поближе к глазам, чтобы рассмотреть всех получше. Из двенадцати улыбающихся лиц я знала лишь двоих, но сразу становилось ясно, что передо мной большая и дружная семья. Один похож на другого с ювелирной точностью. У мистера Кларка, его брата и сестры одинаковые глаза, так что я быстро вычислила, кто кому приходится. Их супруги, дети. Мистер Кларк старший со строгим взглядом и тот излучал радость.

У меня никогда не было такой большой семьи. После смерти родителей остались бабушка да я, два тонких деревца, сплетённых между собой. Порой мне казалось, что больше никто и не нужен, а порой, глядя на семьи одноклассников, мне хотелось почувствовать себя частью чего-то такого же цельного. Но я – лишь ломоть пирога, который оставили в холодильнике, потому что давно уже сыты.

Были здесь и другие вещицы, из которых пазлами складывается личность каждого из нас. На подвесной полке коллекция ретроавтомобилей. Модельки-крошки выстроились в ряд, их потухшие фары дремали в полумраке. Никогда бы не подумала, что такой деловой мужчина, как Джейсон Кларк, каким он мне показался по тону писем и манере общения, собирает нечто подобное. Может, монеты, сигары или нечто такое же мужское, но никак не мальчишеский мини-гараж. Из всех марок я узнала только «форд» и «БМВ», почти как у Гэбриэла. Я еле сдержалась, чтобы не покрутить в руках этих малюток, но решила со своим везением держаться от них подальше. Мало ли судьба несчастного жирафа повторится – с одной из машинок помилование мне не светит!

Вместо этого интерес мой сместился на домашнюю библиотеку мистера Кларка. И тут ему удалось меня удивить. Ни одной книги по саморазвитию или мотивации, которые я ожидала увидеть, ведь он весь из себя такой развитый и мотивированный. Преуспевающий и амбициозный. Другого бы не послали на замену сотруднику аж за четыре тысячи миль. Но на полке обитали художественные романы, в основном классика и современные триллеры. Среди твёрдых переплётов я отыскала «Великого Гэтсби» и серию про Эркюля Пуаро. Как забавно, что я тоже любила госпожу Кристи и даже подметила пару детективов, которые ещё не читала.

Так, я же обещала себе не рыться в белье мистера Кларка. Потому перестала разглядывать его изнанку и поспешила к шкафу. Взять то, за чем пришла. На одной из полок я увидела первую же попавшуюся футболку, которая показалась мне домашней, и вытащила её так аккуратно, чтобы не оставлять следов. И тут же зазвонил мой мобильный внизу.

Да как же он узнал?! У него тут и правда камеры?

Схватив футболку, я выскочила из спальни и помчалась по лестнице в гостиную, где бросила свой телефон. Но звонила всего лишь Сид. А сердце моё всё ещё куда-то мчалось вприпрыжку.

– Дорогая! – Радостно поприветствовала Сид. – Как продвигается твоя ссылка на Северный полюс?

– Привыкаю потихоньку. Мороз уже не так кусается, а сам переезд не кажется такой плохой идеей.

– Я знала, что ты сумеешь адаптироваться. Ты уже виделась с мистером Максвеллом?

В ответ вырвался протяжный вздох.

– Слышу, что виделась. – Засмеялась Сид. – Этот мужчина склонен производить подобный эффект.

– Так ты знала? – Изумилась я. – Знала, что он не сумасшедший старик с миллионами в карманах?

– И что он писаный красавец? Конечно, знала, я ведь умею делать свою работу.

– Почему же мне не сказала? – Надулась я. – Я бы так не опозорилась перед ним.

– Я ведь не могу всё делать за тебя, дорогая. – Подстегнула меня Сид. – Думала, ты сама поищешь что-нибудь о нём в интернете.

Этим я и собиралась заняться сегодня, сразу после того, как немного порисую на террасе. Два дня не держала кисть в руках, и та заныла от скуки.

– И как он тебе?

– Уилл очень добрый и внимательный. Совсем не похож на тех богачей, кого я встречала.

– Уилл? – Кокетливо переспросила Сид. – Быстро же вы спелись.

– Ничего такого. Он и правда очень простой для своего непростого статуса.

– Смотри, дорогая, не потеряй от него голову. – Предостерегла меня Сид, как всегда выступающая моим голосом разума и дремлющей совести. – Не повторяй ошибок, как с Гэбриэлом. Не стоит бросаться из огня в новый костёр, пока ожоги ещё не затянулись.

– Даже не думала. Предпочитаю смотреть на огонь, а не прыгать в него. Нас связывают только рабочие отношения. – Но сердце волновалось совсем не по-рабочему от одного его имени. – После Гэбриэла я официально взяла передышку на свидания. Сложно потерять голову, если занять её работой. А её будет много. Кстати, о Гэбриэле…

С Сид лучше сменить тему резко, как свернуть с полосы на скорости в сто миль, пока она не начала опекать своими наставлениями. Всего на шесть лет старше, а порой она казалась второй мамой, что лезет со своими нравоучениями, хотя я понимала, что порой со мной нужен был глаз да глаз, и она хотела как лучше для меня же.

– Ты решила проблему? – Взволнованно поинтересовалась