Бледные - Гектор Шульц

дворовых пацанов, которые посмеиваясь, проводили меня жалящими взглядами и, выйдя на улицу, тяжело вздохнул. Болела спина, болело сердце, а в горле все еще ворочался мой так и не выпущенный наружу крик.

Идти к друзьям? Глупо. Тем более таким разукрашенным. Вопросов мне только не хватало. В подъезде ночевать? Там нашла приют местная шпана. Кто знает, когда они уйдут. Гулять до рассвета тоже глупо. На улице ощутимо похолодало, а из одежды на мне только штаны, да водолазка. Мне хотелось кричать. Кричать так громко, как я еще никогда не кричал. Но вместо крика будет один лишь сиплый хрип. Это я знал прекрасно, как знал трус, сидящий внутри меня.

– Э, Шептун.

Вздрогнув, я обернулся и увидел, что передо мной стоит Чук и Шиша. Оба серьезны, нет даже привычных гаденьких улыбок.

– Да? – тихо ответил я, гадая, зачем им понадобился. В какой-то момент стало похуй. И на очередной доеб, и на избиение. Может, убьют в итоге. Так хоть мучиться больше не придется.

– Чо, мамка из дома выгнала? – усмехнулся Шиша.

– А то ты, блядь, сам не слышал, – проворчал Чук.

– Ну, да, – стушевался тот. – Короче, погнали к нам. Плеснем тебе чего для согрева, посидим, потрещим.

– Все нормально, – кивнул я. – Прогуляюсь немного.

– Слышь, Яр, – кажется впервые Чук назвал меня по имени, – а чего тебя мамка так пиздит-то?

– Если бы я знал, – вздохнул я.

– Ладно там пару раз для острастки. Меня батя тоже по малолетке шугал, бывало. А тут каждый день слышно, как тебе прилетает.

– Я уже привык.

– Ну, ты смотри, – Чук почесал шрам над бровью и кивнул в сторону подъезда. – Мы там за батареей чутка водки оставим. Ну и покушать по мелочи. Бери, если что.

– Спасибо, – робко улыбнулся я, сам не веря тому, что слышал.

– Лан, погнали, – пробормотал Шиша, которому определенно стало неловко от таких разговоров.

Пацаны вернулись в подъезд, а я стоял на улице, смотрел на свой дом и гадал. Как так получилось, что даже у оголтелой шпаны вдруг нашлась крупица доброты и сочувствия, а у родного человека, который должен любить меня, нет? Ответ ко мне так и не пришел.

Ночь я провел в подъезде, скрючившись на подоконнике в три погибели. Ужином мне послужил оставленный шпаной плавленный сырок и половина батона, которым закусывали водку. К самой водке я не притронулся. Прекрасно понимал, что стоит маме учуять запашину, то меня ждет еще одна увлекательная ночь на улице.

Домой я попал только рано утром. Мама, открыв дверь, мрачно на меня посмотрела и спустилась вниз по ступеням. Она бросила рядом со мной ключ от квартиры и не сказала ни слова. Просто прошла мимо, будто меня вовсе не существовало. Но к такому я привык, поэтому покорно подобрал ключи и отправился домой. До одури хотелось забраться в свою кровать под одеяло и просто отключиться. Без лишних слов, без снов, без боли.

К счастью, мама быстро забыла о произошедшем и, когда я сказал, что иду на репетицию, только молча кивнула головой. Испытывать судьбу я не стал и, быстро собравшись, помчался на трамвайную остановку.

В студию я приехал последним. Мои друзья уже расселись по своим местам и внимательно слушали Славика, который о чем-то увлеченно им рассказывал. Кивнув им, я бросил рюкзак в угол и уселся на диван рядом с Васей. Та удивленно приподняла бровь, увидев кровоподтек у меня под глазом, но промолчала, когда я пожал плечами и улыбнулся.

– О чем разговор? – тихо спросил я Васю, но ответил мне Андрей.

– Розанов вещает о небывалом успехе, – ответил он и усмехнулся, посмотрев на поперхнувшегося Славика. – Три нефора спросили его, где можно взять наш альбом, и Славик поплыл.

– Не поплыл, а увидел перспективы, – поправил его Розанов. – И не три нефора, а большая половина присутствующих.

– Факт, – лениво ответил растекшийся в кресле Макс. Выглядел он крайне мрачным и помятым. То ли похмелье, то ли просто дурное настроение. – В «Черном солнце» тоже спрашивали. Короче, успех, пацаны и пацанессы. Слав, ты по теме давай, не отвлекайся.

– Как уже говорил, но повторю для опоздавших, – метнул в мою сторону недовольный взгляд Славик. – Нам нужен полноценный альбом.

– Нам бы демку сначала записать, – перебил его Андрей. – Заслать куда-нибудь, рецензий парочку получить от уважаемых людей.

– Сингл, – снова поправил его Розанов. – Четыре песни, которые мы исполнили на концерте, тянут на сингл.

– Хуй бы с ним, пусть сингл, – согласился Андрей. – Не рановато для альбомов? Куда ты так летишь?

– Куй железо пока горячо, – улыбнулся Славик, а Макс его поддержал.

– Согласен. Успех есть, значит, надо продолжать. А для примера, чтобы обкатать процесс и набить шишек, можно сингл записать. Колумб и Дим Димыч в теме. Помогут звук причесать, а там решим потом, кассету или диск записывать.

– Диск был бы лучше. Все ж цифра постепенно вытесняет пленку, – ответила Вася. – Папа домой центр музыкальный купил, так кассеты теперь почти не слушает.

– И звук лучше, – кивнул Андрей. – Ладно, с демкой можно и на кассету. Есть пара вариантов, куда можно отправить.

– Например? – полюбопытствовал Макс, глотнув пива.

– Да хотя б к Гоблинсу. Дядь Сережа – мировой мужик. Поставим кассеты в «Черном солнце», кинем клич и народ разберет.

– Допустим. Разойдется сингл по своим, а нам лицом поторговать надо.

– Рецензии нужны, – задумчиво пробормотал Славик. – Только журналов по готике, да и по тяжу в целом, у нас кот наплакал.

– Можно в «GothZine» отправить, например, – подумав, ответил Макс. – Там правда не журнал, а так… брошюра, но среди наших его многие читают. Да и в соседних городах он тоже попадается.

– «Rock City» еще, – добавил я. – Почтой в Москву. Возможно в свежих релизах засветить удастся.

– О, а это годная идея, – просиял Макс, заставив меня смутиться. – Молодца, Яр. Короче, Слав, ты инфу собери, куда можно кассету пристроить, а я пока с Колумбом насчет записи потрещу.

– Хорошо, – буркнул Славик и достал из кожаного дипломата, который заменял ему и портфель, и рюкзак, стопку мятых листов. – Я тут кое-что накидал. Попробуем сыграть?

– Давай, – кивнул Макс. – Только без вокала.

– Угу, – усмехнулся Андрей, перебираясь за ударную установку. – Вокал перебрал с бухлом и запрещенкой, посему находится в некондиции.

– В позиции молчаливого наблюдателя, отринутого приличным обществом, – улыбнулся Макс. – А что за материал, Слав?

– Наметки для новых песен, – объяснил Славик. – Ну, на стихи, которые вы с Анастасией написали.

– Интересно, интересно. Значит, альбому и правда быть.

– А ты сомневался? – выдавил жидкую улыбку Розанов. И эта улыбка явно говорила о том, что так просто эту