Выбираю тебя - Настя Орлова

же спускаюсь в подземный переход. В одном из спортивных магазинов покупаю кепку и объемный костюм неприметного оливкового цвета. Оплачиваю товар наличными и переодеваюсь прямо в примерочной, заталкивая свое платье в пакет. Сейчас я ощущаю себя героиней фильма, но пульсация крови в ушах не дает мне ошибиться – это все происходит по-настоящему.

Я в метро. Забившись в угол, я слежу за тем, как перед глазами проносятся станции, и думаю обо всем, что сказал мне Кирилл. Несмотря на наше прошлое, сейчас я ему верю: в его глазах чересчур много неподдельного отчаяния и горечи, чтобы он мог лгать. А еще он сказал, что любил погибшую кузину Алекса. Слово «любовь» из уст брата я не слышала ни разу до этого дня, поэтому осознаю всю важность такого признания.

Месть. Такое короткое и такое емкое слово. Неужели все это время Алексом двигала только она?

Закусив губу, я печально вздыхаю. Злюсь на себя, что могла настолько довериться Ди Анджело. Поддавшись его чарам, я заставила себя позабыть, как сильно этот мужчина ненавидит мою семью. И то, что теперь я знаю точные причины ненависти, никак не влияет на тот простой факт, что я сглупила.

Возможно, на короткий срок я действительно привлекла внимание Алекса. Возможно, он хотел меня. Но правда заключалась в том, что отношения ко мне и моей семье он не изменил. Моя же глупость привела к тому, что теперь я, возможно, жду ребенка от человека, который меня ненавидит. Довериться Ди Анджело с самого начала было ошибкой, о которой меня много раз предупреждал Кирилл, но все же я ее совершила. Впрочем, это вовсе не означает, что я позволю себе совершить еще одну.

Выйдя из метро, я оглядываюсь в поисках указателей на камеру хранения. Следую маршруту, чтобы оставить под электронным замком пакет с одеждой и выключенным телефоном. И тоже плачу наличными.

Наверное, я схожу с ума. Несколько раз мне в толпе мерещится Алекс, но в конце концов это оказывается просто игрой моего воображения.

Я снова в подземке. Своими хаотичными передвижениями я рассчитываю запутать Алекса, если он вдруг надумает меня искать, подключив весь свой административный ресурс. В том, что он его имеет, я даже не сомневаюсь – смог же он устроить для меня свидание с Кириллом, которое, по словам дяди, было абсолютно невозможно в данной ситуации.

Я выхожу на одном из автовокзалов. Покупать билет на автобус и светить паспорт я не намерена, потому решительно иду к автобусам частных компаний. Ближайший, который отправляется через семь минут, идет в Воронеж.

Я отдаю водителю несколько купюр и занимаю место. Сердце колотится как бешеное, потому что мне кажется, что у меня ничего не получится и меня поймают. Биение сердца отдается даже в висках, ладони потеют, тело напряжено до предела. Выдохнуть у меня получается только тогда, когда автобус отправляется в рейс. За окном мелькают пейзажи мегаполиса, а у меня перед глазами стоит лицо Александра.

Должно быть, он уже понял, что я ушла, нарочно с ним не поговорив. Интересно, что он делает сейчас? Равнодушно занимается своими собственными делами или негодует, пытаясь понять, почему я так поступила? Я с легкостью представляю его хмурое надменное лицо и возможную ярость. Но возникший в сознании образ не вызывает у меня удовлетворения – я только сильнее погружаюсь в пучину отчаяния, только сейчас осознавая, что в действительности сделала, на что решилась.

Автобус прибывает на автовокзал Воронежа около восьми вечера. Уже темно, и в незнакомом городе я ощущаю себя растерянно и некомфортно. Пока я находилась в дороге, все дальше удаляясь от Александра Ди Анджело, все казалось простым, а сейчас я не понимаю, зачем я здесь и почему послушала Кирилла.

Изначально я думала задержаться в этом городе на какое-то время, но теперь понимаю, что ни в коем случае не хочу оставаться здесь даже на одну ночь. От нахлынувшей тоски очень хочется плакать и сейчас же вернуться домой. Сердце сжимается, представляя, как бабушка в одиночестве ходит по пустым комнатам, а брат коротает вечер в камере. Так быть не должно. После всего, что уже произошло с нами, так быть не должно. Почему же это снова случается?

Порыв вернуться захватывает меня совсем ненадолго. Я вовремя вспоминаю причины, по которым сбежала: не только из-за обещания, данного брату, но и потому, что я чувствую – мне самой нужна передышка. Место, где я могу выдохнуть, зализать нанесенные мне раны, разобраться в себе, в конце концов, понять, беременная я или нет. После этого я буду готова к новой конфронтации с Алексом, а сейчас, я знаю, я ее просто не выдержу и сделаю то, что скажет он. А что, если он не захочет ребенка и убедит меня сделать аборт?

Инстинктивно положив руку на свой абсолютно плоский живот, я делаю глубокий вдох, прогоняя непрошеные слезы, – как бы там ни было, я не дам себя в обиду. В подтверждение этой мысли я беру себя в руки и критически оцениваю ситуацию. Нужно определиться, что делать дальше: не спать же мне на вокзале, в самом деле!

К счастью, мне улыбается удача. Пройдя весь вокзал по периметру, я внезапно замечаю стойку с большим белым автобусом и табличкой «Геленджик». Перед глазами возникает уютная бухта, длинная набережная, соленый воздух и бриз, треплющий волосы. Минуту назад я знала, что не останусь в Воронеже, но не знала, где окажусь завтра, а теперь я уже ни в чем не сомневаюсь – поеду к морю.

Решительным шагом подхожу к автобусу и заглядываю внутрь в поисках водителя, немного опасаясь, что он без разговоров отправит меня в кассу. Но мне снова везет – наличные творят чудеса, и он соглашается взять меня на рейс без билета. До отправления остается семнадцать минут, поэтому, прежде чем забраться на указанное место в первом ряду с идеальным видом через лобовое стекло на дорогу, я успеваю купить в киоске воды и несколько снеков.

Большую часть ночного пути я мирно сплю. Наверное, таким образом организм и мозг компенсируют треволнения дня. Автобус идет маршрутом экспресса, поэтому по дороге останавливается лишь на нескольких крупных станциях. Несмотря на затекшие спину и ноги, я этому рада – сейчас, когда цель так близка, мне не терпится оказаться на море.

Последние часы перед прибытием в пункт назначения я жадно смотрю в окно. Ландшафт полностью поменялся – вместо квадратов полей и узких лесополос показались живописные холмы и скалы, и я как