Рыжик на обочине - Энн Тайлер

же не садился за стол. Так что сразу переходим к мытью пола. «Штрашная швабрия», — говорит он, но не идет за шваброй и ведром.

Вместо этого он идет в кабинет и проверяет почту. Письма от кандидатов на выборах, просьбы о поддержке, скидки на зимние шины, антивирусные компьютерные программы и чистка водостока. В корзину, в корзину, в корзину. Кеджер спрашивает, не получится ли в среду вместе сходить в магазин «Эппл». Вперед, ответь ему «да» — повидаться с родней сейчас кажется неплохой идеей. Ваша подписка на «Тех Татлер» истекает в конце следующего месяца. В корзину.

Он собирается выйти из почты, когда обнаруживает письмо от Лорны Бартелл Адамс. Первая строка: «Просто хотела тебе сообщить…» Вот почему надо бы всегда держать смартфон под рукой, а то он едва поспевает наверстывать пропущенное. Он кликает на иконку и раскрывает текст целиком. «Просто хотела тебе сообщить, что у нас все хорошо. По пути домой мы как следует обо всем поговорили. На понедельник назначена встреча с деканом. Еще раз спасибо. Обнимаю. Лорна». Он думает, как ответить на это письмо, но в итоге не отвечает. И что бы он написал? «Странно, что ты вообще потрудилась написать мне, ведь я вроде бы такой…»

Он отталкивается от стола, встает, выходит в гостиную. Ковер, телефон, три пустые банки из-под пива, меню заказа готовой еды, пакет из-под картофельных чипсов. Он выбрасывает лишнее, нужное раскладывает по местам. Не в первый раз думает, что следовало бы наводить порядок с вечера, перед тем как лечь спать. Но на исходе дня, в течение которого он час за часом только и делает то, что положено, у него попросту кончается завод.

«Как же так обернулось, что наш разрыв — это МОЯ вина? Чего ты ждала, что навообража-ла себе?»

Он едва заметно качает головой. Живи дальше, ради всего святого: история с Лорной давно завершена и забыта. Как и все прочие отношения — с Зарой, с Аделью, а теперь и с Кэсс. Ему бы чувствовать себя освобожденным. Ведь так и есть — освободился, избавился. Лорна так утомительно всегда права; Зара была так одержима Танцем (с большой буквы, она всегда именовала свое увлечение с большой буквы), и Адель с ее ненаглядными вымирающими видами. («Ты сидишь? — спрашивала она, прежде чем возвестить об исчезновении какого-то редкого вида бабочек. Даже если находилась с ним в одной комнате и могла воочию видеть, сидит ли он. — Ты готов это услышать?» Это похоже на то, как некоторые начинают смеяться над собственной шуткой, прежде чем произнести ее вслух.) А Кэсс? Да он может найти полно изъянов в Кэсс, начиная с того, что она обманывала его насчет того, чего от него ждет. Он-то откуда мог знать, чего она ждет? Не телепат же он!

Нахмурившись, он смотрит в корзину, куда только что бросил пакет из-под картофельных чипсов. Звонит телефон, он вынимает его из кармана и глядит на экран. Номер незнакомый.

Он решает ответить.

— «Технарь-отшельник», — говорит он. Женщина переспрашивает:

— «Технарь-отшельник»? Закатив глаза, он говорит: — Да.

— Видите ли, у меня такая проблема? — говорит она. Голос молодой, но не настолько молодой — пора бы ей отказаться от вопросительной интонации. — Что-то — что-то все время у меня сбоит? В смысле, программа, которую я включила? И потом на экране появляется надпись с предложением сообщить о проблеме?

— Хм.

— Так что мне, согласиться и нажать «да», или я накличу на себя неприятности.

Забавно, когда она задала наконец вопрос, тут-то и обошлась без вопросительного знака в конце.

— Какие неприятности вы боитесь на себя накликать? — спрашивает Майка.

— А вдруг у меня похитят мою личность?

— Что, простите?

— Личность. Это может быть мошенничество, чтобы похитить личные данные.

— Да ну, — говорит он.

— Не может быть?

— Никак не может.

Пауза. Женщина думает, верить ли ему на слово.

— Если вы отправите сообщение о проблеме, это вполне нормально, — говорит он ей. — Но если вам это не по душе, можете не отправлять.

И вообще, чуть не добавляет он, есть опасности куда страшнее, чем утратить свою личность. Сейчас ему кажется, что он бы с удовольствием избавился от своей.

— Ладно, спасибо, — говорит она наконец и выключает телефон.

Даже не спросила, должна ли она заплатить за консультацию, — впрочем, он бы все равно ответил «нет».

Он несет корзину для мусора в кухню, вытряхивает в большое ведро под раковиной. Завтра вывоз мусора, но у него и на один мешок не накопилось.

Следующий звонок раздается чуть позже, когда он бесцельно листает «Сан» за кухонным столом.

— Артур Джеймс, — представляется мужчина. — Вы меня помните?

— Хм, — тянет Майка.

— Пару месяцев назад вы установили мне внешний диск.

— Ах да! — отвечает Майка, надеясь, что прозвучал достаточно убедительно.

— Так вот, сканер вдруг отказался работать. Вчера все было в порядке, а сегодня, похоже, не сканирует.

— Пробовали выключить и снова включить?

— Пробовал, но ничего не изменилось.

— Хм.

— Я и подумал, наверное, вы могли бы заехать и посмотреть.

— Напомните мне, пожалуйста, адрес.

Мужчина диктует адрес, Майка записывает его в блокнот, лежащий возле тостера.

— Выезжаю, — говорит он. Отключается, вырывает листок из блокнота, прихватывает магнитный знак на машину и сумку с инструментами, направляется к задней двери.

Уже позднее утро, по радио идет ток-шоу со звонками слушателей. На взгляд Майки, ток-шоу со звонками слушателей — худшая в мире идея. Кому интересно мнение ни в чем не сведущего человека с улицы? Он все подумывает переключить на другой канал, но сил нет. Очередной звонок, сиплый житель Айовы — похоже, сам не ожидал, что окажется в эфире.

— Алло! — твердит он. — Слышно меня?

— Да, да, — нетерпеливо отвечает ведущий.

И тут позвонившему, разумеется, непременно требуется весь предварительный церемониал.

— О, привет! — говорит он. — Доброе утро! Пауза.

— Пожалуйста, продолжайте.

— Ну, первым делом, — говорит радиослушатель, — я хочу сказать вам, как я люблю вашу передачу. Я всегда…

— Что вы хотите нам сказать? — перебивает ведущий.

— А? И еще я хотел бы поблагодарить вас за то, что ответили мне…

— Всегда рады! Но вы позвонили, чтобы…

Радиослушатель пускается в путаные рассуждения о… какова тема сегодняшней передачи? Полицейское насилие, что-то связанное с полицейским насилием. У него полно слов-паразитов, «знаете ли» в каждой фразе и столько «мм» и «э», что, казалось бы, он должен и сам это замечать. Но он пребывает в счастливом неведении, даже когда ведущий делает уже вполне откровенные намеки поторопиться, например: «Ну да, и?» или «Хорошо, итак?»

— Вот почему радио надо оставить профессионалам, — укоряет Майка позвонившего,