Евгений Козловский - Киносценарии и повести

- Ну! - подтвердила Соседка. - Мужа.

- Это, тетка, - призадумался Энергичный, - это тебе придется маленько подождать. Вот купим компьютер!

- Чего?

- Компьютер, - гордо повторил Энергичный. - Видела, в магазине касса чеки выбивает?

- Ага, - кивнула собеседница.

- Во, приблизительно в этом роде.

- А когда купите? - не отставала Соседка.

- На будущей неделе наведайся, - посулил Энергичный. - А пока иди, тетка, иди.

- Да я иду, - отступила Соседка на шаг и замерла снова.

- Ладно, - обернулся Энергичный к Печальному. - Отпирай. Дрель подключить надо.

Печальный открыл дверь, и, когда Энергичный, разматывая провод, скрылся за нею, обернулся к Соседке:

- Вы, пожалуйста, не верьте ему. Он все шутит.

- Я понимаю, - кивнула мать-одиночка. - Что ж я, совсем тупая по-вашему?..

Двери видеосалона украшало объявление:

На всех сеансах сегодня

демонстрируется

исключительно

"Love story"

- Смотрят? - осведомился Мафиози у человека за стойкой.

- Не очень, Джабраил Исмаилович, - ответил тот хоть вежливо, а и с оттенком осуждения. - Может, все же "Тарзана" пустить?

- К-козлы! - плюнул Мафиози и, заглянув в полупустой зальчик, где с экрана лилась известная душераздирающая мелодия, прошел в кабинет.

Там, сладострастно подставив себя прохладным потокам воздуха из кондиционера, поджидал Шестерка. Мафиози выключил "Тарзана", которым пока развлекался подручный, протянул пачку денег:

- Пересчитай!

- Неужели ж, шеф, я вам не верю?! - выпятил нижнюю губу Шестерка.

- Считай, говорю! - прикрикнул вполголоса Мафиози.

Шестерка перебрал между пальцами червонцы:

- Точно, две.

- Отдашь, - распорядился Мафиози, - и скажешь, чтобы ждала дальше. Адрес не забыл?

- Как можно, шеф? - полуобиделся Шестерка.

- Тогда счастливо!

Шестерка скрылся. Смикшированный покрытыми звукоизоляцией стенами, едва услышался звук резко взявшего с места автомобиля. Мафиози посидел неподвижно, затем вставил кассету в зев видеомагнитофона, нажал клавишу. Пошли начальные титры "Love story". Жужжание кондиционера раздражало, и Мафиози выключил его.

Тут в дверь просунулась облитая потом лысая немолодая голова:

- Джабраил-джан, стекло сперли. А мне на свадьбу, к сестре. Ночью, понимаете. Через перевал!

- Что я тебе, на автосервисе, что ли, работаю? - буркнул Мафиози, раздраженный, что его оторвали. - И сколько раз вообще говорить, чтоб не приставали, когда работаю?! Дай мне побыть наедине с кино!

- Ну Джабраил-джан, - голова просунулась глубже, втянув за собою толстое тело в чапоне цвета темной морской волны, подвязанном алым шелковым бильбаком, - ну пожалуйста! На свадьбу! К сестре! В Бухару!

- В Бухару, говоришь? - забарабанил пальцами Мафиози. - Тоже, значит, в Бухару?

Толстяк, конечно, не понял, почему тоже, но согласиться поспешил:

- Тоже, Джабраил-джан, тоже!

- Ладно, - смилостивился Мафиози, - подумаем.

Толстяк выскочил из кабинета и тут же вернулся с телефонным аппаратом в руке - шнур змеился куда-то за дверь:

- Прямо сейчас подумайте, а?!

- Ну-ка, ну-ка, левее! Левее стань! Ч-черт подери, ни ч-черта не вижу! - уставясь в свежеврезанный глазок, дирижировал Энергичный Печальным. Открыл дверь. - Заходи. Ничего, понимаешь, не поделаешь - придется свет проводить. Я там у тебя в кладовке зеркальную лампу видел!

- Это от отца, - печально пояснил Печальный. - Он ведь и фотографией тоже занимался. И как ему только хватало на все и сил, и времени!..

- Лампу, говорю, тащи! - прервал Энергичный сентиментальное философствование. - Зарегистрируем кооператив - и у тебя на все времени хватит.

- И что, - задумался Печальный, - она все время гореть будет? Она ж перекальная: надолго не хватит.

Энергичный задумался в свою очередь - секунды аж на три:

- Почему все время? Все время - невыгодно. Экономически. А приходит кто - мы ее отсюда включаем и смотрим. Кстати, я тебе уже говорил, что поживу у тебя недельку. С супругой, понимаешь, конфликт вышел. На почве мяса.

- Как же это делать вид, будто нас дома нету, - продолжал размышлять Печальный, - если лампа включается?

- Чего ты опять мудришь! - оборвал Энергичный. - Ты лампу тащи, а там разберемся! Помнишь, как Ленин учил?

Молодая здоровая интернациональная семья из трех человек шла тем временем в полном составе по своим делам, и Аллаху было угодно, чтобы путь ее пролег мимо одного из объявлений Энергичного, а глава семьи обратил внимание на шелестящую под чуть заметным ветерком бахрому растиражированного адреса.

- Эй, ты чего там? - тут же прикрикнула половина: видать, в семье не принято было, чтобы ее глава проявлял какую бы то ни было инициативу.

- Пошли, папа! - топнул ножкой ребенок.

- Смотри-ка! - сказал папа. - Комнату недорого сдают.

- Зачем это тебе, интересно, комната? - зловеще осведомилась жена.

- А сколько можно у твоей матери жить?! - с робкой, явно непривычной агрессивностью отозвался глава.

- Значит, мама моя тебе плохая? - подбоченилась подруга жизни.

- Почему плохая? - балансировал глава между углублением конфликта и его сглаживанием. - Но можно хоть капельку пожить самим?

- Ладно, - сочла половина диспут оконченным. - Не болтай глупостей. Пошли, - и, взяв сына за руку, двинулась в прежнем направлении.

Но главу, кажется, уже заело, и он, как в воду холодную бросаясь, выпалил:

- Вт как?! Сама тогда и иди! Соскучишься - адрес на объявлении!

Повернулся и, подобно человеку, готовому лучше принять в спину пулю, чем унизить достоинство, гордо подняв голову и сцепив ладони на пояснице, решительно зашагал вдаль.

Подруга дней замерла, как громом пораженная, а когда чуть пришла в себя, подбоченилась вдвое по отношению к первому разу грозно:

- Если ты сейчас же не остановишься!..

- Сейчас же! - выказал ребенок полную солидарность с точкою зрения матери и снова топнул ножкой.

Но что будет, если он не остановится, глава семьи так и не узнал, ибо ушагал за пределы голосовой досягаемости прежде, чем подруга жизни сумела придумать, что же, собственно, будет, если он сейчас же не остановится.

Объявление, судя по всему, набирало популярность: искаженный широкоугольником дверного глазка, покачивался перед дверью Печального нетрезвый мужичок.

- Свет, свет включи! не видно! - шептал Печальному прильнувший к окуляру Энергичный.

- Фотографируете, да? Нас разыскивает милиция? - задал нетвердый вопрос мужичок, едва над ним вспыхнула мощная лампа. - А еще пишут: недорого! недорого! Тьфу на вас! - и пошел прочь.

!Беременная красавица, не то что б чертами лица (ибо многое ли можно сказать о чертах лица довольно грубой, тремя красками выкрашенной деревянной фигурки?!), но, что ли, обликом, образом похожая на Мадонну игрушки с осликом, держа в руке дешевый чемодан средних размеров, появляется в дверях вокзала и идет, повторяя ее некрутые изгибы, центральной улицею жаркой столички. Хотя рассеянно-внимательные глаза Мадонны нацелены исключительно на лица окружающих, боковое зрение не может не вбирать и общий вид впервые посещаемого города: грязновато-пеструю суету базара, парадную архитектуру центра, алмазный блеск ниспадающих фонтанных струй возле Дома Правительства, сизый дымок, уносящийся в небо с жарких мангалов шашлычников!

В квартире снова прозвенел звонок.

- Подожди, я посмотрю, - осадил Печального Энергичный и подошел к двери, прильнул к глазку.

На площадке стояла женщина и, сколько можно было разобрать, женщина молодая. Пытаясь сделать поправки на оптику, Энергичный бормотал под нос:

- Раздумал женить! как же! как миленький женишься! Ну, повернулась бы ты, что ли! А, ч-черт тебя побери! Во-о! во-о! хорошо! Молодец! Молодец! Еще немножко! Нет, - сокрушился, - не годишься!

- Что там? - шепотом спросил из-за спины Печальный. Энергичный скорчил рожу и отрицательно мотнул головой. - Дай хоть взгляну!

- Чего ты там увидишь?! - не подпустил Энергичный товарища к оптическому аппарату.

- Ты же видишь! - возразил Печальный.

- У меня опыт, - отрезал Энергичный.

- Откуда это, интересно, у тебя опыт?

А женщина снова принялась звонить.

- Отойди, - прошипел Энергичный Печальному. - Отойди, я скажу ей, что уже сдано. А то снова придет. Настырная.

- А чего ты все распоряжаешься?! - шепотом же взорвался Печальный.

- Погоди! - огрызнулся Энергичный. - Давай сперва человека отпустим, а уж потом выясним отношения!

Печальный пожал плечами и отошел в глубины квартиры.

Вечером Шестерка сигналил у ворот дома Мафиози. Тот вышел в майке, в тренировочных брюках.

- Уехала! - выпалил Шестерка чуть ли не с радостью в голосе.

Мафиози не поверил ушам.

- Куда уехала? как?! я ж обещал, что вернусь!

Шестерке явно доставляло удовольствие, что патрон расстроен.

- Откуда ж я, Джабраил Исмаилович, знаю?! Может, в отпуск, может, еще куда. Она ведь одна жила. Снимала. Хозяева сказали: уехала. А куда!