Не убегайте от любви - Лилия Фандеева

– Соня, ты меня не поняла. Между мной и ею ничего не было после того злополучного дня. Она одержима идеей меня вернуть. Угрожала рассказать всё тебе, а теперь шантажирует собственным убийством. О том, что между нами ничего не может быть и слушать не хочет. Пробовал убедить, не получается.

– Знаешь, очень забавно слышать всё это от человека, который сам ревнует. Ты подумай о том, кому понадобилось посылать мне эти фото? Кто сделал эти фото и для чего? В них один намёк на связь не более того. А что мне в этой ситуации делать? Я, как не странно, беременная, и вопрос остаётся открытым: сохранять её или прерывать?

– Сонь, это правда?

– А у меня нет смысла лгать. Лгут, когда хотят выйти замуж или удержать мужа ребёнком. А я замужем и не хочу удерживать тебя против твоей воли. Ты даже не сможешь уволить беременную женщину, если я решу сохранить ребёнка, – она говорила, а сама видела, как волнуется Антон и меняется в лице.

– Соня, нам нужен этот ребёнок. Мне сорок четыре и другого шанса может не быть.

– Ты хочешь, чтобы я выносила ребёнка, живя на пороховой бочке? Я не хочу просыпаться по ночам от телефонных звонков, не хочу получать подобные сообщения, я, в конце концов, хочу верить тебе, а не сомневаться. Пока ни одно моё «хочу» не получается. У тебя неделя на улаживание всех недоразумений и конфликтов.

– Как можно убедить сумасшедшую?

– А как ты с ней занимался сексом, если она невменяемая?

Глава 9

В пятницу коллектив бюро задержался на работе на час. Настроение было приподнятым. Они сдали очередной проект и отметили это шампанским. Около семи вечера все вместе вышли их офиса и остановились на стоянке не спеша расходиться. К ним подошёл мужчина лет сорока крепкого телосложения.

– Кто из вас Ветров? – спросил он.

– Я, – Антон сделал шаг навстречу. – Есть вопросы?

– Всего один. Какие у тебя отношения с твоей бывшей, а моей нынешней женой?

– У меня нет отношений с вашей женой, только она этого не хочет признавать. Её фантазии на мой счёт – глупость. Я виноват, признаю, но сказал всё как есть.

– А ты знаешь, что после твоего отказа, она довела дочь до истерики и та наглоталась таблеток, а сама, вместо того, чтобы позвонить и вызвать скорую, вскрыла себе вены? Мне, честно говоря, плевать на Ольгу. По ней давно психушка плачет. Но именно из-за неё страдает моя дочь.

– Девочка жива?

– Жива, только психологу с ней придётся долго работать. И всё из-за тебя. Откуда ты взялся? Ты, действительно, не заметил, что она неадекватная? Мне тебя жаль, Ветров. Ты не хрена не знал о своей жене в браке, не знал истиной причины развода, и сейчас попался на её крючок. Если бы не вы двое, моя девочка была бы здорова.

– Это всё? – хмуро спросил Ветров и получил удар в челюсть.

– Вот теперь всё. – Мужчина собирался уже уйти, но его заставил остановиться сдавленный крик Софьи. Ветров лежал на спине, а с бордюра, на котором лежала его голова, стекала кровь. Незнакомец подошёл к поверженному противнику, проверил пульс. Кто-то уже звонил в скорую помощь. – Позвоните в полицию, – попросил он, набирая чей-то номер. – Крис, девочка моя, я сегодня уезжаю в соседнюю область. Ты меня не теряй. Пусть Серёжка возьмёт над тобой шефство. Если что-то понадобится, девочка моя, позвони бабушке. Целую, – он отключил телефон и, присев на бордюр, обхватил голову руками.

Кто-то открыл свою машину и усадил Соню. Она словно окаменела, устремив свой взгляд на лежащего Антона. Приехавшая скорая уложила его на носилки и закрыла простынёй с головой. Женщины заплакали.

– Наташа, держи ключи от машины Антона и отвези Соню домой. Я позже заеду.

Виктор уехал следом за скорой помощью. Соню увезла домой Наташа. Остальные вернулись в бюро, что бы дать показания полиции. Мужчину усадили в патрульную машину. Наташа позвонила мужу, попросила оставить дочь с матерью и прийти в квартиру Сони. Голос жены был странным, но он не возражал.

– Сонь, ты поплачь. Тебе легче станет.

– Легче не будет, Наташа, а я беременная, тихо ответила она. – Видишь, как в жизни получается? За всё нужно платить. Вот Антон и расплатился.

Суббота прошла как в тумане. Кто-то уходил, кто-то приходил. Единственные, кого запомнила Соня, были Наташа с мужем и Никита.

– Ты как здесь оказался, – спросила она, открыв глаза.

– Отец привёз. Я звонил тебе, трубку взяла Наташа, сейчас она в комнате с кем-то с работы. Папа поехал за доктором.

– Кому понадобился врач?

– Тебе, Соня. Наташа сказала, ты ждёшь ребёнка, отец решил перестраховаться. Сонь, тебе нужно поесть. Сделай это ради меня.

– Как в детстве: ложечку за маму, ложечку за папу. Чужих людей в квартире нет?

– Не знаю, чужие они или свои, но за те полчаса, что я здесь, двери не закрываются. Одни уходят, другие приходят.

– Я тоже чувствовала это движение. Пойдём на кухню, я там и перекушу.

Пока Соня пила горячий чай с бутербродом, Наташа тихо рассказывала ей о том, что уже сделано, и что предстоит сделать.

– Ты не о чём не переживай. Виктор всё сделает, а отец ему поможет. Ложись в постель, доктор приехал.

Врач осмотрел Соню и предложил ей лечь в стационар прямо сегодня.

– Я не могу. Если случится непоправимое, значит, будет две беды. Сделайте, что в ваших силах, а остальное в руках Бога. Я должна проводить мужа. – Врач сделал какой-то укол, оставил таблетки и уехал. Евгений Владимирович присел на кровать рядом с дочерью и взял её за руку. – Вы видели, сколько помощников в квартире? А шесть лет назад, когда умерла бабушка, был только Антон. Он не воспользовался моментом, как вы иронизировали, это случилось гораздо позже. В то время эта квартира не знала двенадцать лет ремонта после сдачи дома, да и взять с меня было нечего. Наверное, он был не самым лучшим мужчиной, но я была с ним счастлива, – грустно сказала Соня, глядя на отца.

– Твоего мужа убил муж любовницы.

– Вы как всегда спешите с выводами. Я была рядом и не только видела, но и слышала разговор. Тому есть и другие свидетели. Да, мужчина не сдержался и ударил Антона в челюсть. Он упал и ударился головой о бордюр.

– Ты защищаешь обоих?

– Человек, решивший отомстить или убить, не стал бы собирать толпу свидетелей и разговаривать спокойно.

– Допустим, ты права. В таком случае,