А также их родители - Тинатин Мжаванадзе

специально играем в маленького младшего, который защитник, и беспомощную мамочку, которая считает защитника младенцем, это такие двойные и тройные игры, и нам весело идти, размахивая сцепленными руками.

На улице все те же – владелец пиццерии итальянец Альберто, группа алкашей-грузчиков во главе с мясником Гоги, газетчица Тамар, чокнутая Додо с сеттером Боем и какой-то новый сумасшедший – Мишка посмотрел на него пристально, и тот начал ему что-то быстро говорить, размахивая руками.

Ладошка сжимается, пойдем быстрее, говорит мальчик.

– Не бойся, – говорю я. – Просто не смотри ему в глаза, не обращай внимания. Он не злой, просто нездоровый.

Мишка немножко молчит, ладошка расслабляется – он чувствует, что я не боюсь, не обманываю его, и ничего страшного нет по правде.

– Да, – говорит он нарочито глубокомысленно, – я уже понял, что не все люди хорошие.

– Да не плохой он, – пытаюсь я снова. – У кого-то проблем больше, чем голова может вместить, вот голова и ломается, шарики за ролики заходят – он же не нарочно. Просто не бойся и проходи мимо.

– Да понял я, понял. – Мишка думает уже о чем-то другом.

И мои тревоги тоже сморщились и отвалились, потому что через сцепленные ладошки перетекают друг в друга – от меня к нему, от него ко мне – все эти выдуманные невидимые субстанции, но я-то их чувствую. Чувствую, как славно Мишке идти с мамочкой, и она такая большая и сильная, и ничего не боится, как трицератопс, и все знает, и очень красивая, и я ему верю, что я такая.

Родительские гены

Вообще-то Мишка точно унаследовал с моей стороны любовь к живой природе. Правда, она у него городская – чисто для души, а у моих родителей – практическая, как и положено земледельцам. Кроме дефолтных собак, кошек, кур, уток и индеек, у них есть еще и корова.

Грузинская корова – это вопиющий случай сопротивления природы человеческому могуществу.

Это тощая, поджарая, наглая особь с деревянной рамкой на шее и пронырливым взглядом, которая ближе по ТТХ к козе, нежели к общечеловеческой буренке.

Она может жрать картон и целлофановые пакеты, прыгает по скалам через пропасть и выдает два литра молока в сутки, как чемпион.

Мама мечтала о натуральном хозяйстве всю свою преподавательскую карьеру – чтобы джунгли, звери и в центре – кроткая рогатая кормилица.

Первая наша корова померла родами.

Мама чуть не отправилась за ней следом, а потом моя сестра выдала тайну:

– Мама, – решительно сказала она, – хватит горевать по корове, у тебя дочь на сохранении лежит!

Мама вытерла слезы, подумала, до нее дошло, и она чуть не отправилась следом за коровой снова.

Что и говорить, мы в семье все умеем тактично сообщать плохие новости.

Со мной все завершилось благополучно, однако утраченную корову реинкарнировать можно было только при помощи денег.

Когда у нас завелись кое-какие свободные денюжки, мы решили помочь маме восстановить усадьбу с мечтой.

Найти и купить корову предстояло папе.

Невесту люди выбирают с гораздо меньшим тщанием, нежели мои родители выбирали себе корову.

– Смирная, но комолая.

– Доится прекрасно, но такая психическая!

– Всем бы хороша, но – дорого.

– Мелковата.

– Крупновата.

– Крупновата и жрет много.

– А чего у нее один рог скошенный?!

В конце концов папа вроде нашел подходящий экземпляр, приволок домой и сослепу не разглядел, что два соска у нее сросшиеся.

Мама громко сказала прочувствованную речь о папиных покупательских способностях и заставила бракованный товар вернуть назад.

Папа, который уже успел отдать деньги, говорил корове много ласковых слов о ее хозяевах.

Корова упиралась и умоляла не отвергать ее, обещая давать молоко даже из трех сосков.

Хозяева успели потратить деньги за два часа отсутствия коровы и попросили месяц на сборы.

Мама развила свои ораторские способности до того, что наш дом облетали кругом вороны, а папа уходил ночевать в пустой коровник.

В конце всех мытарств подходящая корова нашлась.

То, что доктор прописал, – кроткая, в год по теленку, в сутки по два литра молока, жрет мало, не бодливая.

Но.

У нее есть два недостатка: она страшная грязнуля (папа собственноручно моет ее каждый день теплой водой) и – она любит раз в квартал куда-нибудь потеряться.

Папа от всего сердца желает, чтобы ей встретились голодные волки, и идет искать, куда глаза глядят.

Только очень гуманные люди могут заботиться о такой бестолковой твари!

С другой стороны, она исправно рожает телят. Это специальные существа для полного умиления моих городских детей. Вот последняя телочка, например – вылитая Бемби!

Отец черепахи по имени Павлик

В одно прекрасное солнечное утро, когда дети коротали время до завтрака за надоевшими хуже горькой редьки мультиками, наш папа встал и объявил, что целый день проведет с нами. Мы уставились на него, не решаясь спросить: не взорвали ли его фирму к чертям собачьим? Или он вечером стукнулся головой, и у него наступила амнезия? Или во сне было ему видение? Он и сам проникся уникальностью момента, повздыхал с видом Св. Франциска и пошел одеваться.

– Я купил кусок земли для дачи, – лучезарно объявил кормилец и оглядел семью в ожидании оваций.

– Что такое дача? – услужливо спросил Сандро.

– А на какие шиши мы дом построим? – не утерпела я. Мишка мрачно молчал, потому что предстоящая поездка в машине обещала очередную морскую болезнь.

– Вот как раз туда и поедем, – игнорируя наше ехидство, продолжил свой бенефис папа. Мы с Сандро выпучили глаза и тайком сделали друг другу «йес!», мрачный Мишка сосредотачивался на предстоящем извержении.

Солнце, шелковый ветерок, все оттенки зеленого и розовые цветы: на мой вкус, даже чересчур помпезная весна в этом году.

Саныч сидел впереди и на все мои претензии отвечал, что он тоже вообще-то имеет право на комфорт, а этот Мишка все равно будет ныть и тошнить, так что пусть хоть один ребенок из двоих поедет с удобствами. Определенная логика в его речи имелась, поэтому я приготовилась к борьбе с младшим отпрыском на заднем сиденье.

Вдруг Давид резко притормозил. Мишка скривился, позеленел и булькнул.

– Черепашка! – восторженно вскричал папа, и бедная рептилия, которая топала через дорогу по своим личным делам к Черепашьему озеру, была засунута в багажник.

– Поселим ее на нашем участке, там и травка есть, – сказал папа в ответ на мои призывы оставить черепаху в покое. – И будет вам домашнее животное!

– Ты с ума сошел? – держа голову Мишки на весу, возразила я. – По-твоему, черепаха будет охранять