Исповедь женщины. Ответ Вейнингеру - Хульда Гарборг

2

Вейнингер родился в богатой семье еврейского ювелира Леопольда Вейнингера и его жены Адельгейды. Подробнее о еврействе Вейнингера см.: Janik A. Viennese Culture and the Jewish Self-Hatred Hypothesis: a Critique // Jews, Antisemitism and Culture in Vienna. London: Routledge & Kegan Paul, 1987. P. 75–88.

3

Август Стриндберг (1849–1912) был большим почитателем Отто Вейнингера и отчасти способствовал его популяризации.

4

«Вот человек!» (франц.).

5

Автор «Исповеди…» — жена одного из замечательнейших писателей-художников Норвегии. В обширной литературе, вызванной появлением книги Отто Вейнингера «Пол и характер», выстраданный ответ норвежской женщины является одним из самых любопытных документов. На «теоретическое исследование» Вейнингера норвежская писательница отвечает искренней исповедью надломленной, но ищущей души. Ее «Исповедь…» — бесспорно, одно из выдающихся произведений по силе анализа и яркости художественных образов, по беспощадной правдивости, не боящейся в поисках истины, однако, идти по проторенным путям…

Многое в этой исповеди покажется несколько странным русскому читателю: так, например, поход против «больного вопроса» — женского равноправия. Но те права, за которые до сих пор еще только борется русская женщина, давно уже добыты ее сестрами в Норвегии… Здесь только кажущееся противоречие. Автор «Исповеди…» отрицает только полное внешнее равноправие, противопоставляя идеалу Вейнингера — освобождение женщины от самой себя — иной идеал. Женщины должны стать женщинами-матерями более духовно и физически здорового поколения. Женщина, по убеждению автора «Исповеди…», в противоположность взгляду Вейнингера встает на самую высокую точку ценности человека, когда она становится матерью… Но в «Исповеди женщины» ценны не столько выводы, к которым пришел автор, не обобщения и парадоксы, составляющие в «Исповеди…» далеко не главное. Главное в ней — сила захвата не протестующей мысли, а протестующего чувства, концепция тех переживаний, которые доступны, быть может, многим, но обнажение которых доступно только художнику-психологу. И в этой психологической художественной правде, не боящейся самой себя, наготы истины, и заключается главное и бесспорное значение «Исповеди…», встретившей у себя на родине, в Норвегии, успех сочувствия и внимания.

Журнал «Образование»

6

Жозеф Эрнест Ренан (Joseph Ernest Renan, 1823–1892) — французский историк религии, семитолог, публицист. Разделяя взгляды тюбингенской школы, в своей книге «Жизнь Иисуса» (1863) попытался отделить новозаветную историю от сверхъестественных и чудесных элементов, представив Иисуса Христа как проповедника, наделенного особым даром.

7

Когда Толстой написал «Крейцерову сонату», он был уже стариком, у него было десять детей и он, быть может, забыл уже жизнь зрелого, но молодого мужчины. Вейнингер был болен, и апостол Павел, который желал, чтобы все были бы как он. т. е. целомудренными, был, пожалуй, эпилептик, как и Вейнингер.

8

Здесь автор говорит не о «женщине», но о «женщинах вообще».

9

«Если женщина понимает мужчину, — говорит Вейнингер, — о возможности этого понимания мы еще поговорим потом, — она всегда пропитана (как ни безвкусно это выражение) всем тем, что он думает». Пожалуй, что это верно, по крайней мере, в большинстве случаев.

10

Мужчина боится женщину, когда она любит. Тогда она способна на всякую жертву и для нее все остальное лишено цены (Заратустра).

11

«Женщина кокетничает, болтает, но не разговаривает, — говорит Вейнингер, — но всего опаснее, когда она молчит, потому что мужчина слишком склонен принять немоту за молчание».

12

Беатриче. — Примеч. ред.

13

Настоящая статья публикуется с любезного разрешения автора. Впервые: Новое литературное обозрение, 2004. № 1.