Фугу - Михаил Петрович Гаёхо

главе сидел солидных лет Кубито-кун с одутловатым лицом и редкой, в несколько волосков, бородкой — непонятно, из каких соображений можно выращивать такую. Ипай Владимир обратил внимание, что никакой чуринги на нем не было — ни значком, ни висюлькой. По правую и левую руку от него сидели две девушки Кумбу, одна в белом платке, другая — с бритой налысо головой. Четвертый был Ипай-кун (в скобочках пишем «фратер» — товарищ по карантинному классу). Увидев Ипай Владимира, он сказал: «Будь здрав, фро», — и Владимир узнал его — вместе ходили на курсы.

Еще одна девушка подошла к столу и села — Кубито-тян. У нее были длинные белые ноги. Ипай Владимир глядел на ее ноги, пока она подходила, а когда села, их перестало быть видно, и Владимир стал смотреть, как два Мури-куна, сидя на циновках, играют во что-то типа шахмат, передвигая изображения фигур по изображению доски на настольном планшете.

Кубито-куна звали Василием. Кубито-тян — Александрой. Она любила носить короткие шорты и шляпы с полями — это позже узналось. Любила пироги с яблоками, а Ипай Владимир — с капустой.

Еще у нее были очки с особой оптикой, которые она иногда надевала. В одну сторону они увеличивали, и ее глаза становились большими, как у нарисованных девушек в аниме. А в другую сторону были словно обычные стекла. Однажды Ипай Владимир смог посмотреть и убедиться.

27

найдет тебя белый конь

Сидели, пили чай. Мури-куны оставили свою игру и тоже присоединились.

Одного звали Леонтий, другого — Игнатий. А фратер-куна — Кирилл.

Ипай Владимир добыл себе пирога с капустой и ел.

Чашка, из которой пил, была из грубой керамики, без ручки, с неровным краем. Желто-коричневая с разводами.

Другие чашки тоже были в подобном роде. Все разные.

— Здесь они сами их делают, — сказала Мури Констанция.

— Та, из которой ты пьешь, — моя, между прочим, работа. — Кубито-тян показала на чашку Мури, бледно-желтую с тонкими зелеными полосками, словно проведенными десятизубой вилкой.

— Красивая чашка, — похвалила Мури Констанция.

Кубито Василий пил медленно. Не откусывал от своего хрустящего пирога, а отламывал небольшие кусочки, прежде чем положить в рот. Пил он, пили все, и ничего не происходило.

— Кубито-сан, — сказала наконец Мури Констанция. — Покажите свои треугольные.

Кубито-сан достал из внутреннего кармана блистер. В прозрачных ячейках гнездились треугольные синие таблетки. Четыре штуки.

— Такие? — спросила Мури Констанция.

— У меня были зеленые, — сказал Ипай Владимир.

— Но ведь треугольные, — сказала Мури Констанция.

— Да, треугольные.

— Возьми, голубок. — Кубито-сан вложил блистер в руку Ипая.

Владимир взял.

— У меня были зеленые, — повторил он.

— Это не важно, — сказал Мури Леонтий. — Какой класс, такой и цвет. У меня, соответственно, были желтые, которые я на фиг выбросил.

— Но у Кубито-таблеток цвет розовый, — сказала Кубито-тян.

— Это голимый фейк насчет таблеток, — сказал Мури Игнатий.

— Сядешь, голубок, на белого коня, — нараспев заговорил Кубито-сан. — Покатался, голубок, на пегом, а сядешь на белого. У коня того уздечка шелкова, грива жемчугом у коня унизана. А подковы у коня золотые, золотые подковы, да серебряные. А во лбу у коня горит яхонт-камень.

— Спасибо, но нет, не надо, — пробормотал Ипай и вернул таблетки.

— Тебе, значит, еще не время. Но придет завтрашний день, и найдет тебя белый конь. И храбро на том коне поскачешь. А у коня того уздечка шелкова…

Он допил чай, положил в рот последний кусок пирога и ушел, не прощаясь. Его соседки молча последовали за ним — одна в платочке, другая — без.

28

упрощает жизнь

— Прикольный чел, — сказала Мури Констанция Владимиру. — Он сектант, скопец, ты просек?

— Химический скопец, — уточнил фратер Кирилл. — Они ничего себе не отрезают, а принимают таблетку. Это называется химическая кастрация. Или медикаментозная.

— Синюю треугольную таблетку, — сказала Мури Констанция, — ту самую.

— Чего-то я здесь не понимаю, — сказал Ипай Владимир. — Зеленая тоже играет?

— Кто-то пустил телегу про то, что те самые треугольные таблетки раздают пацанчикам под видом прививки, — сказал фратер-кун.

— И мы хором поверили, — сказала Кубито-тян. — А обратную таблетку, приводящую в норму, будут вручать в загсе при заключении законного брака.

— А смысл? — удивился Ипай Владимир.

— Это так упрощает жизнь, — сказала Мури Констанция.

— Так веришь ты в эту хрень или не веришь?

— Не верю, успокойся.

— А зачем звонила?

— У Кубито-сана, знаешь, такая харизма, — протянула Мури Констанция. — Я и сейчас готова ему поверить.

— Он только про свои таблетки толкал, — сказал Мури Игнатий. — А про те, которые сейчас раздают, — это другая тема.

— Про что он толкал, это фиг поймешь, — сказала Мури Констанция.

— И что теперь? — возвысил голос Ипай Владимир. — То ли я проглотил неизвестно что, то ли не проглотил. То ли остался без прививки. Тут эпидемия надвигается, а я без прививки.

— В прививки я тоже не верю, — сказала Мури Констанция. И, отломив кусочек от оставшегося на столе пирога Кубито Василия, положила в рот.

— Мне этой ночью сон снился про скопцов, — сказала Кубито-тян и тоже отломила кусок. — Три старца в белых одеждах: один — Илия Пророк, другой — Иоанн Креститель.

29

не пётр и не павел

— А третьего… третьего не помню, — сказала Кубито-тян.

Ипай Владимиру захотелось увидеть ее длинные белые ноги. Он привстал, потянувшись за чайником, и бросил короткий взгляд.

— Может, апостол Пётр? — предположил Мури Леонтий.

— Нет, не апостол.

— Апостол Павел?

— И не Павел.

— И оба скопцы? — невпопад спросил Ипай Владимир.

— Такой, значит, сон, — сказала Кубито-тян и тут же радостно сообщила: — Вспомнила! Третий был наш Кубито Василий-сан.

— Это, безусловно, скопец, — сказал Ипай Владимир, хотя мог бы и не говорить.

— Ты ему, между прочим, понравился, — сказала Кубито-тян.

— А что он такое говорил про сесть на белого коня? — спросил Ипай Владимир.

— Белый конь — это как раз то самое, — сказал фратер-кун.

30

великая скопческая

Их было много: кто-то говорит о десятках тысяч, кто-то о сотнях. В советское время с этим безобразием почти покончили. А можно ведь представить альтернативный вариант истории: Великую Скопческую революцию вместо Великой Социалистической. А что: и деньги у них были, и харизма, и влияние в кругах. И план государственного переустройства был разработан. Но не сошлось. А могло бы сойтись, если б идея как следует овладела массами. Ничего невозможного. Двести лет тому назад некий капитан, уверовав в проповедь скопцов, кастрировал 30 солдат своей роты. Если отдельно взятый капитан смог достичь таких убедительных показателей, то