Избранное - Хуан Хосе Арреола

ощутил, как сердце мое источает столь долго сдерживаемый поток теплоты и нежности.

На самом деле я еще недостаточно добр к ней, надо будет сделать что-то такое, что оправдало бы ее представления обо мне. Кстати, давно пора заменить доставшийся ей в наследство старый стол на более современный и удобный.

10 октября

Мои встречи с Вирхинией стали настолько рутинным, что мне нечего и рассказать о них.

Я несколько разочаровался в ней. В последнее время она взяла себе за правило поучать меня. Сегодня, например, она заметила мне, что я бываю слишком рассеян, когда мы идем вместе, и что я, по ее мнению, из-за этого наталкиваюсь на прохожих и даже на фонарные столбы. Вирхиния только что обзавелась попугаем и собачкой.

Попугай пока еще не говорит и только издает препротивные вопли. Для Вирхинии нет большего счастья, как обучать этого попугая разным словам; в частности, она учит его произносить мое имя, что мне совсем не нравится.

Конечно, все это сущие мелочи, я понимаю, что эти малозначащие детали нисколько не идут в ущерб моему высокому мнению о Вирхинии и не умаляют моей симпатии к ней. И все же, пустяки пустяками, но их надо бы исправить.

11 октября

Собачка Вирхинии стоит ее попугая. Вчера вечером, пока я слушал, как Вирхиния играла «Танец часов», эта бестия принялась упоенно расправляться с моей шляпой. Как только отзвучала музыка, собачка радостно ворвалась в комнату с остатками шляпы в зубах. Шляпа-то, конечно, была старая, но мне все равно не понравилось то, что Вирхиния так развеселилась по этому поводу.

На этот раз я не стал вдаваться в подсчеты и, поскольку мое стремление к экономии привело к обратному результату, пошел и купил себе шляпу моей старой любимой модели. В следующий раз, когда пойду к Вирхинии, буду все время настороже.

15 октября

Сеньор священник, с которым мы случайно встретились на улице, посоветовал приблизить день нашей с Вирхинией свадьбы. На этот раз он не стал прибегать к обычному для него языку намеков и околичностей.

Под конец он сказал, что, по его мнению, состояние Вирхинии нуждается в разумном контроле.

Я не вижу никаких видимых причин для того, чтобы переносить срок свадьбы; но, коли дела обстоят так, как сказал сеньор священник, я поговорю с Вирхинией. Что же касается ее состояния, я намерен быть чрезвычайно бдительным, но только в сугубо профессиональном смысле.

18 октября

Я только что узнал потрясающую вещь: покойный муж Вирхинии оставил после себя трех внебрачных детей.

Я никогда бы в это не поверил, если бы человек, который мне об этом сообщил, не был столь уважаемой и авторитетной личностью.

Мать их, оказывается, тоже умерла, и трое сирот оказались предоставленными сами себе.

Босые и оборванные, они бродят по рынку и стараются хоть как-то заработать себе на жизнь.

Меня жжет тягостная мысль: знает ли об этом Вирхиния?

И если знает, то как она может со спокойной совестью заниматься раздачей игрушек, в то время как дети ее мужа помирают с голоду?

О, этот муж Вирхинии! О, этот почетный член Общества Благочиния! И к тому же верный почитатель «Размышлений христианского рыцаря»! Неужели такое может быть?

Я решил все обстоятельно расследовать.

19 октября

Я не могу поверить в грядущее спасение супруга Вирхинии после того, как увидел три жалкие, убогие пародии на его облик. На этих, уже порченых голодом и нищетой, рожицах благородные черты лица покойного проступают хотя и в искаженном виде, но все же достаточно явственно.

На сегодня я не могу сделать ничего определенного для этих несчастных, но по заключении брака сделаю все возможное, чтобы выручить их. Во всяком случае, я должен срочно поговорить с Вирхинией — ведь кроме всего прочего, эта ситуация бросает тень на фамилию, которую она пока еще носит.

24 октября

Сеньорита Мария вызывает во мне все большую симпатию. Не проходит и дня без того, чтобы она не придумала чего-нибудь нового. Она совершенно изменила обстановку в нашей конторе. Видимо, у нее врожденное чувство порядка. Она внедрила новую систему классификации документов, которая оказалась значительно более удобной. Старую пишущую машинку я заменил на новую, работать на которой — одно удовольствие. Мы расставили мебель более разумным образом, и в результате все помещение приобрело обновленный и приятный вид.

Сеньорита Мария сидит за новым письменным столом и вся лучится радостью. Однако следы страданий не исчезают с ее лица. Я спросил ее: «У вас какие-то проблемы, сеньорита? Вы по-прежнему работаете по ночам?» Она слабо улыбнулась ответила: «Нет, спасибо, у меня все в порядке…»

25 октября

Я подумал, что жалованье, которое я выплачиваю Марии, никак не назовешь приличным. Подозреваю, что она по-прежнему урывает часы у сна, чтобы подработать шитьем.

И коль скоро я дал себе зарок взять ее под свою опеку, то решил, что с завтрашнего же дня повышаю ей жалованье.

Она стала благодарить меня в таком смятении, что я даже испугался, не обидел ли ее этим. Надо же: я искал себе секретаршу, а нашел прекрасную женскую душу.

Должен признаться, что бледное лицо сеньориты Марии — это самый чистый и светлый женский лик, который мне когда-либо доводилось видеть.

27 октября

Моя холостяцкая жизнь движется к концу. До нашей с Вирхинией свадьбы осталось уже не четыре, а всего только два месяца. Такое решение мы приняли с ней вчера. Памятуя о пожеланиях сеньора священника.

Я хотел бы воспользоваться случаем, чтобы завести разговор о брошенных детях, но ничего не получилось. Она снова принялась восхвалять достоинства своего бывшего мужа.

Очевидно, она ничего не знает о его детях. Ну как подойти к ней с такой темой?

28 октября

Мысль о супружеской жизни уже не кажется мне столь привлекательной, как это было еще недавно. Живущий во мне холостяк все еще не хочет умирать.

И дело не в том, нравится мне Вирхиния или нет. В целом она соответствует выношенному мной идеалу. Ну а что до недостатков, то кто же их не имеет. Да, она бывает поверхностна и несдержанна, но все это вполне простительные грехи. Итак. Итак, я женюсь на женщине добродетельной и потому должен быть доволен.

30 октября

Сегодня я узнал некоторые вещи, которые уже начинают омрачать мою еще не начавшуюся семейную жизнь. Достоверность этих сведений сомнительна, поскольку источником их является женщина, но содержание их тревожно и мучительно.

Во-первых, оказывается, что Вирхиния прекрасно осведомлена