В Восточном экспрессе без перемен - Магнус Миллз

от времени кто-нибудь отпускал какое-нибудь замечание о погоде или упоминал, кого сегодня видел, но по большей части разговоры были далеко не такие интересные. Конечно, присутствовал Ходж — занимал один из табуретов у самой стойки. Он кивнул, когда я вошел, я тоже кивнул в ответ, и меня поразило — уже не впервые, — до чего странные у нас с ним отношения. Я уже некоторое время регулярно звонил и заказывал продукты — и получал счета, которые пока не оплатил. Я был уверен, что, когда звонил, трубку снимал Ходж, но он ни разу не подтвердил этого факта, да и я ни разу не представился. Лишь просил доставлять заказы во флигель. Если Ходж и знал, что это я, — виду не подавал. Я же, со своей стороны, понятия не имел, когда полагается платить по счетам. Ничего никогда не говорилось, и мы просто сидели бок о бок, выпивали и друг к другу никакого отношения не имели.

Лишь на третий такой вечер обсуждению подвергся вопрос продовольствия, да и то вкратце. Ходж повернулся ко мне под конец особенно безмолвного затишья и сказал:

— Кстати, у нас в лавке новая партия фасоли.

— Тушеной?

— Да.

— А, ну да, — сказал я. — Учту.

— Просто подумал дать вам знать.

— Спасибо.

После чего мы оба вернулись к созерцанию своей выпивки, и вопрос этот больше не поднимался.

Когда я шел домой, мне взбрело на ум, что мож-но было бы съездить в «Поденщик», глянуть, там ли Лезли. В конце концов, в тот первый вечер, когда мы вместе играли в дротики, она была очень дружелюбна, предлагала мне выпить, а потом сказала: «Может, тогда в другой раз». Казалось, это весьма очевидный намек. Единственная беда заключалась в том, что у меня не было никакого весомого «предлога» ни с того ни с сего объявиться в ее местном пабе. Уэйнзкилл располагался в добрых десяти милях, и дорога туда шла отдельная, поэтому не мог же я просто зайти внутрь и сказать, что мимо проезжал. Матч по дротикам, который я пропустил, предоставил бы идеальную возможность получше узнать Лезли, но этот шанс, к сожалению, пропал. Теперь я понятия не имел, когда вновь увижу ее.

* * *

Тем временем все дни свои я старался продвинуться с лодками, вот только работа постоянно откладывалась мистером Паркером. Казалось, вечно возникает что-то еще, более безотлагательное. Однажды утром, вскоре после того как я согласился строить швартовный плот, он объявил, что все материалы, что мне требуются, собраны внизу у мостков.

— Хотите сегодня начать? — спросил он.

— Можно, — ответил я. — Конечно, мне ради этого придется бросить пока работу с лодками.

— Это ничего, — сказал он. — До Рождества все равно еще не одна неделя.

Как скажет — так и сделаю, и немного погодя я оказался среди скопища нефтяных бочек и досок. Еще там имелась коробка длинных болтов, которыми все скреплять. Сборка составляющих в единое целое потребовала множества проб и ошибок, несмотря на мой тщательно отрисованный «чертеж», и работа эта заняла целый день. Законченный плот выглядел сравнительно крепким, однако будет он плавать или нет — вопрос. Я попробовал подтащить его к воде, чтобы проверить на пловучесть, но обнаружил, что он довольно тяжелый. Вообще-то даже приподнять его я мог с немалыми трудностями. Заблаговременно я об этом не подумал. Я как раз возился с лишними досками, стараясь сотворить из них нечто вроде слипа, когда кто-то подошел ко мне сзади и сказал:

— Вам тут подсобить?

То был старик, помогавший мне ремонтировать мостки.

— О, спасибо, — сказал я. — Мы вдвоем наверняка сможем спустить его на воду.

— Это вы сами построили, да? — спросил он, разглядывая плот.

— Ага, только что закончил.

— Того другого малого нипочем было б не застать за такой работой.

— Нет?

— Ни за что. Лишь прохлаждался целыми днями да с девчонками забавлялся.

— С какими девчонками?

— Со всеми, — сказал он. — С курортницами, с отдыхающими. Ни пальцем не шевельнул, только багром своим их цеплял.

— Хорошая же работенка у него была, — заметил я.

— Работенка? — рявкнул старик. — Это не работенка! — Он обогнул плот с другой стороны и нашел, где поудобнее взяться. — Так вы хотите, чтоб я помог, или нет?

— Да, пожалуйста, — сказал я. — Вы меня здорово выручите.

Я схватился за плот со своей стороны, и нам вдвоем удалось подтащить его к самой воде. Еще рывок — и он поплыл у мостков. Затем я его привязал и попробовал походить по настилу.

Устойчиво? — спросил старик.

— Да вроде ничего, — ответил я. — Да, я вполне доволен.

Я сошел на берег и принялся собирать оставшееся снаряжение.

— Хорошо вы тут потрудились, — сказал он.

— Спасибо.

— Я слыхал, вы завтра у нас работаете.

— Правда?

— С циркулярной пилой.

— А, — сказал я. — Э… ну да, верно.

— К восьми приезжайте.

— Ладно.

Очевидно, объявление мистера Паркера в «Газете торговца» вызвало какой-то отклик, однако я впервые об этом услышал. Несомненно, он планировал сказать мне об этом, когда ему будет угодно. Меж тем меня поразила мысль: похоже, я тут всегда обо всем узнаю последним. Даже старик знал раньше меня.

— Где вы живете, еще раз? — спросил я.

— В «Каменной усадьбе», — сказал он, показав через озеро. — Второй поворот налево.

— Понял.

— Пора нам уже весь этот лес напилить.

— Да.

— Полгода там уже лежит.

— Ну, — сказал я. — Завтра тогда и начнем.

Он кивнул и убрел к деревьям, не попрощавшись. Я прибирался дальше, а вскоре после подъехал на пикапе мистер Паркер.

— Значит, закончили? — спросил он, выходя из машины.

— Да, — ответил я. — Хотите испытать?

— Можно, наверно. — Он вышел на мостки и сделал было шаг на плот, но затем, похоже, передумал. — Не, поверю вам на слово.

— Вполне безопасно, — сказал я.

— Вполне вероятно, — ответил он. — Но нет смысла рисковать без нужды.

— Да, наверное, нет.

Я загрузил оставшиеся инструменты в кузов его пикапа и подождал, когда он осмотрит дело моих рук.

— Кстати, — наконец сказал он. — Завтра я вас опять снимаю с лодок, если не возражаете.

— О, ладно. Это зачем?

— У нас контракт на аренду циркулярной пилы, у Пиктолла. Работы на день, дров ему напилить.

— Ага.

— Мистер Пиктолл хочет, чтоб вы к восьми подъехали. Только хорошенько там у него поработайте, нет?

— Изо всех сил постараюсь.

— Это хорошо.

Уже почти стемнело, поэтому мы сели в грузовичок и поехали во двор. Войдя к себе во флигель, я тут же заметил, что здесь побывала Гейл и забрала свою домашку по истории, которую я оставил на полке у двери. Вместо нее она положила тетрадь