О любви.О жизни… с болью 2 - Евгения Кибе

Взяв в руки бумажку, в которой ее любимый расписался в своем бессилии перед ней, поняла, что теперь пора идти ва-банк.

День за днём, неделя за неделей, она методично капала Артёму на мозги, что ему пора принять решение, а мужчина всё это время кормил обещаниями. И вот пару дней назад, когда она вышла из душа после их свидания, любимый сообщил, что решение принято и он в определённый день и час придёт с чемоданами в их гнёздышко.

Назначенный час уже давно прошёл, да и день тоже заканчивается. Артёма нет, а значит уже и не будет. Она пыталась ему позвонить, но " абонент временно не доступен".

Вино уже дало в голову, резинки от чулок противно давили на накаченные ляжки, а стринги врезались в самое не могу.

— Ну и на. ть на него.

Арина встала на ноги и оперлась рукой на стену, пытаясь поймать равновесие.

— Стоять могу, я молодец, — сказала сама себе и смахнула слезу с щеки. — Бухлишка больше нет. Завтра суббота! А значит я как всегда буду одна дома. Да, Цезарь? — обратилась она к коту, который обтирался об ее ногу в чулках-сетке.

Накинув на плечи куртку, но в тапках, она вышла из квартиры.

На лестнице было прохладно, хотя стоял ещё август месяц.

— Жизнь говно и погода такая же, — проговорила она, усмехнувшись, шагнув в темноту улицы.

Прохладный ветерок немного остудил лицо, но боль в душе становилась только больше.

Она одна, ночью, идёт пёс знает куда. А любимый человек сейчас сидит дома в окружении семьи. Наверняка уже прочитал сказки детям на ночь и сейчас занимается любовью с женой.

Арине стало до того противно, что ее вырвало в ближайший куст.

— Вот гнида…Ещё из-за него и куртку испачкала.

Вытерев рот листом лопуха, растущего рядом с тем самым кустом, пошла, шатаясь, дальше.

В магазине, взяв две бутылки водки и шоколадку, прошла на кассу.

— Пакет нужен? Карточка нашего магазина у вас есть? — как на записи, прозвучали дежурные вопросы кассира.

— Пакет надо, — ответила и смачно икнула Арина, — карты нет.

Заплатив нужную сумму, она вышла из магазина и посмотрела по сторонам. На улицах города кипела жизнь. Проносились машины, из окон которых лилась задорная музыка, раздавался смех со всех сторон. Люди красивые, нарядные, молодые, счастливые, торопились, кто куда. А она стояла с полиэтиленовым пакетом в котором бились друг о друга бутылки и болталась одинокая шоколадка.

Арина ощутила такую непреодолимую жалость к себе, что, стоя у светофора, начала безудержно рыдать.

Слёзы лились по щекам, стекая темными потоками от туши вниз по подбородку. Только сейчас она поняла, на сколько сильно обманывалась и как использовал ее любимый человек. Ему было наплевать и на жену, и на детей, и на нее, на Арину. Он играл с ними со всеми, теша своё самолюбие.

Девушка почувствовала, как кто-то легонько коснулся ее плеча.

— Вам плохо? — услышала она тихий мужской голос.

Обернулась и с ненавистью бросила:

— А какое вам вообще дело? Вы, мужики, только о своем пенисе и думаете, куда бы его потеплее пристроить. Вам плевать на нас, на наши чувства. Вы все мерзавцы!

Голос сорвался на крик.

Незнакомый парень взял пакет, которым Арина размахивала в разные стороны, произнося всю эту обличительную тираду, подхватил под руку и сказал:

— Пошли, обиженка, до дома провожу. А то не ровен час, влипнешь в историю.

Арина окинула его удивленным взглядом, пытаясь сфокусироваться на незнакомце, грустно икнула и кивнула головой соглашаясь на его предложение.

Пока они шли, Арина громко и с чувством материла всех мужиков, на чём свет стоит. Вспомнила каждый день, который провела в ожидании Артема в одиночестве. Каждый звонок от нее, который он сбросил, проигнорировал или отвечал полушёпотом.

Когда они уже стояли у парадной ее дома, Арина развернулась и влепила пощёчину провожатому, всё так же державшим ее пакет.

Парень схватил ее слегка за волосы и, притянув к себе, тихо сказал:

— Не тому и не так мстишь.

Тогда Арина не долго думая, впилась своими губами в его. Она целовала его страстно и долго, прижимаясь своим бедрами к его. Зачем она это делает? Арина даже не разглядела, как он выглядит. Но это было не важно. Он сказал заветное слово " месть" и план как-то сам собой нарисовался.

Оторвавшись от него на мгновение, прошептала:

— Пошли ко мне.

Утром она проснулась с дикой головной болью. Во рту сухо и как-будто нагадил Цезарь.

Арина присела на кровати и огляделась по сторонам. Пустая бутылка водки в одном углу, другая наполовину пустая у кровати. Один чулок был привязан на запястье, а второй вообще неизвестно куда пропал. Под подушкой она обнаружила обёртки от презервативов.

— Ох…Хоть на это ума хватило….Вот я дура-то..

И в ту же секунду рвотный позыв заставил девушку подскочить и броситься в ванную. Она долго сидела, обнимая белого друга и ощущая тянущую боль внутри себя.

“Как-будто обслужила целую роту солдат. Хотя, даже понятия не имею сколько человек в роте" думала она.

Арина включила душ и залезла в него в той немногочисленной одежде, которая осталась на ней после бурной ночи.

Грязь от лжи, которая тонкой и липкой плёнкой окутывала ее, понемногу начинала растворяться в воду, убегая в сток.

К вечеру, когда она пришла в себя и лежала на диване с котом, услышала, как в двери поворачивается ключ.

Артём тихо зашёл в комнату.

— Любимая, я понимаю, ты на меня злишься. Прости. Но жена заболела и я не мог оставить ее одну с двумя детьми.

— Где чемоданы? — не поворачивая головы, спросила она.

— Я хотел тебе сказать, что мне надо ещё неделю или две, что бы жена поправилась и тогда я буду весь твой.

"Ага. А потом она " заболеет" чем-то серьёзным и страшным. И надо будет быть