В Восточном экспрессе без перемен - Магнус Миллз

— Ничего, если я спрошу, но вот эта ваша работа, что у вас была…

— Так-так?

— Чем вы занимались?

— Ничем особенным. Я работал на фабрике.

— Да ладно.

— Нет, — сказал я. — По правде. Работал.

— Что, с трубами и прочим?

— Одна труба там была, да.

— А я думал, все фабрики уже давно позакрывались.

— Эта — нет, — сказал я. — У нее вообще-то дела шли хорошо.

— Это на юге, что ли?

— Ну, скорее на юго-западе.

— Но сами вы с юга, нет?

— Э… нет, — сказал я. — С середки, если точнее.

— Потому что большинство тех, кто к нам приезжает, — с северо-востока.

— Да, я заметил.

— Не все, конечно, но главным образом.

— Да.

У меня заняло почти час дойти до лавки от кемпинга — я все-таки побродил немного вокруг проката лодок и прочее, — но в грузовичке обратный путь занял всего несколько минут. Мы очень быстро приехали к главным воротам мистера Паркера, и он остановился. Переключившись на нейтралку, он сидел и барабанил пальцами по рулю.

— Так что же делали на этой вашей фабрике? — спросил он.

— Ну, фабрика, вероятно, — громко сказано, — ответил я. — Там утилизировали бочки для нефтепродуктов. Знаете, отмывали их, вмятины выправляли, заново красили.

— А потом распродавали их, нет?

— Верно.

— И вы говорите, такие дела у них неплохо идут?

— Насколько мне известно, да.

— У меня на верхнем дворе несколько таких бочек валяется. Как считаете, они у меня их купят?

— Вообще-то я не знаю, — сказал я. — А сколько их у вас?

— С дюжину, — ответил он. — Гуртом купил когда-то.

— Ну, я там временно работал, но решил бы, что хотя бы сотня нужна, тогда оно того для них бы стоило. I — А, — сказал он. — Ясно.

Чтобы полный кузов нагрузить, раз им в такую даль ехать.

— Да, надо, наверно. — Он опять постукал по рулю. — Так и что за работа у вас там была?

— Я был в покрасочном цеху.

— Красили?

— Ну, вообще-то брызгал.

— Не кисточкой?

— Нет.

Прошло несколько мгновений.

— Но с кисточкой обращаться умеете, нет? — спросил он.

— Да, недурно, — ответил я. — Хоть и немного приходилось.

— Ну, есть у нас для вас одна задачка, если вам интересно.

— О, — сказал я, немного удивившись. — И что же это?

— Эти ворота нужно покрасить.

Я перевел взгляд на ворота, раскрытые рядом с нами и зацепленные крючками. Из стальных трубок, выкрашенных в красный и подвешенных на крепкие бетонные столбы.

— Они уже покрашены, — заметил я.

— Не тот цвет, — сказал он. — Надо, чтоб зеленые были.

— А, — сказал я. — Ну, я могу их вам покрасить, если хотите.

— И сколько тогда возьмете за такую работу?

— Деньги меня не особо заботят.

— Ну, за так вы ж не захотели б работать, нет?

— Я вам вот что скажу, — ответил я. — Скостите мне остаток платы за жилье, и этого хватит.

— Уверены?

— Да, совершенно. Мне будет чем заняться. Красить мне нравится.

— А, ладно, — сказал мистер Паркер. — Ну тогда, как будете готовы, зайдите в дом, я вам краски выдам и прочего.

— Вот и ладно.

Я вылез из грузовичка и посмотрел, как он едет дальше по бетонке к дому. Как только он скрылся, мне пришло в голову, что я, вероятно, сам себя облапошил. Надо было взять с него пятерку, а он, скорее всего, остаток за жилье мне бы и так скостил. В конце концов, я ж у него на поле места почти не занимаю. Но все равно теперь из-за этого суетиться было поздно, да и, сказать правду, не очень-то хотелось. Вообще-то вполне приятно чем-нибудь полезным заняться для разнообразия, и потому, сбросив покупки в палатке, я сразу же направился к дому.

Поле для кемпинга было на ровной земле, но сразу за душевым блоком бетонка довольно круто забирала вверх. На каком-то отрезке по бокам она была обсажена редким терновником, а затем выходила на двор с утоптанным гравием. Поднимаясь по склону, я сознавал, что надо мной высится дом, нависая и над двором, и над дорогой, и над полями ниже. Я обогнул нижний угол здания и загреб ботинками гравий.

— Быстро вы — должно быть, вам не терпится, — сказал мистер Паркер.

Я поднял голову и увидел, что он стоит на террасе сбоку дома, на вершине бетонной лестницы.

— А чего тянуть? — ответил я.

— Вот это нам по нраву.

Войдя во двор, я сразу увидел: то, что раньше я принимал за амбар, на самом деле лучше всего описать как сарай из гофрированного железа. Он располагался напротив дома на громадной бетонной платформе, уходящей в склон. Спереди у него были большие складные двери, а на платформу вел бетонный погрузочный пандус. Из бетона также был отлит фундамент древней зеленой бензоколонки, размещенной рядом с платформой.

Я огляделся, и мне стало интересно, сколько бетона вообще залили в этот склон. Казалось, он выходит на поверхность повсюду, словно скальная порода.

Рядом с железным сараем стоял фургон «моррис», который, судя по виду, уже много лет никуда не ездил. Дальше располагались несколько каменных надворных построек, среди них — сеновал, равно как и небольшой флигель для работников, очевидно, никем не занятый. Верхняя часть двора была обнесена стеной из сухой каменной кладки, в ней — калитка на еще один бетонированный участок, через которую я разглядел несколько старых нефтебочек. Это, надо думать, и был, как его раньше назвал мистер Паркер, «верхний двор».

Не то чтоб у меня было много времени подробно все осматривать. Не прошло и нескольких мгновений после моего прихода, как он спустился ко мне по ступеням.

— Так, — сказал он. — Пойдемте поглядим в сарае с краской.

Он подвел меня к одному флигелю и толкнул дверь. Внутри на нескольких полках стояли десятки банок краски, некоторые девственно непочатые, другие не слишком новые. Он выбрал одну, вручил ее мне, а затем извлек с другой полки дюймовую кисть. При этом дверь он распахнул чуть пошире, и дневной свет обнаружил, что в глубине сарая сложены еще банки краски.

— Ну, стало быть, — сказал он, поворачиваясь ко мне. — Умеете банку с краской снова запечатывать?

— Нет, — сказал я. — Извините, не умею.

— Странно это слышать. Мне показалось, вы говорили, что работали в покрасочном цеху.

— Да, но там у нас были пульверизаторы. Вся краска подавалась по трубкам под давлением.

— А, ладно, — сказал он. — Это несложно. Как закончите красить, просто крышку потуже прижмите, а потом переверните банку на полминуты.

— А, — сказал я. — Ладно.

— И когда ее опять крышкой вверх перевернете, она будет запечатана. Ясно?

— Ну.

Банку, которую я держал в