Людмила Богданова - Виса-а-суннивэ

И была она полунагая перед ним, и грудь открыта. И Энлиль отвел глаза.

- Душу свою я на цепь взяла по воле твоей. Вот я, как рабыня низкая (све-рота оли), у ног твоих. Кто может сделать больше?!

И поднял глаза Энлиль, и увидел небо над шатрами, и в небе солнце. Копья остриями вонзались в небо, и солнце висело на остриях.

И прошептал как в беспамятстве Энлиль:

- А гэлианна! (О возлюбленная моя!) Сына ты носишь в лоне совем под грудью своей, сына голубишь ты моего, и будет он мне прошением. Кто может сделать больше...

И слышала это Суннивэ, стоя на коленях у ног его, и душа ее разрывалась на части.

И закричала она, обнимая колена его:

- Дай мне сына!

И сказал Энлиль:

- Я не могу сына дать тебе, ибо зло бесплодно.

И пала Суннивэ у ног его бездыханная, но он не пожалел ее и не прикоснулся к ней.

Копья остриями вонзались в небо, и солнце висело на остриях.

23. И сказала ему владычица:

- Я убью ее.

И ответил Энлиль:

- Слуги твои не отыщут ее, ибо я надежно сокрыл ее от слуг твоих (до сервен каин).

И гнев владычицы был не утолен.

И глядела она на лицо его и на руки в цепях. И ощущала руки его на плечах своих.

Как сильны были руки его на плечах ее...

И сильны были руки его на мече его! И тело возлюбленной, и твердую сталь сжимали равно.

И как целовала она руки его, ее оттолкнувшие...

Сердце сладко заныло в ней, и потянулась она к рукам его, но замерла, отпрянув.

И нестерпимо было думать о том, что руки его обнимут другую.

И тогда поклялась Суннивэ, что не взять больше меч рукам его. И рукам, оттолкнувшим ее, на чужих плечах не сомкнуться.

И сказала Суннивэ ему о том, но он молчал. И сказала Суннивэ, что будет ждать до рассвета. И ждала его до рассвета в шатре своем, но не пришел он в шатер ее.

24. И тогда призвала вождей она, и они пришли в шатер ее.

- Он не будет просить пощады, владычица.

- Я знаю.

И поставили к плахе Энлиля, и зажали в колодки руки его, но лицо его не дрогнуло.

И смотрел он поверх врагов своих и их не видел, а видел небо над шатрами, и солнце, плывущее в нем; и слышал ржание коня.

И по локоть отсекли руки его, и пятнистые псы слизали кровь, брызнувшую на песок.

И вскрикнула Суннивэ так, будто исторгли у нее сердце. А Энлиль встал, шатаясь, и кровь стекала с обрубков и кропила песок.

Светлым взором обвел он небо над шатрами и солнце, плывущее в нем, и улыбнулся. И растворилось Серое воинство в песке, окропленном кровью его. Но он этого не увидел.

25. Море было зеленое и золотое от солнца. Над ним реяли белые чайки, в нем дрожали прозрачные медузы. Лепестки пены сохли на песке.

Безрукий воин сидел на пепелище, и ребенок играл у ног его раковинами синими, как кобальт, и померанцевыми, и пурпурными, как заря.

Людмила Богданова. 15 - 24.04.1989, Гомель.