Зара - Елена Воздвиженская

покоится на коленях бабушки, которая гладит её по волосам и тихо напевает ей какую-то красивую спокойную песню. Зара улыбнулась и протянула руки к бабушкиному лицу:

– Бабуля, спасибо тебе, всё закончилось, правда?

Бабушка Иля мягко улыбнулась внучке и провела шершавой тёплой ладонью по щеке Зары, а потом поднесла палец к губам:

– Тс-с-с-с…

Глава 26. Степанида чует неладное. Сергей отправляется в ночной лес спасать Зару

Метель бушевала вовсю. Казалось, наступил конец света. Протяжно выли по всей деревне собаки, забившись в будки. В хлевах ржали лошади, мычали звучно коровы, блеяли испуганно овцы. Небо и земля смешались воедино, и люди, не понимая, откуда вдруг взялась такая буря, поспешно закрывали ставни и запирали двери.

Мария всё стояла у окна, беспокойно глядя в сторону леса. Нуар подвывая, скрёбся в дверь, словно просил выпустить его наружу. Внезапно ей показалось, что за окном она видит сгорбленную фигуру, пробирающуюся вдоль палисадников.

– Кто бы это мог быть, в такое ненастье, когда и собаки все попрятались? – удивлённо подумала Мария.

Внезапно она узнала синий цветастый платок. Это была Степанида. Сердце Марии забилось чаще в недобром предчувствии. Куда могла пойти в такой недобрый час эта сплетница? Неужели тоже в лес направилась?

– Мам, ты чего стоишь тут? Ложись спать, – вышел из своей комнаты Сергей.

– Ох, сынок, что-то неспокойно мне на сердце. Как бы с Зарой чего не случилось.

– Да чего случится? Мы все дома. Они спят.

Мария опустила глаза, замешкалась, после произнесла:

– Да не дома она, сынок.

– Как это – не дома? – не понял Серёга.

– В лес она пошла.

Сергей поглядел на мать, как на сумасшедшую.

– Мам, – протянул он испуганно, – Ты в бане часом не перепарилась? Всё хорошо? Может тебе таблетку какую дать?

– Да какую ещё таблетку? Сроду я их не пила, – махнула рукой Мария, – Я тебе говорю, в лес она ушла. Сон ей привиделся нынче, что злодейка эта, паскуда, что гадит всем, в лесу живёт, там, где раньше староверы жили, ты ещё маленький был, а всё равно помнишь, поди?

– Помню, конечно, – ответил Сергей, – Только ничего не понимаю.

Он заглянул за занавеску, где за печью стояла большая кровать и где сейчас должны были спать Зара с Лисёнком. Лисёнок, свернувшись в клубочек, беспокойно спала, вздрагивая во сне, а вот Зары рядом не было.

Сергей вышел в заднюю, там, где у двери висела прибитая к стене вешалка – пальтишко Зары было на месте. Из рукава свисала шаль, а внизу, под вешалкой, стояли валенки.

– Мама, – ошарашено спросил Сергей, – Пальто её на месте. И обувка тоже. Дома она. Или… нет?

– Как на месте? – Мария присела на стул, прижав ладонь к груди, – А я и не смотрела на вешалку-то, сынок… Ох, ты ж Господи, нешто она раздетая в лес-то пошла?

Мария встала со стула и прошлась по тёмной комнате:

– Беда с ней, чую я, надо искать идти, я пойду.

– Мама, ну не говори ерунды, куда ты пойдёшь? На улице вон что творится, ни зги не видать.

– Дак а как же, Серёженька? Что же делать? Ведь замёрзнет наша Зорюшка там в чаще! Это я виновата, я ей сказала про то поселение заброшенное.

И Мария, опустившись снова на стул, прикрыла лицо ладонями и заплакала.

Сергей растерялся и испугался слёз матери, даже оробел. В армии ничего не боялся, а тут, когда заплакала мама, которая вообще редко когда сдавалась, он не знал что делать.

– Мама, ты чего? – он обнял женщину.

После спохватился:

– Слушай, да ведь я же на тракторе! Сейчас оденусь, заведу машину и поеду! Там есть широкая дорога почти до самого поселения, за стройматериалом как раз по осени ещё прокладывали, скотный двор в колхозе расширять ведь будем. А там попробую пешим пройти, коль не встречу Зару до того.

– Ступай, ступай, сынок, – согласно закивала Мария, – А я с Алисой останусь. И Нуара с собой возьми, гляди как он места себе не находит. Чует, что беда с Зарой.

Уже через пять минут Сергей, накинув фуфайку и шапку-ушанку, сидел в кабине трактора. На улице творилось невообразимое, снег мокрыми ошлёпками залепил всё лобовое стекло. Нуар примостился у ног Сергея, беспокойно вглядываясь в темноту ночи.

– Ну, поехали, Нурик, – сказал Сергей, потрепав пса за ухом и, выдохнув, повернул ключ.

Сергей ехал почти наощупь, дорогу замело. Ни зги не видно было кругом. Он включил фары и в их свете пытался разглядеть хоть что-то, но они, казалось, больше мешали и отвлекали, всё равно видимость была на расстоянии вытянутой руки. Сергей выключил свет и поехал по интуиции.

***

Степанида проснулась от тяжёлого предчувствия. На душе было неспокойно. За окном начиналась снежная буря. Она поднялась с кровати, выглянула в окно, задумалась. После принялась ходить по избе. Буря усиливалась. Творилось что-то необыкновенное. Глазки Степаниды бегали из угла в угол. В эту минуту вдруг завыло что-то в печной трубе, и на пол выкатился чёрный сгусток дыма, зашипел, закрутился вокруг Степаниды. Та охнула:

– Беда в лесу!

Наскоро повязала синий цветастый платок, накинула телогрейку и выскочила из избы. Как она доберётся в такую метель до избушки своей подруги, она не знала, понимала лишь, что та зовёт её и ей надо идти.

***

Заре было тепло и хорошо на коленях у бабушки. Та гладила её волосы, вплетала в них цветы, пела что-то.

– Бабушка, – спросила Зара, – А почему я здесь?

– Так надо, милая, – ответила бабушка Иля, – Так надо. Недобрый человек идёт по твоим следам, погубить тебя хочет.

– Но ведь я уничтожила эту колдовку, разве нет?

– Всё так, – кивнула бабушка, – Да только приспешница её сюда спешит. А у тебя сил уже не осталось, не совладаешь ты с ней сейчас, моя милая. Вот и укрыла я тебя от беды.

Зара вновь прикрыла глаза, чувствуя, что бабушка права – сил у неё совсем не осталось, и погрузилась в ощущение тепла и полёта, забыв обо всём.

– Спи, спи, – прошептала бабушка и погладила ладонью по волосам, – Помощь уже близко.

***

Степанида шла по лесу, не понимая, куда идёт. Ноги вязли в сугробах. Лицо залепляло мокрым снегом. Вдруг, чёрный клубок вылетел из-за ближайшей берёзы, толкнулся в ноги, направил куда нужно. Степанида усмехнулась и поспешила с новыми силами дальше. Ещё чуть-чуть и она дойдёт до избы. Внезапно Степанида споткнулась обо что-то и упала ничком в снег. Ничего не понимая, она поднялась с трудом и посмотрела назад. Там, припорошенная снегом лежала женщина. Сердце Степаниды бешено заколотилось. Она села на колени и принялась убирать снег с лица той, что лежала перед нею, наконец, она замерла и в онемении уставилась на женщину, а потом беззвучно и торжествующе захохотала. Это была Зара.

Степанида положила руку на грудь Зары – дышит.

– Ну, ничего, это ненадолго, – процедила она сквозь зубы, стаскивая со своей головы платок и наворачивая его на шею Зары, – Сейчас, сейчас. И никто не узнает, что это я, никто не найдёт её до весны. Вот и попалась ты мне, проклятая.

Увлечённая своим делом и движимая яростью, Степанида и не расслышала сразу сквозь вой бури, тарахтенье трактора. Внезапно что-то большое и чёрное налетело на неё, зарычало, вцепилось в рукав и потащило в сторону. Степанида завизжала и полезла на дерево, стоявшее рядом. Притаилась. Нуар, а это был он, яростно лаял.

– Сейчас, сейчас, Нурик, я иду, – послышался знакомый голос.

Степанида прижалась к стволу, вслушалась. Это был голос Сергея. Этого поганца, который со своей мамашей подсобляет Заре.

– Ничего, я вам всем покажу, – шептала Степанида одними губами, и мутные глазки её глядели вниз с невыразимой злобой и ненавистью.

Тем временем Сергей поднял Зару, закутал её в свою фуфайку и побежал назад, к трактору. Нуар, скуля и подвывая, поспешил следом.

– До встречи, внученька, – улыбнулась бабушка Иля, – Теперь ты в надёжных