Бывает и так - Сергей Данилов

чувствует опасность. Он видит твоё недовольство и ускользает от него в воспоминания ещё глубже. Он действительно не знает, чем он может помочь своей семье. Он чувствует себя жертвой, на которую охотятся, и поэтому его задача — спрятаться как можно надёжнее.

Так вы и ворочаетесь с боку на бок до самого утра. А утром невыспавшийся, плохо отдохнувший Макс покидает дом ещё до того, как прозвонит будильник. Он крадётся, словно вор, случайно попавший не в ту квартиру. Он боится разбудить тебя, чтобы ты не задала ему никаких вопросов о планах на будущее, — внутренний голос был наблюдателен, правдив и безапелляционен в своих суждениях.

… — Как, ну как ты могла так поступить? — раскрасневшийся Макс был в бешенстве. Анна видела его таким впервые в жизни. Даже в молодости, во время кратковременных приступов ревности и редких ссор, флегматичный Макс никогда не выходил из себя, был само спокойствие и благоразумие.

— Что ты натворила? Ты хотя бы понимаешь последствия, отдаёшь себе отчёт? — корпулентный Макс метался по комнате, громко шаркая клетчатыми тапками, так что складывалось впечатление, будто он занял своим мягким телом всё свободное пространство.

— Спасла от гибели наше единственное жильё, возможно, всю нашу жизнь, — блеклым голосом ответила потухшая Анна, которой надоело оправдываться. — Это, кажется, ты не отдаёшь себе отчёт, что нас действительно могли выставить на улицу.

— Ты что, действительно продала все воспоминания о нашей свадьбе?!! — обезумевший Макс не унимался. Он ходил по кухне из угла в угол и размахивал руками.

— У тебя что, правда не осталось ничего святого в жизни? — возмущённый до предела Макс как-то по-бабьи вскинул руки и задел стоящую на полке большую пивную кружек. Массивная, фигуристая кружка накренилась и, соскочив вниз, разбилась вдребезги. Ошарашенный неожиданным погромом, Макс некоторое время взирал на разлетевшиеся по полу осколки.

— Может, ты и воспоминания о сыне загнала за эти проклятые «бабки», будь они прокляты? — вдруг ужаснулся он и воззрился на Анну выпученными глазами.

Макс попал в самую точку.

На прошлой неделе Анне позвонили из агентства. Девушка-секретарь звонким голосом сообщила, как она выразилась, «очень-очень приятную новость». Она сказала, что нашёлся чудесный клиент, готовый купить все воспоминания оптом, причём по весьма выгодной цене.

Анна угрюмо молчала, медленно мешая ложечкой в чашке давно остывший чай. Макс хотел ещё что-то сказать, но только потряс в воздухе побелевшими, сильно сжатыми, а обычно такими вялыми кулаками. Потом он в сердцах поддал ногой самый большой из осколков, так что тот со звоном ударился в противоположную стену, и, чертыхаясь, вышел.

Анна безмолвно сидела в углу за столом и равнодушно смотрела вслед впервые в жизни разбушевавшемуся тихоне Максу. Она покидала эту жизнь налегке.

Фрески ресторана

Ресторан мексиканской кухни, хоть и с двухмесячным опозданием, но всё-таки открыли. Успех был просто ошеломительный. Он превзошёл все самые дерзкие ожидания и самые оптимистичные прогнозы.

Жадный до удовольствий народ, чтобы попасть в новоиспечённый ресторан, разве что только не писал номерки на руках и не устраивал ночных перекличек, как в былые годы тотального дефицита и бесконечных очередей.

Спустя четыре сумбурных месяца после удачного открытия было принято логичное в данной ситуации решение: срочно расширяться. Зажиточный обыватель предложенную яркую наживку заглотил, валил на латиноамериканскую кухню, как рыба на нерест, поэтому нельзя было терять ни единой драгоценной минуты.

В срочном порядке, подключив юристов и связи в департаменте имущества, оформили арендные отношения на помещения второго этажа и тут же начали ремонт.

Чтобы не упускать льющуюся полноводной рекой прибыль, существенно сократили проектные работы, точнее, свели их к нулю. Тратить время на рисование картинок, когда внизу толпился жаждущий зрелищ и хлеба, разбогатевший в условиях НЭПа 90-х годов народ, по мнению владельцев, было глупо и расточительно.

Бегло осмотрели имеющиеся наверху комнаты, распределили, где какие залы следует разместить, и сразу приступили к чистовой отделке.

Американский совладелец сам лично позвонил Ольге и пригласил её продолжить плодотворную совместную работу.

Кривляться и отказываться не имело смысла. Предложение было заманчивое, а главное, тема уже проработана до мелочей и тончайших подробностей.

Ольга сразу согласилась, по скромной российской привычке не обсудив причитающийся гонорар. Она была уверена, что хозяин не обманет. Оформление первого этажа нравилось учредителям, производило должное впечатление на публику и запоминалось. В ресторан ходили не только за экзотической кухней и вкусной едой — сюда шли как на выставку или в музей, потому что декор был выполнен богато и красиво, с должной помпой и размахом.

Обслуживали гостей шустрые официанты-кубинцы, студенты Российского университета дружбы народов имени Патриса Лумумбы. Их наняли специально для того, чтобы они не только разносили тарелки, но при этом ещё и пританцовывали. Так создавался неповторимый колорит, мексиканская атмосфера непрерывного праздника, что весьма импонировало бойкой и жадной до праздников широкой русской душе.

Вертлявые стройные кубинцы улучали свободное мгновение и забегали на второй этаж посмотреть, как продвигается работа, а заодно переброситься парой фраз с симпатичными русскими девушками-оформителями и принести им что-нибудь вкусненькое с местной кухни.

Успех оправдывал всё. Если при обустройстве первого этажа хозяин-американец вникал в малейшие тонкости, сутками просматривал вместе с Ольгой толстенные каталоги, то теперь, видя рвение и действительно высокий профессионализм дизайнеров, перестал интересоваться мелочами. Его волновала только внешняя аутентичность и минимализация затрат времени и средств на её воплощение.

Интерьеры ресторана делали на одном дыхании. Это было творчество и игра одновременно. Какой простор для фантазии, какие возможности! Не о том ли мечтает любой настоящий мастер? Девушки получали истинное удовольствие от процесса.

Надо было добиться, чтобы клиент чувствовал себя словно в настоящей Мексике, причём достичь этого владелец требовал в кратчайшие сроки.

Исходя из планировки, решили сделать наверху два больших зала и одну приватную комнату для VIP-персон.

Ольга с девчонками-дизайнерами, как всегда, засели за альбомы, выискивая репродукции настенной живописи майя и ацтеков.

Решили один зал оформить как земледельческий, второй — как рыболовный, а третий посвятить охоте.

За основу первого помещения взяли Египетский зал Пушкинского музея. Ходили туда постоянно и перерисовывали интерьеры. Результатом стали изящные фрески с соответствующими мексиканской агрокультуре сюжетами и маски со жгучим южным колоритом.

Во втором зале установили колонны в виде идолов со свечами. Получилось красиво, грандиозно, очень впечатляюще. Зал походил на таинственную пещеру, украшенную наскальными рисунками.

Долго изучали источники, чтобы найти удачные изображения, затем нужно было увеличить их и нанести на стены, подобрать подходящие к интерьеру светильники… Всё оказалось не так просто, дело затягивалось.

Кроме того, как обычно, подводили строители.