Нина Горланова - Лидия и другие

Надька говорила все это Боре Ихлинскому, и он наконец-то понял: она, как бешеный штурмующий бомбардировщик, делает очередной заход, чтобы обстрелять эротическими ракетами именно его. И поступил традиционно, по-русски: бежал на кухню покурить.

- Мы же еще за родителей не поднимали, - озаботилась вдруг Галька. Ваше здоровье, Анна Лукьяновна!

- Ну, пока еще ваш тост за мое здоровье не подействовал, я буду говорить сидя, - попросила Анна Лукьяновна. - Теперь вы можете наполнить бокалы!.. Есть люди, которые работают в обществе компенсаторами. У Лидочки, в частности, такая должность. К ней все приходят со своими обидами, проблемами.

- Ура, за нашу драгоценную! За Лидию!

- Вот мы здесь веселимся в честь моего рождения, - развела руками Лидия. - А где-то Вайль и Генис мучаются друг без друга, сглупили-поссорились, а теперь, наверно, гордость не позволяет сбежаться! А давайте их помирим!

- Это разве в наших силах? Как мы их помирим!

- Телеграмму им пошлем: "Российский читатель просит русского автора Вайля и Гениса вернуться в русскую литературу!"

- По факсу я отправлю. Только куда? - спросил Веня.

- В редакцию "Иностранки", они там печатаются.

- Папа, папа, - тормошил Аркадия важный сын, - А ты когда о тете Лиде будешь говорить?

- Пожалуйста... Господа, предлагаю выпить, если есть, а если нет, то просто обсудить тезис: Лидия склеивает собой реальность, соединяет мир вокруг себя.

- Во дает! А в прошлом году, Аркадий, ты говорил, что распадающийся мир склеивает искусство!

- Ну да, Лидия с прошлого года намного уже вытеснила искусство с его места. Искусство моргает своими сонными шарами: "Ну, ни фига себе! Сколько времени я все здесь склеивало, собирало - обидно!"

- Что такое, уже полчаса удобства закрыты, кто там засел?

- Это дядя Егор закрылся, - трезво оценил обстановку племянник Лидии.

- Нам пора, - в который раз повторял Андрей Шубин.

- Ну еще пять минут, - умолял О.П.

- Хорошо. Други! "Татищев" проводит опрос: что есть Пермь для вас?

Тут посыпалось со всех сторон: место рождения, город на всю жизнь, место ссылки - это последнее сказала Лидия.

- Да? Ну, ничего, - принялась утешать Лидию вся компания. - Мы тебе скрасим ссылку-то! Побольше бы таких ссыльных было!

- Егор, выходи, тут очередь.

- Тихо, тихо! - сказал Аркашин отпрыск. - Я знаю, как нужно вызвать. И властным тоном психоаналитика он сказал в дверь: "Дядя Егор, слушайте внимательно: правую, именно правую руку протяните к задвижке, тяните вправо...

На диво всем дверь вдруг легко распахнулась, и появился Егор, медленно наводящий порядок в одежде.

- А для меня Пермь - это хронотоп, - меланхолично сказал он.

Вдруг он осел, и глаза его повело, как у осьминога, в разные стороны:

- Сегодня... - задумчиво промолвил он.

- Что сегодня - Егор, что?

- Мы...

- Егор, кто мы?

- Все! Сделали...

- Что сделали? Ошибку, открытие, вывод, заключение?

- Один маленький шажок...

- Куда шажок? В вечность? В пропасть? К вершине?

- Один маленький шажок к большой правде о Перми.

Все слова на этот вечер закончились, остались только сигналы: "Тебе куда?" - "Егора я на такси..." - "Никак не темнеет".

Сноски:

* Журнальный вариант