К Енко - Женские игры в Париже

После окончание школы Цинтия не захотела дальше учится, да и денег не хватало, чтобы оплатить учебу для получения приличной профессии. Сорилась с бабушкой, которая настаивала на том, чтобы Цинтия пошла учиться на зубного врача. Внучка не соглашалась и, в конце концов, заявила, что станет проституткой, сразу заработает много денег, и будет хорошо жить без учебы. Бабушка пришла в ужас, но не надолго. Ужас сменился деловым расчетом.

Среди пациентов бабушки Цинтии, как зубного врача, попадались и богатые люди. Вспомнила о лорде Кервью. К этому времени ему исполнилось 60 лет. Он был вдовцом и увлекается молодыми девушками. Бабушка решила "подставить" ему свою внучку. Ко времени окончания школы она стала красивой девушкой.

Лорд владел большими богатствами. У него имелось обширное поместье со старинным замком, много земель. Его рысаки выигрывали немало скачек и приносили лорду хороший доход. Он владел акциями ряда компаний, в том числе холдинга "Ксерокс", в который вложил деньги, когда ещё появились только первые аппараты "ксерокс".

Цинтию долго уговаривать не пришлось: за то, что лорд лишит её девственности и переспит несколько первых ночей с ней после месячника, когда можно будет делать "это" без резинки и без опасения беременности, он выплачивал немалые деньги. На них можно было окончить колледж и затем учиться в Эдинбургском университете, или просто прожить безбедно несколько лет.

Сохранить девственность для первого мужчины, несмотря на все подростковые влюбленности, Цинтии посоветовала библейская бабушка. Она говорила:

- Ведь девственность - тоже собственность, расставание с ней можно высоко оценить. Или подарить её любимому мужу.

Цинтия послушалась советов, и время пришло: она дорого продавала свою девственность старику.

И ещё по другому вопросу посоветовалась Цинтия с бабушкой Энти. Как быть в тот момент, когда лишаешься невинности, ведь это больно?

- Не только больно, - ответила Энти, но можешь после этого потерять всякий интерес к сексу и даже станешь ему противиться.

- Почему?

- В такой момент может появиться резкая боль и никаких ощущений приятного чувства, если мужчина груб и девушка не подготовлена к первому половому акту.

- Как подготовлена?

- Я не думаю, что лорд будет с тобой груб. А подготовлена так: он должен тебя ласкать, а ты чувствовать его ласку, расслабиться при этом и ласка должна быть тебе приятная и ты должна себя подготовить, на все быть согласна, и идти на встречу мужчине. Знаешь для чего так нужно? Нет? Для того, чтобы в твоем влагалище появилась смазка, тогда у вас все пройдет не на "сухую", тогда ты совсем не почувствуешь боль и тебе будет приятно.

Совет оказался хорошим, но он чуть было не испортил все, когда Цинтия в первый раз оказалась в постели с лордом.

После завершения договоренностей, все остальное происходило в замке лорда, среди цветов и прекрасной мебели. Цинтия пожелала, чтобы не было электрического света, а действо произошло бы при свечах, и горел бы большой камин.

...В тот вечер, когда Цинтия пришла в замок, лорд встретил её в холле, взял за руку и чуть привлек к себе, заглянув в её небесно-голубые глаза. Девушка не выдержала взгляда и опустила глаза. Ей захотелось зачесать волосы на лоб, чтобы они прикрывали её взгляд, как это она делала в свое отроческое время, когда у неё стали расти груди. В этот момент лебединая нежная шея и плечи были оголены, а вырез её платья немного показывал округлости её девичьей груди. Лорд пристально и жадно её разглядывал. Он отметил чуть смуглый цвет её лица, гибкий стан, изящную линию бедер.

Они находились в вестибюле замка. Девушка оказалась немного выше его ростом. Это устраивало лорда: он не любил низкорослых женщин, но в то же время не тянулся и к слишком высоким.

Прошли в богато убранную комнату. На столе, к которому Цинтию пригласил лорд, был приготовлен чай с лимоном. Девушка не притронулась к нему. Она изрядно волновалась и сидела у стола сжав руки на коленях. Хозяин потянулся к чаю, но заметив волнение гости, отставил чашку и пристально посмотрел на Цинтию. Та опустила глаза и слабо улыбнулась.

- Не надо волноваться, все будет хорошо, - сказал он, пожирая страстным взглядом сидящую перед ним красавицу, - Все будет хорошо! Иди ко мне!

Та подошла и остановилась перед ним, опустив глаза и молчала, но потом сказала, чтобы минутная неловкость исчезла:

- Какие прекрасные цветы!

- Тебе нравяться?

- Очень!

В этот момент лорд притянул девушку к себе и, поцеловав в щеку, провел рукой по спине и слегка погладил по груди.

- Ой! - тихонько вскрикнула та, и хотела было отстраниться, но не сделала этого, быстро вспомнив зачем она здесь.

Лорд начал расстегивать пуговицы на её платье. Цинтия сначала вся сжалась, но потом расслабилась и даже стала помогать ему. У лорда слегка дрожали руки от нахлынувшего возбуждения. Девушка все больше и больше волновала его, особенно, по мере того, как обнажалось её прекрасное молодое тело. Сначала лорд увидел две большие белые груди и не удержался, чтобы не поласкать их руками, потом потянулся губами к розовым нежным соскам.

Цинтии стало немного щекотно, и в этот момент хозяин замка почувствовал, как под его ласками соски затвердели, а её тело напряглось от прикосновений. Он ещё более воодушевился, почувствовав, что ему самому уже невтерпеж и быстро снял с девушки оставшуюся одежду. Когда девушка оказалась раздетой, он замер от восхищения. Она была прекрасна: высокая белая грудь, тонкая талия, крутые бедра. Он притянул Цинтию к себе и начал целовать её в рот. Она не сопротивлялась, но и не отвечала на его поцелуи, только подставляла покорно губы и тело вошедшему в раж первому в своей жизни мужчине.

Лорд быстро сбросил с себя одежду и прильнул к горячему молодому телу девушки, покрывая его поцелуями, потом отстранился и стал разглядывать и ласкать его. Он положил одну руку на ягодицу, а второй полез девушке между ног и попросил её раздвинуть ноги. Она сделала это, но чуть-чуть. Он пытался продвинуть свою руку глубже, но та стала сопротивляться, вихляя бедрами:

- Ой, не надо так! Не надо! - просила она.

Через некоторое время лорд понял, что они оба готовы для постели.

- Пойдем в постель! - предложил он. Одной рукой обнял её за талию, другой продолжал ласкать грудь и они отправились в постель. Лорд от нетерпения и большого плотского желания ещё больше распалялся. Цинтия, казалось, ничего этого не замечала, она выполняла все, что от неё требовалось.

В постели они не сразу поладили. Цинтия, помня советы Энти, медлила отдаваться старому, но пылкому любовнику. Она стремилась к тому, чтобы он её больше ласкал. Тот это и делал, но наконец, не выдержал, и после того, как приустал от своих усилий, спросил девушку:

- Что такое? Почему ты медлишь и не отдаешься мне?! Раздвинь же ноги как следует!

Цинтию эти слова смутили, и она перестала крутиться по постели, но нашла в себе смелость и пересказала лорду совет Энти и свои страхи по поводу первого контакта с мужчиной.

Лорд слушал широко раскрыв глаза, потом он от всей души рассмеялся и хохотал несколько минут. Но за это время у него как-то спало желание близости, а для его возраста потеря темпа осложняет дальнейшие действия.

Улыбнулась и девушка в ответ на слова лорда:

- Да, я готов тебя ласкать всю ночь, но первое действие нам надо сделать!

Он снова стал ласкать и целовать, но новый страстный порыв к нему медлил приходить, член его упал и стал сморщиваться. Это заметила и Цинтия и она забеспокоилась: неужели придется возвращать деньги? Но, тут вспомнила рассказ Энти из её жизни со своим библейским мужем. Как-то раз, рассказывала Энти, они легли в постель, и ей очень хотелось это, но муж ничего не смог сделать. В тот день у него не получалось с писанием Библии, сильный дождь разметал стенку загона для овец. В Писании у него не выходила фраза о болтливости людей. В последствии в Библии эта фраза стала выглядеть так, когда она была написана в другой день: "При многословии не миновать греха, а сдерживающий свои уста - разумен" (19 Прит., Библия).

В этот же день неудач, когда у ритуального камня муж Энти поднял нож, чтобы заколоть агнеца и принести его Богу, его большой палец укусила огромная оса. Он так вскрикнул, что из шатра выбежала Энти. Закапывание агнеца в тот день не состоялось: от укуса опухла вся ладонь и опухоль начала подниматься к локтю, боль становилась невыносимой.

Энти знала, что нужно делать в подобных случаях. У них имелось одно лекарство от всех наружных болячек. Это была смесь козьего сыра, ослиного помета и синей глины. Такую смесь приготавливали в каждом шатре. Перед употреблением её следовало положить в рот, обильно смочить собственной слюней и приложить к опухоли. Энти так и сделала, Для того, чтобы ориентироваться во времени, Энти три раза пересчитала своих овец, а когда она закончила расчет, опухоль начала спадать и вскоре совсем исчезла. Таким сложился у них этот напряженный день.