Рыжик на обочине - Энн Тайлер

вы, — сказал он. — И вы уже попробовали.

— Айпод не запаролен, — сказала она, и в голосе ее появилась таинственная нотка, словно девушка собиралась что-то ему посулить. — Айподом я могу пользоваться сколько угодно!

— Уже хорошо.

— Но я не могу записать на него новые песни. Потому что айпод синхронизирован с компьютером. А ее песенки — такой легкий музон.

— О господи, — вздохнул он.

— Понимаете? Музычка для эскалаторов. Для приемной дантиста.

— Сочувствую всей душой, — сказал Майка.

— Давайте вы все-таки приедете и посмотрите, что можно сделать? Я понимаю, у вас есть минимальная ставка, которую мне следует заплатить, даже если вы не вычислите ее пароли.

— Можете быть уверены: вычислить пароли я не смогу, — сказал он. Потом спросил: — А коврик для мыши?

— А?

— Поискали наклейку под ковриком для мыши?

— Да, смотрела, — сказала она.

— Под принтером? Под ящиком стола? Под бумагой в лотке принтера?

— Все перерыла.

— Значит, она использовала пароль приложения. Не повезло вам.

— Но ей же нужен был пароль от компьютера, чтобы попасть в приложение, — сказала Розали. — Разве не так?

— Нет, если она полагалась на свою память.

— Вы смеетесь? Она была старенькая. Записывала адрес у себя на руке, если собиралась куда-то ехать.

— А! — сказал Майка.

— Ну а теперь вы приедете? Пожалуйста? Сколько вы берете за вызов? — Она вновь пустила в ход жалобный тон.

— Восемьдесят баксов, — сказал он.

— Восемьдесят, — повторила она. — Это я осилю.

— Восемьдесят баксов только за то, что я переступлю порог вашего дома, — и никакой гарантии успеха. На самом деле практически гарантирована неудача.

— Не проблема, — сказала она. — Я менеджер по займам.

— Менеджер по займам?

— Да, в Первом объединенном банке. В моем распоряжении куча денег.

— Вот оно как.

— В крайнем случае могу запустить руку в казну.

Это заставило его наконец рассмеяться.

— Далеко вы живете? — спросил он.

— В Гилфорде.

— Ладно, — сказал он. — Но не говорите, что я вас не предупреждал.

— Знаю, знаю! Я должным образом предупреждена. Вы потерпите жалкое поражение, и я скрою свое разочарование и вручу вам восемьдесят баксов наличными.

Он снова засмеялся и сказал:

— Значит, договорились. Сами приняли решение.

Она жила в кирпичном здании колониального стиля, с бордовыми бархатными шторами на окнах первого этажа — типичный стариковский дом, — но сама была юной стройной блондинкой в джинсах и шерстяной водолазке. На голове у нее торчал вертикально вверх конский хвост — в точности шип ананаса, подумал Майка, — и уголки рта сами собой изгибались, словно она так и родилась с улыбкой на губах.

— Отшельник! — весело приветствовала она Майку.

— Майка Мортимер, — представился он.

— Привет, Майка. Я Розали. Пойдем, покажу вам, где наше чудовище.

Он сбросил прорезиненную куртку — дождь все еще шел, — сложил ее мокрой стороной внутрь и пошел следом за хозяйкой по коридору. Персидский ковер, бордовые набивные обои, солидные напольные часы отбивали время, тик-пауза-так. Они поднялись по широкой лестнице (еще один персидский ковер, прижатый к ступенькам медными прутьями). На площадке свернули влево, прошли мимо комнаты, похожей на главную спальню. За ней, в конце застекленной веранды, на массивном столе красовался гигантский компьютер.

— Да, она и правда была хорошо оснащена, — пробормотал Майка.

— Бабушка признавала только лучшее, — сказала Розали.

Она подошла к компьютеру, явно ожидая, что мастер последует за ней, но Майка направился к столу поменьше на другом конце веранды. Накрытый зеленой накладкой с кожаным обрамлением, с множеством ящичков, этот стол больше подходил даме. Майка положил куртку и сумку с инструментами на стул и приподнял накладку — под ней лежали разные бумажки.

— Знаю, — сказала Розали, подойдя к нему. — Выглядит многообещающе, да? Но это все визитки, чьи-то телефонные номера… — Она взяла в руки бледно-зеленую квитанцию, всмотрелась: — Наверное, надо при случае забрать ее вещи из химчистки.

— Вы знали, что вам предстоит все это унаследовать? — спросил Майка.

— Понятия не имела. Конечно, я единственная внучка, но я думала, она завещает все моему отцу. И вдруг: «Вот тебе, Розали, дом и вся обстановка и сорок фунтов столового серебра. В кухне плошки-поварешки, в буфете фарфоровый сервиз». А я снимала убогую квартирку. Все имущество из грошовых магазинов. А теперь у меня электрическое фондю с разноцветными вилками.

— Вроде нейтронной бомбы, — пробормотал Майка себе под нос.

— Что-что?

— Бомбы, которая убивает все живое, а дома остаются. Я иногда задумываюсь об этом. Входишь в дом и говоришь: «Смотри, тебе оставили дорогую стереосистему. Коллекцию старых пластинок. Плазменный телевизор». Или еще не знаю уж что. Поначалу радуешься, но потом постепенно доходит, что ты остался один и не с кем все это разделить. Ты один, совсем один, и это не так уж приятно.

— Я тут не одна, — возразила Розали. — С десяток старых дам в округе носят мне пироги и печенье.

Майка переложил свои вещи на пол, сел на стул и выдвинул ящик стола. Запоздало спохватился:

— Можно, посмотрю?

— Сколько угодно, — махнула рукой она.

В ящике лежали марки, степлер и целлофановый пакет с резинками. Он выдвинул следующий ящик.

— Я думала, вы сможете как-то влезть внутрь компьютера, — сказала Розали. — Нажать тайную кнопку, повернуть скрытую шестеренку.

— Я вас предупреждал, — напомнил Майка. Он просматривал календарик — сувенир из музея искусств, на левой странице картинка, на правой — расчерченный на квадратики дней месяц. Все квадратики были пусты.

— Поразительно, но как компьютерные компании могут полагаться на простого пользователя? — сказала Розали. — Неужели не понимают, что люди вечно все забывают? Теряют, не записывают вовремя. Как можно сказать: «Вот вам, ребята, компьютер за тысячу долларов, но он будет совершенно и навсегда бесполезен, если забудете пароль».

— Скорее за пять тысяч долларов, — рассеянно откликнулся Майка. Он рылся в коробке с рождественскими открытками в стиле «Каррье и Айвз»[4]. Вытащил миниатюрную записную книжку — на обложке снеговик в цилиндре и тисненная золотом надпись: «Рождественские открытки, полученные и отправленные». Для каждой буквы алфавита свои страницы. Майка открыл книжку наугад.

— «Джордж и Лора, интернет», — прочел он вслух. — Mildred63.

— Ой! Ой! — воскликнула Розали.

Майка перелистнул на букву «К».

— Компьютер Джуди, 1963mch.

— Вы гений!

Он вручил ей записную книжку.

— Простой фокус, которому учат на компьютерных курсах, — сказал он.

— Правда?

— Шучу. — Он наклонился, раскрыл сумку и достал книжечку квитанций.

Розали увлеченно листала страницу за страницей.

— «Джин и Джин, стенной сейф, — прочла она. — Три раза влево до 44, два раза вправо до…» Я даже не знала, что у нее есть стенной сейф. Интересно, где он.

— Думаю, вас ждут еще многие месяцы таких открытий, — сказал Майка, выписывая счет. — Каждый день — Рождество.

— Ох,