Выбираю тебя - Настя Орлова

Осторожно открываю дверь дома, надеясь пробраться в свою комнату незамеченной и для начала переодеться, но меня с порога встречает шумная болтовня бабушки.

– Милая, вернулась! – кричит она из гостиной. – У подружки ночевала?

– Да, почти, – смущенно отвечаю я, сбрасывая обувь.

– Ага, а подружку случайно не Алекс зовут? – раздается второй голос, раздраженный и холодный.

Я игнорирую едкое замечание Кирилла и прохожу в гостиную. Бабушка целует меня в обе щеки и тут же начинает хлопотать:

– Кушать будешь? Я шарлотку испекла. И еще оливье есть, как ты любишь, без колбасы.

– Нет, ба, спасибо, – отвечаю с улыбкой. – Я не голодна. Я лучше к себе поднимусь.

– Ко мне зайди, – строго бросает брат.

– Это может подождать?

– Не может.

От ядовитого тона Кирилла сердце уходит в пятки, но я, разумеется, этого не показываю. Я не хочу устраивать скандал при бабушке, и, должна отдать ему должное, брат ведет себя достаточно цивилизованно, учитывая обстоятельства. Поэтому я послушно иду в кабинет и непроизвольно ежусь, когда Кирилл с громким хлопком прикрывает за нами дверь.

Садиться не решаюсь – я напряжена и чувствую, что мне лучше остаться на ногах. Зато Кирилл явно ощущает себя в этой ситуации царем, потому что он лениво разваливается в кресле и буравит меня надменным взглядом.

Вздернув подбородок, я воинственно бросаюсь в бой:

– Я тебя внимательно слушаю.

Послав мне ответный пренебрежительный взгляд, Кирилл шарит рукой по столу и говорит:

– Мне нужно, чтобы ты подписала документы.

От неожиданности я даже рот открываю. Наверное, сейчас я похожа на рыбку в аквариуме.

– Я же подписала стопку два дня назад, – хмурясь, говорю я, сбитая с толку.

После вчерашнего я ожидала от него чего угодно, вплоть до глупых ультиматумов, но точно не равнодушной просьбы по работе.

– За два дня наша компания заработала кучу денег. Пока ты веселишься, да еще с врагом семьи, я обеспечиваю наше будущее, – ядовито цедит Кирилл, бросая папку с бумагами на стол.

Осторожно беру ее и открываю, глядя на верхний лист.

– У нас бизнес с зарубежными компаниями? – спрашиваю я, глядя на верхнюю строку документа.

– И что в этом удивительного? – интересуется брат, прищурив глаза.

– А что за бизнес?

– Лиля, тебе недостаточно, что на твой счет ежемесячно капает сумма с шестью нулями? – нетерпеливо бросает он. – Не лезь не в свое дело.

– Может быть, было бы неплохо, чтобы ты посвящал меня в дела нашей общей компании, – огрызаюсь я, задетая его тоном.

– Так же как ты посвятила меня в свои шашни с Ди Анджело?

– Это не шашни. И я не сделала ничего плохого, – сообщаю я, собрав в кулак все свое самообладание. – К тому же Алекс сожалеет о смерти мамы и папы.

– И ты в это веришь? – неприязненно изумляется брат. – Через три дня после их смерти «Ди Анджело Корп» переманили нашего крупнейшего клиента из Новосибирска. И твой сожалеющий Алекс был тем самым человеком, который ставил подпись под этим контрактом.

Это известие спазмом отзывается в моем желудке, к горлу подкатывает горечь, но я заставляю себя спросить:

– Что за клиент?

– «ОмниПринт».

Я помню это название. Отец очень гордился этим клиентом, потому что они выполняли заказы для правительства и плотно сотрудничали с Китаем.

Через три дня…

– К тому моменту я еще не взял бразды правления в свои руки, потому что был потрясен и раздавлен уходом родителей, и Ди Анджело воспользовались ситуацией, когда наша компания была наиболее уязвима, – добавляет брат. – А ты просто дура, если купилась на сладкие речи Алекса. У него таких как ты – сотни. Он трахнет тебя и пойдет дальше. Или он уже это сделал?

Леденящий взгляд брата требует объяснений.

– Не говори глупости. Я бы не стала…

Поймав на себе жесткий взгляд карих глаз, тут же осекаюсь, потому что знаю, что лгу. Я хотела Алекса. И я была раздавлена его отказом. Если бы он только попытался соблазнить меня – я бы ему не только не отказала, а с радостью упала бы в его объятия.

– Вчера я вспылил и наговорил тебе лишнего, – примирительно говорит брат, видя мое замешательство. – Это были просто эмоции. Но это не меняет того факта, что отец никогда бы не одобрил твои отношения с Ди Анджело. Своим поведением ты предаешь его память. И меня тоже. Или ты забыла, что из-за него я три недели провел в больнице?

Затуманившимся из-за подступающих слез взглядом смотрю на папку в своих руках. Напоминание о родителях и ужасном состоянии, в котором находился Кирилл в больнице, отзывается болью в сердце и новым приступом вины. Но едва я оправляюсь от этого удара, как получаю новый.

– Кстати, у него есть невеста. Родовитая итальянка, – жестко сообщает он, насмешливо глядя на мое пылающее лицо. – Их свадьба – давно решенное дело. Старик Вальтер спит и видит, когда две семьи объединятся и настрогают новых чистокровных отпрысков Ди Анджело. Кажется, Алекс не так давно летал в Милан на помолвку. Не веришь мне – спроси у него. Не думаю, что он станет врать.

У меня на глазах закипают слезы, но я призываю на помощь всю выдержку, выработанную за последний непростой год. Молча беру ручку и, едва различая написанное, ставлю подпись на всех листках, отмеченных стикерами.

– Мне нужно идти, – говорю дрожащим голосом, глотая слезы.

Все, что мне сейчас нужно, – это спасительное одиночество.

Через минуту, закрывшись в комнате, я даю волю слезам. Сползаю по стене на пол, втыкаюсь лбом в колени и беззвучно реву, оплакивая свою непроходимую глупость. Как я могла поверить кому-то из Ди Анджело? Почему позволила себе забыть, что собой представляет Александр?

Украденный контракт через три дня после смерти родителей, итальянская невеста… Подумать только, он имел наглость заявиться на похороны и убеждать меня, что сожалеет! Лицемер и обманщик! Чего еще я о нем не знаю?

Громко всхлипнув, я вытираю рукавом кофты щеки и лезу в сумку за мобильным телефоном. Кирилл сказал, что невесту Алекса зовут Виттория: дрожащими пальцами набираю имя девушки в поисковике и добавляю фамилию Ди Анджело. В первых строках поиска выпадают две статьи на итальянском, в которых упоминаются Alexander Di Angelo и Vittoria Borromeo. Фотографий нет, но я копирую текст и загоняю его в переводчик.

От первых же слов транслита мне становится нехорошо: «Наследница древнего рода Борромео Виттория и сын парламентария Вальтера Ди Анджело объявили о помолвке. Свадьба должна состояться в сентябре на озере Комо».

На глазах снова выступают слезы. Ну и