Жилой комплекс «Курицын» - Дмитрий Петров

Пожалуй, на стройке давно пора было что-то предпринять, это правда. Но какого лешего Ямов вовсю орудует на участке, за который отвечает Попов? А шеф даже не предупредил. И больше всего Сашу покоробило то, что Ямов говорил с ним как главный.

– А ты как думаешь, какую бытовку? Для людей, конечно же! Перезвоню ещё по деталям, всё, пока.

Легко сказать – начало стройки. Бог весть какие документы для этого полагаются! Ведь надо кого-то где-то официально уведомить, сделать приказы, журналы, протоколы… Всё очень серьёзно, и поэтому Попов позвал Ямова в офис, чтобы вместе устаканить стратегию. Ямов обещал появиться завтра в одиннадцать – хотя и буркнул что-то типа «у меня так-то доски едут на участок». Саша ответил, что доски подождут, а стройка с бухты-барахты никому не нужна. Он даже почувствовал, что возвращает себе бразды правления, но утром концепция поменялась. Рано-рано позвонил Ямов:

– Мы тут немножечко переиграли. Надо к десяти часам подойти на стройку, показать электрику, откуда тянуть кабель. Я договорился, а сам приехать не могу, понимаешь… И в одиннадцать приедут доски, ты помнишь… Тебе сегодня самому придётся, но я верю, ты у нас парень толковый, сообразишь…

– Автоном Викторинович! – Саша сам удивился, каким льдом зазвучал его голос. – Я ещё раз повторяю, мы не будем начинать никаких дел на участке, пока не расставим всех точек над «i». Сегодня в одиннадцать у нас производственное совещание в офисе, быть всем!

– Хорошо, – на удивление покорно ответил Ямов, однако к назначенному времени не явился.

Попов пытался до него дозвониться, но трубка не отвечала. От скуки Саша пялился на стол Ямова.

Хоть Автоному Викториновичу и было сказано, что его рабочее место – стройка, он отбил себе уголок в офисе. Тонкой душевной организации человек, он стремился создать уютную рабочую обстановку. Ночью, что ли, успел? Стена позади стола Ямова напоминала иконостас. На ней собрались афоризмы и мудрости различных авторов, а также грамоты и благодарности всех сортов и цветов. Композиция скромно венчалась фотографией Автонома Викториновича формата А3.

Вряд ли вся эта дрянь была достойна внимания, но сегодня Саша пристально изучил бэкграунд Ямова. Сначала Сашиным вниманием завладела табличка в золочёной рамке с цитатой Петра Великого готическим шрифтом: «Ежели кто впредь будет чинить какую помеху строительному делу, вешать того без рассмотрения персоны». Но больше всего Сашу увлекли две благодарности, которые он, не веря глазам, перечитал несколько раз:

«Заместителю председателя Федерации бокса А. В. Ямову от Комитета по делам молодёжи» и «Председателю Комитета по делам молодёжи А. В. Ямову от Федерации бокса».

– Чего-чего?! – возмутился Саша. – Интересно, сколько раундов выдержит этот боксёр!

Ямов не пришёл и в двенадцать. Дамы засобирались на обед. Пушная и Комарова ушли, а Клавдия осталась обжираться в офисе, используя закрытый ноутбук как импровизированную тарелку.

Она напоминала комбайн. Съедобное загребала в рот, а несъедобное спихивала вперёд от себя, пока оно не падало с края столешницы. На полу вплотную к её столу стояла большая коробка из-под принтера. В неё попадали сброшенные в пропасть объедки, упаковка и вообще всё, что Клавдии больше не требовалось, плюс некоторые случайные вещи. Этим ноу-хау она пользовалась уже четвёртый день – с тех пор как распаковали принтер. Саша надеялся, что, когда коробка наполнится, Жаренкова успокоится. Сам он, не в силах выносить зрелища её трапезы, собрался поехать на стройку и найти Ямова там. Но поездку пришлось отложить: отворилась дверь и вошла вчерашняя Татьяна.

– Удивительно, как вам удаётся меня застать! – воскликнул Саша. – Я ведь тут специально не сижу.

– А я вас просто пробиваю. На всякий случай. Работает контора или нет. Может, у вас тут фирма-однодневка.

– Ска-ажете тоже! – набитым ртом возмутилась Жаренкова. – Шево это у нас одноднефка?

– У нас всё серьёзно, – примиряюще заверил Попов, – и даже есть для вас хорошие новости. Садитесь, расскажу, чай будете?

– Буду, – ответила Татьяна назло суровому взгляду Клавдии. Саша включил было чайник, как вдруг зазвонил его телефон. С чаем пришлось повременить.

– Алло!

– Саша, привет, это Тимофей, брат Автонома Ямова. – Саше почему-то сразу не понравился этот незнакомый голос. Очень нехорошо, тяжело он звучал и, чёрт побери, в тишине кабинета слышался очень громко и отчётливо. – У нас тут на стройке ЧП…

И Саша сразу же понял, что там не куб доски пропал, а случилось что-то действительно страшное. Брат Ямова продолжал:

– У нас тут человека придавило.

Поздно было выходить с этим разговором за дверь. Все вокруг всё услышали, нечего скрывать.

– Как придавило?

– Он старую печную трубу ломал, она на него упала.

– Так он вообще какого хрена её ломал?! Где Ямов?

– Автонома нельзя пока светить, у него условка. Тут спасатели сейчас, скорая, следователи. Подъезжай, нужны будут твои показания. Приедешь?

– Приеду.

Саша и положил трубку, и физически ощутил, как на него навалилась гнетущая беззащитность. Один на один с чужой подставой… Он поднял глаза на Клавдию. Та сидела, замерев с куском во рту. Смотреть на Татьяну Саша не мог, ему было очень стыдно, но он чувствовал её упорный взгляд.

– Юрист есть? – вдруг спросила она.

– А? – не понял Саша.

– У меня есть одна девочка. Звонить?

– Звонить, – согласился Саша.

– Вы что? Вам ехать надо, там люди ждут! – очнувшись, зачавкала Клавдия.

– Куда он поедет? Под статью? – с издёвкой спросила Татьяна. – Але! Привет, дорогая!

Быстро введя кого-то в курс, она передала трубку Саше. Он внимательно слушал незнакомый рассудительный голос:

– Во-первых, я по административке, а у вас тут уголовка будет точно, так что пойдёте к адвокату. Но! Сейчас главное – не дёргайся на стройку, пока там МЧС и полиция, ты даже ситуации не знаешь, а спрашивать они будут всё и сразу. Пусть тебя вызывают официально, ты хотя бы сутки выиграешь. Потом. Я так понимаю, документов у вас ноль. Кто на кого работает, кто за участок отвечает – ничего нет. это всё надо делать, поэтому тоже тянем время. А задача номер один – выяснить сейчас для себя, что конкретно произошло. Всё, я в процесс пошла, не могу говорить, звони потом мне, или Татьяна пусть.

Клавдия добралась всё-таки до чайника и включила его. Своей фигурой она заслонила его, как бы извиняясь за шум. Саша набрал Ямова. На этот раз он ответил.

– Рассказывай! – Впервые Саша обратился к Ямову не на вы.

– Ну, в общем, всё не так уж и плохо, – начал Ямов, и в Сашиной душе вспыхнул огонёк надежды, – он жив, это главное, скорая уже забрала его, всё в порядке, полиция, МЧС, все уже уехали.

– Что произошло?

– Я