Елена Ткач - Зеркало Пиковой дамы

- Кажется или точно нравится? - хихикнула Маня.

- Ой, Мань, я, похоже, жутко влюбилась!

- Слава Богу! Давно пора... - Маня поплотней закуталась в одеяло и вдруг резко села в кровати. - Аль, сегодня ж седьмое!

- Ну да, седьмое... А что?

- А то, что сегодня все кончилось. Ну, вся эта история. В ней как бы точка поставлена: Марка выписали из больницы, Наташка призналась, что ей о картах теперь даже думать противно...

- Ну и что?

- А то, что началась она тоже седьмого. На Рождество! Помнишь, как мы на тебя тогда обвалились? Вечер сокол вечер ясен сыры боры, сыры боры, сыры боры облетал... - напела она. - Семерка сыграла!

- А тройка? - Аля тоже подскочила в постели.

- Тройка? - Маня наморщила лоб - Мы прятались трижды!

- Как это?

- В первый раз я за зеркалом, когда пришел Николай Валерианович и я узнала, что с Наташкой, так?

- Так...

- Второй - когда ты побежала за моим лемурчиком и спряталась в гнезде, услыхав, что идут Алена с Гариком, так?

- Да...

- И третий - Наташка, когда пришла в парике и красном платье: ведь её никто не узнал, она была как бы в маске...

- Личина... - догадалась Аля. - То, что скрывает настоящее лицо, лик!

- Точно! И когда она, как во сне, пошла прямо к сцене, и Алена вдруг узнала её отражение в зеркале, это её так потрясло...

- Глупости! С чего б это вдруг Алена так потряслась при виде Наташки... не такая уж она слабонервная! Нет, она увидела что-то другое...

- Но что?

- А вот этого мы никогда не узнаем...

- Тройка, семерка... туз, - засыпая, прошептала Маша.

* * *

Алена лежит в больнице имени Корсакова, в сорок второй палате. Гарик ушел из студии. Николай Валерианович согласился помочь Далецкому: подумывали о постановке Булгакова. Комиссия, расследовавшая происшедшее, ни к какому выводу не пришла: предположили, что актриса по чистой случайности разбила зеркало, когда вырубили свет из-за неполадок в сети.

Старую графиню играет Наташа.