Гюлюш Агамамедова - Сдается квартира

- Пожалуйста, входите - Джема держалась вежливо и спокойно, как, если бы, на ней был надет костюм от Шанель. Она давно пришла к выводу, что одежда будет выглядеть на тебе именно так, как ты ее носишь.

- Позвольте Вам представить господина Гюнайдына, - Маклер был подчеркнуто корректен.

Гюнайдын, несмотря на рекомендацию данную Маклером о его успешной карьере бизнесмена, не мог собраться с мыслями.

- Ханым, ханым, у Вас прекрасная квартира. - Турок говорил по-турецки и Джема напряглась, чтобы не упустить смысла сказанного.

- Вы же обещали позвонить мне, прежде чем придете с визитом. - Джема не выспалась и в голосе слышалась агрессия.

Турок ничего не понял. Джема высказала маклеру свое недовольство по-русски и турок заволновался.

- Ханым, я семейный серьезный человек. - Он повернулся в сторону маклера, призывая его в свидетели. Маклер, в свою очередь, внимательно наблюдал за Джемой.

- Может Вы покажите нам всю квартиру, - Маклер перешел к решительным действиям.

- Да, конечно.

Турок внимательно осмотрел квартиру, бросая время от времени косые взгляды на Джему.

- Я надеюсь, что мы договоримся, если ханым предложит разумные условия. Ханым будет приходить каждый месяц за квартирной платой, - турок улыбнулся, заглянув Джеме в глаза.

- Ханым хочет получить аванс за шесть месяцев и не забудьте, что за свет и телефонные переговоры платите Вы. - Джема была безмятежна.

Маклер, напротив, с удивлением и недоумением смотрел на Джему. Между собой они договаривались совсем о другом. При самом благоприятном раскладе - два месяца в качестве предоплаты, о шести месяцах не могло быть и речи, о такой оплате в настоящее время никто и не мечтал. Турок тоже казался озадаченным. Судя по всему, маклер заранее предупредил его о Джеминых условиях.

- Господин Гюнайдын, так Вас зовут, я не ошиблась, Вы же сами только что сказали, что квартира прекрасная, свои условия я менять не намерена.

Джема понимала, что теряет выгодного клиента, но ничего не могла с собой поделать. Не в первый раз она ловила себя на том, что непредсказуемость ее реакции на то или иное событие, значительно усложняет и без того непростое существование, но, увы, была бессильна, что-либо изменить. Реакция была мгновенной.

Турок почернел, потупил взор. Маклер, придя к выводу, что с этой упрямицей кашу не сваришь, поднялся:

- Извините за причиненное неудобство, уверен, что мы Вас больше не побеспокоим, - тон заявления был почти издевательским.

Когда посетители ушли, Джема нашла массу доводов, оправдывающих ее отказ. Доводы, однако, не выдерживали критики.

Она продолжала жить растительной жизнью, наслаждаясь визитами подруг, прогулками к морю, любимой музыкой. Вопрос о счастье, мучивший ее время от времени, казалось, решился сам собой. Счастье, вероятно, заключается в отсутствии цели. Ближайшая поставленная цель сдать квартиру самоликвидировалась. Джема блаженствовала. Как любое счастье и Джемино продлилось недолго. Безмятежное существование закончилось к концу недели, когда объявился Маклер.

- Я ждал вашего звонка и не дождался. Но к моему изумлению, позвонил турок и сказал, что согласен на все ваши условия. Он готов выплатить Вам аванс за полгода вперед. Вы понимаете, что я тоже в этом заинтересован, мое вознаграждение зависит от размера предоплаты. Надеюсь, что теперь Джема ханым, у Вас не будет повода для отказа.

- Я подумаю и дам Вам ответ вечером, - Джема не была готова к такому повороту событий.

Джема промучилась целый день. Через неделю она улетала в Москву, где ее ждала, нежданно свалившаяся на нее, работа в солидной фирме. Другой возможности сдать квартиру у нее не будет. Она уговаривала себя быть разумной, хоть раз. Почти уговорила. Дала себе слово не капризничать и соглашаться без лишних претензий. Вечером после долгого, обо всем на свете, задушевного разговора с Маклером, продлившегося почти час, Джема, под занавес, вдруг заявила:

- А квартиру я решила не сдавать. Не хочу, чтобы здесь жил кто-то чужой.

- Но почему? Вы же дали объявление и так хотели получить необходимые Вам деньги. А бедный турок согласился на все. - Маклер терялся в догадках и не без основания вспомнил о женском коварстве.

- Ему я сдать квартиру никак не могу. У него дикий взгляд.

- Что? Дикий взгляд. Первый раз в моей богатой практике, я слышу подобный аргумент. У меня нет слов. Я полагаю, мы с Вами больше не увидимся, - в голосе Маклера прозвучали грустные нотки. - Удачи Вам. Я буду вспоминать о Вас. И если захотите все-таки сдать квартиру, обращайтесь ко мне.

Перед отъездом Джема встретилась с обиженным другом, торжественно вручила ему ключи от квартиры. Поцеловала на прощание и обещалась звонить и приезжать по возможности.