Компонент - Али Смит

учились на юридическом? – сказала я.

– Нет, нам просто присылают скачанный список того, что нужно высматривать. Если мы увидим что-нибудь из списка в любом контенте, то пересылаем юристам с их собственными человеческими глазами. Я должна заниматься этим прямо сейчас. Мне нужно выполнять суточную.

– Суточную что? – сказала я.

– Норму.

Ли обхватила себя руками, будто озябла.

– Где ваша куртка? – сказала я.

– Дома. В гараже, – сказала Ли. – Я просто… Села на поезд и приехала сюда.

– Наверно, есть теплые места, куда вы можете пойти, чтобы посидеть и поработать, – сказала я. – Как насчет библиотеки? Ой, нет.

Я забыла, что библиотека – это по нынешним временам роскошные апартаменты.

– На самом деле, у меня есть друг, который живет в старом читальном зале, – сказала Ли. – Потрясающая архитектура. Сводчатый потолок.

– Ну вот, видите. Могли бы туда и пойти, – сказала я.

– Вообще-то он не друг, а, в сущности, босс. Я его плохо знаю. Боже, если бы на работе были в курсе, что мне негде работать. Сейчас будут проверять мои нормы. Машины следят за нами… я собиралась сказать, как орлы, но все еще хуже: они следят за нами, как машины. Они каждые двадцать минут докладывают, что и сколько, и нас ежедневно помечают и оценивают.

– Кафе, – сказала я. – Там хорошо и тепло. Эти горелки снаружи. Вестибюли отелей, бесплатный вай-фай, чуть-чуть гламура. В вестибюли отелей уже начали снова пускать?

– Вы такая клевая, просто богиня, – сказала Ли.

– Кто-кто я? – сказала я.

– По ходу, вы и впрямь догоняете, – сказала Ли.

Ли густо покраснела.

– Гм, – сказала я. – Вы не можете здесь остаться. Вы даже не можете сюда войти.

– Вы так любезно впустили Иден, – сказали Ли.

– Я была вынуждена, – сказала я. – Из-за ее эмоционального состояния.

– Сэнди, вы такая классная. Вы осадили отца по поводу моего эмоционального состояния. Вы громко и четко поговорили с ним по телефону. Вы не испугались. Вы были великолепны. Вы сказали это, и ему пришлось слушать. Вы катализатор. Аватар. Вы превратили нашу мать в живого человека. До сих пор она была словно труп. Все это время нашей семье нужны были именно вы. Вы потрясающая.

– Прошу вас, Ли, – сказала я, – перестаньте.

– По-моему, это из-за вас он меня выгнал, – сказала Ли.

– Не пытайтесь нарративно мною манипулировать, – сказала я. – Я в этом дока.

– Вы дока во всем, – сказала Ли. – По-моему, я никогда раньше не встречала такого доки, как вы.

– Вы общались со мной меньше двадцати минут, – сказала я.

– Чтобы это понять, хватит одного мгновения, – сказала Ли.

– Это безумие, – сказала я.

Но Ли посмотрела на свой телефон и побледнела.

– Боже, – сказала «они».

– Что? – сказала я.

– Это с работы. Я же говорила вам. Теперь мне в два раза снизили оценку за невыполнение нормы. Боже.

Ли села на мое крыльцо, расстегнула вещмешок и достала ноутбук.

– Просто дайте мне войти в систему и за минуту сымитировать хоть какую-то норму, – сказала «они».

Пошел дождь. Ли достала из сумки белую рубашку и накрыла ею голову и ноутбук.

Дождь полил очень-очень сильно. Кап-кап-кап. Теперь рубашка стала прозрачной от воды. Под нею мне было четко видно Ли.

– Слушайте, – сказала я. – Можете поработать в прихожей. Вот здесь. Садитесь там. Не приближайтесь ко мне. Вон там. На лестнице. Нет, дверь не закрывайте.

– Спасибо, – сказала «они». – Невероятная доброта. Я знаю, под каким вы сейчас давлением, Сэнд. Вы настоящая. У вас есть фен?

– Нет. Ну, есть, – сказала я. – Но вам не дам.

Ли повесила мокрую рубашку на перила, капая на старый паркет, села на третью ступеньку снизу и застучала по клавиатуре. Я надела маску и села в самой глубине прихожей у кухонной двери. Холодный весенний воздух веял по дому, вынуждая меня оставаться настороже.

Прошло двадцать минут.

Я проверила свой телефон.

Ничего больничного.

Никакой Виолы.

Дождь попадал в дом, и пол у двери потемнел.

Я снова проверила телефон.

Ничего больничного.

Никакой Виолы.

– Знаете, – сказала Ли, попутно выстукивая, – вам реально нужен свой вебсайт.

– Не хочу я вебсайт, – сказала я.

– О вас есть инфа в инете – о ваших картинах, творчестве. Вы пишете красками слова одно поверх другого. Это клево. Картины, типа, потрясающие. Они кажутся трехмерными. Как клубный сэндвич.

– Вот видите. В интернете меня и так более чем достаточно, – сказала я.

– Но вы этим не пользуетесь, – сказала Ли. – Я могу связать вас с парочкой инфлюэнсеров. Это будет стоить денег. Но вы потратите их не зря.

– Просто ради интереса, Ли, – сказала я. – Что можно выведать о людях в интернете, если, как вы, знать, где искать?

– Да боже мой, что угодно, – сказала Ли. – Все.

– Например? – сказала я.

– А что вам конкретно надо? – сказала Ли. – Рабочий адрес? Домашний адрес? Электронка? Состояние здоровья? Паспортные данные. Количество детей. Уровень образования. Уровень образования у детей. Совокупный годовой доход в любой валюте. Покупки по кредитной карте. Категория касаемо финансов и образа жизни. Хобби. Интересы. За кого собираетесь голосовать. Религиозные и политические союзы. Что смотрите. Что листаете в интернете. Что едите. Сколько алкоголя пьете дома. Синтаксическое распознавание образов. Сексуальные наклонности.

– Что, реально, синтаксическое распознавание образов? – сказала я.

– Гаджеты, – сказала Ли. – Вот ключ ко всему. И ко всем. Живым или мертвым.

«Они» снова принялась выстукивать.

Тук-тук в открытую входную дверь.

Собака опять залаяла.

На пороге стояла другая близняшка-Пелф, под зонтиком.

– Собака заперта на кухне? – сказала она.

– Да, – сказала я.

– Почему на вас эта маска? – сказала она.

– Потому что пандемия, – сказала я.

– В жизни есть не только эта занудная пандемия. Маски меня очень напрягают. Когда я вижу людей в масках, это негативно отражается на моем психическом здоровье. Вы ее не снимете? Вы же теперь увидели, что это просто я?

– Нет, – сказала я. – Чем могу вам помочь, Иден?

– Я пришла, потому что вам, возможно, это понравится.

Она протянула мне что-то, похожее на школьную тетрадку. Капли попали на синюю обложку, и рядом с именем Иден растеклись большие пятна.

– Я должна была прийти, потому что мне было очень-очень плохо, – сказала она. – Потому что я тогда переврала имя этой девушки. Я сказала, что ее звали Эмили, но ее звали не Эмили, а Элси. Я очень расстроилась, что так его переврала: на самом деле, даже заснуть не могла. Ну и начала пересматривать все свои вещи из детства. О, привет, Ли.

– Привет, – сказала Ли, не поднимая головы.

– Я все перебрала: думала, может, ее выбросили, когда переоборудовали чердак. Было страшно узнать, что ее там нет, – сказала она. – Но она там была! За перегородкой в нетронутой части, на дне черного пластикового мешка позади банок с краской. Как могут вещи, которые были важнее всего остального, которые так много значили для нас в то время, оказаться в пластиковом мешке за банками с краской в нетронутой части чердака? Бэ-пэ. В смысле, «без понятия».

Она раскрыла тетрадку.

Крупный закругленный школьный почерк. Кружочки над «i». Рисунки. Скачанные из интернета, распечатанные и приклеенные скотчем. Выцветшие распечатки фотоснимков.

Она пролистала до середины и развернула две огромные украшенные страницы, похожие на крылья, словно сама тетрадь для проектов была крылатой. Иден улыбнулась мне до ушей.

Ли встала и потянулась.

– Хочу просто заскочить в гараж и кое-что забрать, – сказала «они». – Я ненадолго.

– Вам нельзя сюда возвращаться, – сказала я.

– Ид, ты на машине? – сказала Ли.

Иден протянула Ли ключи от машины и показала, где ее припарковала. Я взглянула на название школы на тетрадке. Эта школа находилась в городе, расположенном почти в двух сотнях миль.

– Брр, – сказала Иден, глядя вслед убегающей Ли. – Холодно сегодня.

Она шагнула в дом. Я отступила в прихожую.

– Пожалуйста, не входите в дом, – сказала я.

– Но Ли же была в доме, – сказала она. – Вы рассказывали «им» историю? Если да, я тоже хочу. Все нормально, я здорова. Я в полном порядке. Мы можем пройти в ваш книжный зал и сесть в нескольких милях друг от друга, как в прошлый раз.

– А давайте вы оставите свою тетрадь для проектов у меня, я почитаю ее, и мы сможем поговорить, когда я верну ее вам при следующей встрече? – сказала я.

– Вы могли бы прочитать ее прямо сейчас, – сказала она.

– Прямо сейчас я занята, – сказала я.

– Ли забрала машину, – сказала она. – Мне придется подождать, пока «они» не вернется.

– Вам нельзя здесь ждать, – сказала я.

– Куда же мне еще пойти? –