До встречи в феврале - Эллисон Майклс

– Он всё тебе рассказал?

– Он рассказал мне достаточно, чтобы я поняла, как сильно он тебя любит, Эмма. И я хотела, чтобы ты поняла то же самое.

Я стала бокалом – за мои края бурлило и переливалось столько чувств, что аэропорту грозила не снежная буря, а цунами. Сид не злилась на меня. Как такое возможно? Сколько Джейсон ей рассказал? Только о своих чувствах или об измене? Мне так хотелось расспросить у Сид, но её похоже больше волновали мои отношения с Джейсоном, чем её собственные.

– Если даже у меня не находится причин для злости, то откуда им взяться у тебя? – Не унималась Сид.

– Я лечу домой. Давай там и поговорим.

– Пропусти рейс! – Вдруг скомандовала Сид.

– Что?! Почему это?

– Я послала кое-что по твоему адресу на Деруэй Айленд. И только что мне пришло уведомление, что посылку доставили на твой порог.

– Посылку? Какую ещё посылку, Сид? У меня посадка заканчивается.

– Ты никуда не летишь. – Настойчиво, но мягко воспротивилась подруга. – Поверь мне, тебе нужно распаковать эту посылку.

– Ты ведь не скажешь мне, что внутри, правда? – Побеждённо вздохнула я, наблюдая, как к стойке продвигается последний пассажир. Решать сейчас – улететь или остаться из-за какой-то коробки из Лос-Анджелеса.

– Не скажу. Ты должна сама всё увидеть. Но поверь. – Я за четыре тысячи миль видела, как широка улыбка Сид Брэберн. – Это стоит того, чтобы пропустить самолёт.

– Чёрт бы тебя побрал, Сид!

– Я тоже тебя люблю, милая. – Сколько любви я ощутила всего от пяти коротких слов! – Правда, люблю. И желаю тебе счастья. Та встреча в метро стала судьбоносной. Как ваша встреча с Джейсоном. Поэтому выметайся из аэропорта и езжай домой, пока еноты не выпотрошили посылку.

Так я оказалась в такси, проделывая всё тот же путь, но уже в обратном направлении. А в голове крутились и крутились карусели фраз Сид. Я тебя люблю. Неважно, кто говорит такое, неважно, где и при каких обстоятельствах. Достаточно услышать заветные три слова, и ты загораешься ярче солнца.

Снегопад усилился, так что дворники почти не справлялись с его напором, а машины тащились друг за другом колонной черепах. Видимость нулевая, управление ни к чёрту, но я не боялась попасть в аварию, врезаться в чей-нибудь бампер или слететь с моста, ведь это солнце освещало всё на своём пути.

Джейсон

– Отвези меня домой. – Попросил я Джима, что терпеливо дожидался под окнами аэропорта в разогретом салоне своего шустрого «мерседеса».

Но всё же он оказался не таким шустрым, чтобы я успел догнать Эмму и просить её не улетать. Самолёт с женщиной, которую я любил, взмыл в воздух в 16:50 с задержкой в пять минут, но даже они не спасли меня. Как только «Боинг-747» компании «Американ Эйрлайнс», следующий до Лос-Анджелеса без пересадок, оторвался от земли, все табло переключились на «отменён». Задержись рейс хотя бы ещё на две минуты, и его бы списали в утиль. Пассажиров бы разогнали по домам, и Эмма осталась бы в Берлингтоне. Со мной.

Она ведь тоже любила меня, теперь я это знал. Если бы не любила, не поехала бы к Джиму и не вступилась бы за меня горой. Так не делают те, кому всё равно. Я гнался за этой маленькой надеждой по бурану, но опоздал. И в этот раз даже северный циклон не помог мне заполучить девушку моей мечты.

– Опоздали? – Спросил Джим невесело, хотя всё и так было понятно.

Я поёрзал на сидении, сотрясая снег на пол и кожаные сидения, но Джим и не подумал вспылить из-ла любимой машины, с которой обращался нежнее, чем с женой, которой у него никогда не было. Обняв подарок, я съехал вниз и невидяще уставился перед собой.

– Что будешь делать? – Поинтересовался Джим, опираясь на руль. Мотор рокотал, но мой бывший начальник, наставник, как оказалось, приятель и даже водитель в новом амплуа, не собирался трогаться с места. – Ты ведь не отпустишь её?

– Все рейсы отменены из-за погоды. Придётся переждать пару дней. А потом я рвану в Лос-Анджелес. Но пока… я просто хочу домой.

– К родителям?

– Нет, к себе. Хочу побыть один.

Есть нечто пугающее и в то же время очаровательное в том, как двое могут понимать друг друга без лишних слов. Джим Макдугалл не произнёс больше ни звука, не полез ни с одним вопросом, а просто осторожно катил по хрустящему асфальту в сторону Деруэй Айленд, давая мне побыть одному уже сейчас.

– Если нужна будет компания, ты знаешь, кому позвонить. – Проехав пустующий дом мистера Леблана, подсказал мой извозчик.

– Спасибо, Джим. Спасибо тебе за всё.

– Не передумал насчёт места моего зама?

– Нет. Но если ты не против, я бы лучше занял место твоего друга.

– Это можно. – Улыбнулся Джим, отчего его усы растянулись пушистой гусеницей и затем снова собрались вместе. Брови тоже съехались, образовав морщинистую впадину между собой. – Мне кажется, или у тебя горит свет?

Я глянул в сторону едва виднеющегося вдали дома и вгляделся получше. С такого расстояния и за такой гардиной из снега было трудно разглядеть остатки дороги, которую почти засыпало. Колея от недавно проехавших здесь шин терялась под новым слоем осадков. Ещё полчаса, и «мерседес» Джима не сможет выбраться отсюда на трассу и застрянет, как когда-то мой «порше», по которому я ничуть не скучал. К тому же, темнеть только-только начинало, и горящие окна ещё так явно не маячили бы издалека светом.

– Тебе показалось. – Пришёл я к выводу. – Просто блики от заходящего солнца.

Но подъехав к самому крыльцу, мы увидели два чётких прямоугольника света, бьющегося из незашторенных окон первого этажа. Меня бросило в жар, потом в холод. Сердце сигануло вверх, потом вниз. И так по кругу.

Либо Эмма забыла выключить свет перед уходом, либо в дом пробрался совсем не экономичный вор, поврубавший везде лампочки, либо…

Третий вариант взволновал меня так, что я чуть выбрался из машины. Рука онемела и отказывалась оттягивать ручку двери, чтобы выпустить меня на холод. Сделав пару шагов, я остановился по щиколотку в снегу, по уши в сомнениях. Стоял и смотрел на свой дом, боясь сделать шаг, чтобы не упустить последнюю кроху надежды.

Джиму, похоже, тоже не терпелось узнать, чем всё закончится, но он лишь смиренно вздохнул:

– Если бы я сумел полюбить кого-то, парень, то я бы не стоял как идиот. Я бы ни секунды не думал.

И с рыком «мерседес»