Потерянная сестра - Люсинда Райли

она вроде бы не возражала насчет связи с моей предполагаемой биологической семьей, на самом деле ей это не нравилось.

«Она предложила поговорить об этом, когда вернется домой…»

– Но когда это будет? – спросила я вслух в пустой комнате. С учетом всех стран, которые она собиралась посетить, могли пройти месяцы до этого разговора, но теперь, когда искра вспыхнула, мне не терпелось узнать ответы. Я собиралась завтра позвонить Сиси и сказать, что мама остановилась в «Рэдисоне». Если они смогут опознать кольцо, это откроет дверь в мое прошлое, даже если мама этого не хочет.

Когда я пришла к решению, то встала и включила старый компьютер. Пока он грузился, я нетерпеливо притопывала. Я открыла браузер и перешла в Google.

«Грин и… агентство по усыновлению, Крайстчерч, Новая Зеландия», – набрала я в поисковой строке.

Потом затаила дыхание и нажала клавишу ввода.

7

Атлантис

– Никогда не думала, что скажу это, но сон – великое дело, – объявила Алли, когда присоединилась к Майе за поздним завтраком на кухне. – Ты снова бледная как полотно. Надо полагать, сама ты почти не спала?

– Да. – Майя пожала плечами. – Просто никак не могу привыкнуть к смене часовых поясов.

– Все уже должно было прийти в норму, ведь ты приехала четыре дня назад. Уверена, что с тобой все в порядке? Живот не беспокоит?

– Немного, но это пройдет.

– Возможно, тебе стоит отправиться к доктору Краузе в Женеву и пройти осмотр.

– Я так и сделаю, если мне не станет лучше в ближайшие два дня. Так или иначе, я рада, что тебе удалось поспать, Алли. Ты словно преобразилась.

– Я чувствую это. Кстати, а где Его Величество?

– Ма взяла его на прогулку в сад. Помнишь, как она была помешана на том, чтобы все мы в детстве чаще находились на свежем воздухе?

– Помню. И как я не любила нарезать круги в саду, толкая перед собой ту здоровенную коляску и пытаясь заставить Электру или Тигги хотя бы ненадолго заснуть!

– Кстати, о Тигги, – сказала Майя. – От нее и Стар так и не было вестей с тех пор, как ты послала им электронное письмо насчет потерянной сестры. Ты что-нибудь слышала?

– Нет, хотя Сиси говорила, что сказала об этом в беседе со Стар… Ну, и ты знаешь, какое качество связи там, где живет Тигги. Возможно, она еще даже не получила письмо. Я просто не понимаю, как люди могут жить в такой изоляции от остального мира.

– Но ты же была отрезана от мира, когда ходила под парусом?

– Да. Однако больше двух дней без контактов с окружающими я оказывалась очень редко. Обычно поблизости находился удобный порт, где я могла принимать текстовые сообщения и электронные письма.

– Ты и впрямь компанейский человек, да, Алли?

– Я никогда особенно не задумывалась об этом, – рассеянно сказала Алли и уселась за стол с чашкой кофе в руке. – Пожалуй, ты права.

– Возможно, поэтому тебе так тяжело жить в Норвегии; у тебя там мало знакомых, и даже если они есть, тебе трудно общаться с ними.

Алли уставилась на Майю, потом кивнула:

– Знаешь что? Ты опять права. Я привыкла жить там, где меня окружало множество людей. Сначала с сестрами в Атлантисе, потом с членами команды в тесных каютах. Когда я остаюсь одна, мне становится не по себе.

– Да. А мне как раз нравится побыть в одиночестве.

– У нас с тобой совершенно разный жизненный опыт, – заметила Алли. – Мне недавно пришлось привыкнуть к одиночеству, а ты после стольких лет одинокой жизни здесь теперь имеешь Флориано и Валентину, которые живут с тобой.

– Да, и мне было трудно приспособиться к этому, особенно потому, что наша маленькая квартира находится в центре многолюдного города. Поэтому мне так нравится выезжать на фазенду – на ту ферму, которую я унаследовала. Там я могу обрести волю и покой, а без этого кажется, будто начинаешь сходить с ума. Мы надеемся приобрести квартиру попросторнее, когда позволит заработок.

– Кстати, о заработке, – сказала Алли. – Я собираюсь побеседовать с Георгом после его возвращения, поскольку у меня почти закончились деньги. Я не работаю уже несколько месяцев и полагаюсь на тот малый доход, который получаю из трастового фонда. Все мои сбережения и деньги от продажи яхты Тео были потрачены на реконструкцию дома в Бергене, но деньги из фонда не покрывают все необходимые расходы, поэтому я собираюсь попросить Георга о выделении немного большей суммы. Сейчас я чувствую себя неуютно из-за этого, наверное, из-за гордости, поскольку раньше я всегда могла обеспечивать себя.

– Я знаю, Алли, – тихо сказала Майя.

– У меня нет выбора, если только я не продам тот старый сарай, который Тео оставил мне на греческом острове под названием «Гдетотам». Кроме того, сарай никто не купит, если его не отремонтировать – на что у меня нет средств, – и я должна постараться сохранить его для Бэра.

– Ну конечно.

– Я даже не представляю, сколько денег нам оставил Па Солт, – сказала Алли. – А ты?

– Тоже. Те несколько дней после смерти Па промелькнули как одно мгновение, и я не помню, что именно Георг говорил о финансах, – призналась Майя. – Думаю, после нашего общего возвращения из морского круиза на Делос будет полезно расспросить его об устройстве фонда, чтобы мы ясно понимали, какими средствами мы располагаем и для чего мы можем их использовать.

– Да, это будет здорово, и все-таки мне очень неловко впервые обращаться к нему за помощью. Па учил нас стоять на собственных ногах, – вздохнула Алли.

– С другой стороны, когда родитель… умирает, то дети получают оставшиеся деньги по завещанию и вольны тратить эти средства по своему усмотрению, – сказала Майя. – Нам нужно понимать, за что мы сейчас отвечаем. Это наши деньги, и не нужно бояться расспрашивать о них. Георг не является нашим нравственным ориентиром, в отличие от Па Солта. А он учил нас не злоупотреблять тем, что нам повезло иметь. Положение матери-одиночки – это одна из весомых причин для обоснования финансовой поддержки, Алли. Если бы Па был жив, он бы сказал то же самое.

– Ты права. Спасибо, Майя. – Алли протянула руку сестре. – Знаешь, я очень скучала по тебе. Ты всегда была успокоительным гласом рассудка. Жаль только, что ты живешь так далеко.

– Надеюсь, однажды вы с Бэром приедете в Бразилию. Это потрясающая страна, и…

Зазвонил телефон, и Алли вскочила, чтобы взять трубку.

– Алло, это Алли Деплеси. Кто-кто? Ох, здравствуйте, Мэри-Кэт! – сказала она и поманила Майю к себе. – Очень приятно познакомиться с вами. Сиси