Антон Чехов - Том 25. Письма 1897-1898

После первого акта стали вызывать тебя, и когда Немирович объявил, что тебя в театре нет, то все, особенно в партере, закричали: „Так надо ему послать телеграмму“. После третьего действия опять шум и овации артистам и вызовы автора. Тогда Немирович произнес: „В таком случае позвольте мне послать автору телеграмму“. Из публики: „Просим, просим“. Знакомых было очень много, я немного волновалась, но было весело, все поздравляли с успехом, говорили приятные слова по твоему адресу и т. д.» (Письма М. Чеховой, стр. 91).

…<не> была на первом представлении. — Чехов имеет в виду не премьеру «Чайки», состоявшуюся 17 декабря, а генеральные репетиции, которые он также советовал смотреть И. П. Чехову (см. письмо 2485). 17 декабря, после спектакля, М. П. Чехова и Коновицеры отправили в Ялту поздравительную телеграмму (Письма М. Чеховой, стр. 93).

Ты пугаешь, что «Семья» мало заплатит. — Отклик на опасения М. П. Чеховой: «Напрасно ты не назначил цену за свой рассказ для „Семьи“. Таня <Щепкина-Куперник> говорит, что тебе заплатят там очень мало».

Но у меня есть письма Николая Эфроса… — Приглашая Чехова сотрудничать в журнале «Семья», Эфрос писал 4 ноября 1897 г.: «Не нужно прибавлять, что условия Ваши» (ГБЛ).

2529. Д. Н. АНУЧИНУ

18 декабря 1898 г.

Печатается по автографу (ГБЛ). Впервые опубликовано: Записки ГБЛ, вып. 1, стр. 38.

Год устанавливается по письму Д. Н. Анучина от 10 декабря 1898 г., на которое Чехов отвечает; Анучин ответил 24 декабря (ГБЛ).

Рассказ я непременно пришлю… — Анучин просил прислать небольшой рассказ или очерк для «Русских ведомостей». Рассказ «Новая дача» Чехов выслал 24 декабря 1898 г. (см. письмо 2536).

…чтобы он написал мне или телеграфировал… — 22 декабря 1898 г. Анучин телеграфировал Чехову, благодаря за обещание прислать рассказ и извещая о приезде В. М. Соболевского: «Глубоко благодарен. Василий Михайлович приехал» (ГБЛ).

2530. Вл. И. НЕМИРОВИЧУ-ДАНЧЕНКО

18 декабря 1898 г.

Печатается по тексту: «Новости дня», 1898, № 5590, 20 декабря, где опубликовано впервые. Нынешнее местонахождение подлинника неизвестно.

Телеграмма.

Дата устанавливается по служебным отметкам на телеграмме, посланной Вл. И. Немировичем-Данченко от имени участников первого спектакля «Чайки» в Художественно-Общедоступном театре (17 декабря 1898 г.) и отправленной из Москвы 18 декабря 1898 г. в 0 ч. 50 м. пополуночи, на которую Чехов отвечает (ГБЛ).

В телеграмме Немировича-Данченко говорилось: «Только что сыграли „Чайку“, успех колоссальный. С первого акта пьеса так захватила, что потом последовал ряд триумфов. Вызовы бесконечные. Мое заявление после третьего акта, что автора в театре нет, публика потребовала послать тебе от нее телеграмму. Мы сумасшедшие от счастья. Все тебя крепко целуем. Напишу подробно. Немирович-Данченко, Алексеев, Мейерхольд, Вишневский, Калужский, Артем, Тихомиров, Фессинг, Книппер, Роксанова, Алексеева, Раевская, Николаева и Екатерина Немирович-Данченко».

Публикуя телеграмму Чехова, газета «Новости дня» писала: «В ответ на приветственную телеграмму, посланную А. П. Чехову на первом представлении „Чайки“ от лица публики и труппы Художественно-Общедоступного театра, наш талантливый писатель и драматург прислал на имя Вл. И. Немировича-Данченко следующую телеграмму <…>». 21 декабря 1898 г. газета «Курьер» (№ 351) в разделе «Хроника дня» опубликовала заметку такого содержания: «Как известно, на первом представлении комедии Ант. Чехова „Чайка“ публика потребовала, чтобы талантливому автору была послана приветственная телеграмма. Телеграмма от имени публики и была послана в Ялту. Г. Чехов прислал ответ на имя лица, подписавшего телеграмму, — г. Немировича-Данченко. Казалось бы, что элементарная тактичность и вежливость по отношению к публике должна бы заставить г. Немировича-Данченко сообщить во все газеты текст полученного им для публики ответа. Ответ появился лишь в одной московской газете». Немирович-Данченко ответил письмом в редакцию «Курьера» (1898, № 352, 22 декабря):

«Милостивый государь, г. редактор!

По окончании первого представления драмы „Чайка“ Антону Павловичу Чехову была отправлена телеграмма за подписью всех участвующих в пьесе артистов, поручивших мне составление текста. В ней сообщался подробный ход спектакля, а также был передан, конечно, и привет, посланный ему публикой. Находит ли А. П. удобным отвечать публике — я не знаю. Во всяком случае, он бы сделал это через посредство газеты сам. Я же такого поручения от него не получал. Телеграмма в „Новостях дня“, на которую вы указываете в № от понедельника, адресована без малейшего сомнения не публике, а лишь подписавшим ее артистам». В заметке «От редакции», напечатанной в качестве послесловия к этому письму, редакция «Курьера» приносила извинения за «упрек, сделанный по адресу Вл. Немировича-Данченко».

О том, как во время спектакля решено было послать автору приветственную телеграмму, Чехову рассказали М. П. Чехова в письме от 18 декабря (см. примечания к письму 2528*) и Т. Л. Щепкина-Куперник в письме, написанном сразу после спектакля, в ночь с 17 на 18 декабря 1898 г.: «После третьего акта, когда всем театром начали вызывать автора, и Немирович, улыбающийся как кот, которому чешут за ухом, объявил, что автора в театре нет, — поднялись крики: „послать телеграмму“. Шум стоял страшный. Он переспросил: „позволите послать телеграмму?“ Ответом было стоголосое: „просим! просим!“ Это был удивительный, патетический момент» (ГБЛ).

…как Дрейфус на острове Диавола. — А. Дрейфус был приговорен к пожизненной ссылке на Чертов остров (Ile du Diable) у берегов Французской Гвианы.

Ваша телеграмма сделала меня здоровым и счастливым. — Начальница ялтинской женской гимназии В. К. Харкеевич вспоминала о волнении, испытанном Чеховым в то время, когда на сцене Художественного театра шла премьера «Чайки»: «…А. П. сильно волновался. У Чехова собрались гости. Все видели, что он сильно озабочен. И только полученная ночью телеграмма об успехе „Чайки“ успокоила его» (А. Б. А. П. Чехов в Ялте (Беседа с В. К. Харкеевич о Чехове). — «Русские ведомости», 1914, № 151, 12 июля). И. Н. Альтшуллер писал: «Я помню, как волновался Чехов перед первой постановкой его „Чайки“ в Художественном театре, как этого волнения он не мог скрыть и как оно выражалось между прочим в подробных рассказах о провале этой пьесы в Александринке, и помню, в каком длительном радостном возбуждении он находился после торжества и одержанной в Москве победы» (И. Н. Альтшуллер. Еще о Чехове. — ЛН, т. 68, стр. 692). Сообщения об успехе первого спектакля «Чайки» см. также в примечаниях к письмам 2528*, 2535*, 2540*, 2542*, 2545*.

2531. И. Я. ПАВЛОВСКОМУ

18 декабря 1898 г.

Печатается по тексту журнала «Oxford Slavonic Papers», vol. IX, 1960, p. 122–123, где опубликовано впервые, по автографу. Автограф хранится в Bibliothèque Nationale (Париж).

Год устанавливается по упоминаниям о покупке имения в Кучукое и дела Дрейфуса.

Ответ на недатированное письмо И. Я. Павловского, с пометой Чехова: «98.XII» (ГБЛ).

Напасти, которые Вы теперь переживаете… — Павловский писал: «Я продолжаю находиться в трансах. С Сувориным мои дела не клеются или скорее расклеиваются совсем. Он фальсифицировал опять мои телеграммы, и я совсем перестал их посылать. Со дня на день жду полного разрыва. С моими четырьмя детьми перспектива невеселая. Что я буду делать — не знаю. Есть у меня несколько тысяч рублей, они будут проедены скоро».

…один из издателей московского «Курьера»… — Е. З. Коновицер.

Ваше последнее письмо мне так понравилось… — Павловский писал об атмосфере острой политической борьбы во Франции, возникшей в связи с пересмотром дела Дрейфуса: «Время теперь в высшей степени интересное: все изуверы и шарлатаны навалились на республику. Здешнее правительство боится даже восстания парижского гарнизона. Правда, с другой стороны, лучшие люди страны, которые до сих пор не мешались в политику, выступили на сцену: ходят на сходки, пишут в газетах, не жалеют ни боков, ни карьеры, ни даже жизни. Д-р Ру, открывший антидифтерийную сыворотку, говорил недавно одному моему приятелю: „Это дело мешает мне работать, не дает спать. Если иезуиты и антисемиты вызовут истерию, мы выйдем на улицу, дадим себя убить, но не уступим; человечество не может идти назад“».