Серпентариум - Влад Козлов

шла очень мило, однако её рука уже лежала не там, где нужно. Отторгать я её не стал, лучше дождаться удобного момента. и вот, как только она обняла меня и начала агрессивно прижимать к себе, пытаясь вдавить меня сквозь одежду прям в душу. Я прикрикнул. Простонав небольшую трель, я максимально театрально упал на стул и схватился за голову. Как же я мог забыть, у меня болит голова! Хотя бы одно движение, похожее на фрикцию и прочие извращения меня может заглушить и превратить в растение. Прости, говорю ей, пожалуйста. Мы сегодня можем просто так посидеть? Это звучит максимально тупо, но в тот момент я подумал, что я гений, так как воспользовался оружием своего врага, сказав, что у меня болит голова.

Она посмотрела на меня снисходительным взглядом, встала и ушла за рюкзаком. Казалось, что под её ногами вот-вот начнет скрипеть бетонный пол, ну или мой – мужской, если я не придумаю, что делать дальше.

Она взяла рюкзак, расстегнула его и достала оттуда черные матовые свечи, чёрную книгу в кожаном переплёте и весьма странные амулеты. Я насторожился. Никакой боли в голове у меня и в помине не было, а просто так попадать в руки тёмного биг-мага мне категорически не хотелось.

И вот, сижу я на стуле, а она начинает расставлять свечи вокруг. Натянула на себя амулет, надела кольца, открыла книгу. Из кармана брюк она достала бирюзовый Cricket и зажгла свечи. В воздухе запахло воском и опасностью, а я сидел и вспоминал, как рухнул в обморок прямо у гроба моего дедушки. Тогда тоже было много свечей, священник читал молитвы, нарушая звенящую тишину. Только тогда пахло кадилом, и посреди комнаты в гробу был труп моего близкого человека, вокруг которого мы и стояли. Помню, что сначала начала кружиться, а потом в моих глазах начали мерцать цветовые пятна, которые постепенно своим странным танцем полностью закрыли мне обзор, слившись в один цвет – чёрный.

Так и сейчас. Головокружение уже подступало, а мой тёмный маг начал читать потусторонние стихи. Мне казалось, что она наоборот головную боль вызывает, а не лечит. Мне захотелось резко встать и молча уйти из комнаты, но при попытке оторвать задницу от стула цветовые пятна вновь вернулись.

«Вот и выход!» – подумал я, и резко встал со стула. Цветовые пятна сошлись в танец гораздо быстрее, чем в прошлый раз, и в последнюю секундочку сознания я выбрал упасть на единственную свободную область пола впереди меня. Через вечность (на самом деле в реальном времени это было секунд 5-10) я очнулся от хлёстких ударов по лицу. Первое, что я увидел, придя в сознание – это две огромные монеты испуганных глаз передо мной, дрожащие руки и растрёпанные волосы.

Это ты прикинь, Лёх, она подумала ЧТО ЭТО ЕЁ МАГИЯ МЕНЯ ЧУТЬ НЕ УБИЛА. А на самом деле у меня со свечками отношения так себе, особенно с ароматическими. Я многое бы отдал, чтобы в этот момент залезть в её голову и узнать, чего она ощущала. Она, небось, подумала, что всё – она теперь hight level маг, до конца жизни теперь бутылки с маной жрать. Ну, остается пожелать ей только строгости, ведь «С большой силой приходит большая ответственность».

Вот знаешь, Лёха. Вся проблема моя в том, что всё то, что я тебе сейчас рассказал и сотой доли эмоции не стоит от настоящей любви. Когда я учавствовал в каждой из этих историй, то всегда чувствовал, что живу круче всех остальных. Я чувствовал то, что когда любил по-настоящему – был просто слаб. Податлив и пластичен, как вчерашняя манная каша. Ненавидел вчерашнего Алиса, ведь он был глуп. Всегда думал о том, что в одиночестве тысяча путей становления собственной личности, в то время, когда в паре пути всего два. Любовь прошлого меня ограничивала, вела по общепринятому «правильному» пути, создавая из меня стандартного воина нашей планеты. А что, если я не хочу таким быть? Что, если я на самом деле увлечен поиском пути, а не достижением цели? И как доказать всему остальному миру, что ты прав, и истина твоя дороже всех, поскольку мир создан для тебя?

Вот поэтому, во времена моих гуляний я выбрал путь подобного одиночества. Разгульная жизнь, разовые интрижки и беспорядочный секс превращали меня, как я считал, в сильного Алиса. Обожаемого Алиса. А тот, старый и странный Алис… из давних времен, да кому он нахуй нужен вообще?

И вот только сейчас, в нашем с тобой подвале я понимаю, что все это была совсем не любовь, а что ни на есть настоящая ненависть. Ненависть к каждой шальной пизде, что попадала в мои грязные руки. Ненависть к собственному отражению. К каждой морщинке, каждому волоску на собственном слабом теле. Я ненавидел себя больше всех на свете. Страх в том, что моё поведение и поведение этих девушек объяснялось простой ненавистью друг к другу и к самим себе. Все, о чем я тебе талдычу с начала дня – абсолютно не нужная грязь. Каждый из нас был бы счастливее, если бы всего этого между нами не произошло. С каждым неразборчивым сексом в кинотеатре, клубе, туалете, лифте, в лесу, на крыше, в подъезде, на детской площадке, в примерочной, в ресторане, в этом подвале, на столе, в кабинете, в ванной… блять, где ещё? А, на кровати, точно. Так вот, с каждым разом это приносило всё больше боли и разочарования в самом себе. Я думал от недостатка любви в себе я буду испытывать удары, которые будут закалять мою душу и сделают из меня суперчеловека, но нет. Все это привело меня в подвал. В этот самый подвал, где я рассказал тебе о ненависти, а теперь расскажу тебе, что такое любовь.

ЛЮБОВЬ

16

А что поделать, дружище? Crazy little princess всегда вырастают и превращаются в чёрт пойми что. Начинают пить, курить, лизать вагину друг-другу, вставляют в соски смешные брелоки и уходят нахуй от меня. Но на самом деле понимаю, что стоят на рынке любви наши с тобой обвислые нелепые тела, когда есть тоненькие и подтянутые девушки. Всегда хотел себе девушку найти и наряжать её в красивое бельё и брелоки, как ёлочку, но круглый год. Чтобы ёлочка светилась огоньками, а она улыбкой своей освещала мои глаза, а телом – постель. Но это всё грёзы для богатых, умственно и материально. Нам же остаётся доедать то, что