Марина Цветаева - Том 3. Книга 1. Поэмы. Поэмы-сказки

Вшеноры, март 1925 — Париж, ноябрь 1925

С моря

С Северо-Южным,Знаю: неможным!Можным — коль нужным!В чем-то дорожном,

— Воздухокрутом,Мчащим щепу! —Сон три минутыДлится. Спешу.

С кем — и не гляну! —Спишь. Три минуты.Чем с Океана —Долго — в Москву-то!

МолниеносныйПуть — запасной:Из своего снаПрыгнула в твой.

Снюсь тебе. Четко?Глядко? Почище,Чем за решеткойШтемпельной? Писчей —

Стóю? Почтовой —Стóю? Красно?Честное словоЯ, не письмо!

Вольной цензурыНрав. Прыгом с барки!Чтó без цензуры —Даже без марки!

Всех объегоря,— Скоропись сна! —Вот тебе с моря —Вместо письма!

Вместо депеши.Вес? Да помилуй!Столько не вешуВся — даже с лирой

Всей, с сердцем Ченчи,Всех, с целым там.Сон, это меньшеДесяти грамм.

Каждому пó три —Шесть (сон взаимный).Видь, пока смотришь:Не анонимный

Нос, твердозначенЛоб, буква букв —Ять, ять без сдачиВ подписи губ.

Я — без описки,Я — без помарки.Роз бы альпийскихГордость, да хибарка

Нá море, да ноВолны добры.Вот с Океана,Горстка игры.

Мало-помалу бери, как собран.Море играло. Играть — быть добрым.Море играло, а я брала,Море теряло, а я клала

За ворот, за щеку, — терпко, мóрско!Рот лучше ящика, если горстиЗаняты. Валу, звучи, хвала!Муза теряла, волна брала.

Крабьи кораллы, читай: скорлупы.Море играло, играть — быть глупым.Думать — седая прядь! —Умным. Давай играть!

В рáкушки. Темп up petit navir’a.[38]Эта вот — сердцем, а эта — лирой,

Эта, обзор трех куч,Детства скрипичный ключ.Подобрала у рыбацкой лодки.Это — голодной тоски обглодки:

Камень — тебя щажу, —Лучше волны гложу,

Осатанев на пустынном спуске.Это? — какой-то любви окуски:

Восстановить не тщусь:Так неглубок надкус.

Так и летит не внесенный в списки.Это — уже не любви — огрызки:

Совести. Чем слезуЛить-то — ее грызу,

Не угрызомую ни на столько.Это — да нашей игры осколки

Завтрашние. Не видь.Жаль ведь. Давай делить.

Не что понравится, а что выну.(К нам на кровать твоего бы сынаТретьим — нельзя ль в игру?)Первая — я беру.

Только песок, между пальцев, ливкий.Стой-ка: какой-то строфы отрывки:«Славы подземный храм».Ладно. Допишешь сам.

Только пecoк, между пальцев, плёский.Стой-ка: гремучей змеи обноски,Ревности! Обновясь,Гордостью назвалась.

И поползла себе с полным правом.Не напостовцы — стоять над крабомВыеденным. Не краб:Славы кирпичный крап.

Скромная прихоть:Камушек. Пемза.Полый как критик.Серый как цензор

Над откровеньем.— Спят цензора! —Нашей поэмеЦензор — заря.

(Зори — те зорче:С током КастальскимВ дружбе. На порчуПерьев — сквозь пальцы…

(«Вирши, голубчик?Ну и чернó!»И не взглянувши:Разрешено!)

Мельня ты мельня, морское кóло!Мамонта, бабочку, — всё смололоМоре. О нем — щепотьПраха — не нам молоть!

Вот только выговорюсь — и тихо,Море! прекрасная мельничиха,Место, где на мелиМелочь — и нас смели!

Преподаватели! Пустомели!Материки, это просто мелиМоря. Родиться (цель —Множиться!) — сесть на мель.

Благоприятную, с торфом, с нефтью.Обмелевающее бессмертье —Жизнь. Невпопад горды!Жизнь? Недохват воды

Недокеанской.  Винюсь заране:Я нанесла тебе столько дряни,Столько заморских див:Всё, что нанес прилив.

Лишь оставляет, а брать не просит.Странно, что это — отлив приносит,Убыль, в ладонь, дает.Не узнаешь ли нот,

Нам остающихся пó две, пó триВ час, когда Бог их принесший — отлил,Отбыл… Орфей… Арфист…Отмель — наш нотный лист!

— Только минуту еще на сборы!Я нанесла тебе столько вздору:Сколько язык смолол, —Целый морской подол!

Как у рыбачки, моей соседки.Но припасла тебе напоследкиДар, на котором строй:Море роднит с Москвой,

Советороссию с ОкеаномРеспубликанцу — рукой шуана —Сам Океан-ВеликШлет. Нацепи на шлык.

И доложи мужикам в колосьях,Что на шлыке своем краше носятКрасной — не верь: враждуКлассов — морей звезду!

Мастеровым же и чужеземцам:Коли отстали от Вифлеемской,Клин отхватив шестой,Обречены — морской:

Прабогатырской, первобылинной.(Распространяюсь, но так же длинноМоре — морским пластам.)Так доложи ж властям,

— Имени-звания не спросила —Что на корме корабля РоссияВесь корабельный крах:Вещь о пяти концах.

Голые скалы, слоновьи ребра…Море устало, устать — быть добрым.Вечность, махни веслом!Влечь нас. Давай уснем.

Вплоть, а не тесно,Огнь, а не дымно.Ведь не совместныйСон, а взаимный:

В Боге, друг в друге.Нос, думал? Мыс!Брови? Нет, дуги,Выходы из —

Зримости.

Вандея, St. Gilles-sur-Vie.

Mай 1926

Попытка комнаты

Стены косности сочтеныДо меня. Но — заскок? случайность? —Я запомнила три стены.За четвертую не ручаюсь.

Кто те знает, спиной к стене?Может быть, но ведь может не

Быть. И не было. Дуло. НоНе стена за спиной — так..? Всё, чтоНе угодно. Депеша «Дно»,Царь отрекся. Не только с почты

Вести. Срочные проводаОтовсюду и отвсегда.

На рояле играл? Сквозит.Дует. Парусом ходит. Ватой —Пальцы. Лист сонатинный взвит.(Не забудь, что тебе — девятый.)

Для невиданной той стеныЗнаю имя: стена спины

За роялем. Еще — столомПисьменным, а еще — приборомБритвенным (у стены — прием —Этой — делаться коридором

В зеркале. Перенес — взглянул.Пустоты переносный стул).

Стул для всех, кому не войти —Дверью, — чуток порог к подошвам!Та стена, из которой тыВырос — поторопилась с прошлым —

Между нами еще абзацЦелый. Вырастешь как Данзас —

Сзади.  Ибо Данзасом — тa,Званым, избранным, с часом, с весом,(Знаю имя: стена хребта!)Входит в комнату — не Дантесом.

Оборот головы. — Готов?Ты и ты через десять строф.

Строк.  Глазная атака в тыл.Но, оставив разряд заспинный,Потолок достоверно — был.Не упорствую: как в гостиной,

Может быть и чуть-чуть косил.(Штыковая атака в тыл —Сил.)  И вот уже мозжечкаСжим. Как глыба спина расселась.Та сплошная стена Чека,Та — рассветов, ну та — расстрелов

Светлых: четче, чем на тениЖестов — в спину из-за спины.

То, чего не пойму: расстрел.Но, оставив разряд застенный,Потолок достоверно целБыл (еще впереди — зачем нам

Он). К четвертой стене вернусь:Та, куда, отступая, трусОступается.  «Ну, а пол —Был? На чем-нибудь да ведь надо ж?..»Был. — Не всéм. — На качель, на ствол,На коня, на канат, на шабаш, —

Выше!..  Всем нам на «тем светý»С пустотою сращать пятуТяготенную.  Пол — для ног.— Как внедрен человек, как вкраплен! —Чтоб не капало — потолок.Помнишь, старая казнь — по капле

В час? Трава не росла бы в дом —Пол, земля не вошла бы в дом —

Всеми — теми — кому и колНе препятствие ночью майской!Три стены, потолок и пол.Всё, как будто? Теперь — являйся!

Оповестит ли ставнею?Комната нáспех составлена,Белесоватым пó серу —В черновике набросана.

Не штукатур, не кровельщик —Сон. На путях беспроволочныхСтраж. В пропастях под векамиНекий нашедший некую.

Не поставщик, не мебельщик —Сон, поголее ревельскойОтмели. Пол без блёсткости.Комната? Просто — плоскости.

Дебаркадер приветливей!Нечто из геометрии,Бездны в картонном томике,Поздно, но пóлно, понятой.

А фаэтонов тормоз-то —Стол? Да ведь локтем кормитсяСтол. Разлоктись по склонности,Будет и стол — настольности.

Так же, как деток — аисты:Будет нужда — и явитсяВещь. Не пекись за три версты!Стул вместе с гостем вырастет.

Все вырастет,Не ладь, не строй.Под вывескойСказать — какой?

ВзаимностиЛесная глушьГостиницаСвиданье Душ.

Дом встречи. Все — разлуки —Те, хоть южным на юг!Прислуживают — руки?Нет, то, что тише рук,

И легче рук, и чищеРук. Подновленный хламС услугами? Тощища,Оставленная там!

Да, здесь мы недотроги,И вправе. Рук — гонцы,Рук — мысли, рук — итоги,Рук — самые концы…

Без судорожных «где ж ты?».Жду. С тишиной в родстве,Прислуживают — жестыВ Психеином дворце.

Только ветер поэту дорог!В чем уверена — в коридорах.

Прохожденье — вот армий база.Дóлжно долго идти, чтоб сразу

Середь комнаты, с видом бога —Лиродержца…  — Стиха дорога!

Ветер, ветер, над лбом — как стягомПодымаемый нашим шагом!

Водворенное «и так дале» —Коридоры: домашнесть дали.

С грачьим профилем иноверкиТихой скоростью даль, по мерке

Детских ног, в дождеватом пруфеРифмы милые: грифель — туфель —

Кафель… в павлиноватом шлейфеГде-то башня, зовется Эйфель.

Как река для ребенка — галька,Дали — долька, не даль — а далька,

В детской памяти, струнной, донной —Даль с ручным багажом, даль — бонной…

Не сболтнувшая нам (даль в модах)Что там тащится на подводах…

Доведенная до пенала…Коридоры: домов каналы.

Свадьбы, судьбы, событья, сроки, —Коридоры: домов притоки.

В пять утра, с письмецом подметным,Коридором не только метлы

Ходят. Тмином разит и дерном.Род Занятия? Ко — ри — дорный.

Тó лишь требуя, что смолола —Коридорами — Карманьола!

Кто коридоры строил(Рыл), знал куда загнуть,Чтобы дать время кровиЗá угол завернуть

Сéрдца — за тот за острыйУгол — громов магнит!Чтобы сердечный островСо всех сторон омыт

Был. Коридор сей созданМной — не проси ясней! —Чтобы дать время мозгуОповестить по всей

Линии — от «посадкиНету» до узловойСердца: «Идет! Бросаться —Жмурься! А нет — долой

С рельс!» Коридор сей созданМной (не поэт — спроста!),Чтобы дать время мозгуРаспределить места,

Ибо свиданье — местность,Роспись — подсчет — чертеж —Слов, не всегда уместных,Жестов, погрешных сплошь.

Чтобы любовь в порядке —Вся, чтоб тебе люба —Вся, до последней складки —Губ или платья! Лба.

Платье всé оправлять умели!Коридоры: домов туннели.

Точно старец, ведомый дщерью —Коридоры: домов ущелья.

Друг, гляди! Как в письме, как в сне том —Это я на тебя просветом!

В первом сне, когда веки спустишь —Это я на тебя предчувствьем

Света. В крайнюю точку срокаЭто я — световое око.

А потом?Сон есть: в тон.Был — подъем,Бал — наклон

Лба — и лба.Твой — впередЛоб. ГрубаРифма: рот.

Оттого ль, что не стало стен —Потолок достоверно крен

Дал. Лишь звательный цвел падéжВ ртах А пол — достоверно брешь.

А сквозь брешь, зелена как Нил…Потолок достоверно плыл.

Пол же — что, кроме «провались!» —Полу? Что нам до половицСорных? Мало мела? — Горé!Весь поэт на одном тире

Держится…  Над ничем двух телПотолок достоверно пел —

Всеми ангелами.

St. Gilles-sur-Vie,