Тень тела кучера - Петер Вайсс

мешок содержал уголь. От упавшего на пол мешка кучера возник такой же звук, кроме того я собственными глазами, поскольку последовал за кучером, мог убедиться, что из мешков в огороженный досками закут посыпался именно уголь. Батрак повернулся, складывая пустой мешок, к двери подвала, подошел к двери подвала и вышел за дверь, поднялся по лестнице и пересек двор, прошел мимо лестницы кухни, а кучер, также складывая мешок, последовал за батраком; снаружи были слышны голоса и шаги, которые указывали на то, что хозяйка и постояльцы вернулись в дом. Снова появился батрак с полным мешком на спине, мешком, который он вытряхнул в огороженный досками закут и который, сложив, отнес назад, встретив при этом кучера, который также снова нес на спине новый мешок, новый полный мешок, который он, как и батрак, опорожнил, сложил и отнес назад, встретив при этом батрака, который снова нес на спине полный мешок, полный мешок, который также был опорожнен, сложен и отнесен назад, при этом снова появился кучер с мешком на спине, мешком, содержимое которого было вытряхнуто на кучу угля в отгороженном досками закуте, мешком, который также был сложен и отнесен назад, как и мешок батрака, с которым тот появился снова, и, как и следующий мешок кучера и следующий мешок батрака, и все следующие мешки, счет которым я потерял. Чего я ввиду значительного числа мешков и объема возникшей кучи угля не понимал, было то, как все эти полные угля мешки поместились в, на первый взгляд, не полностью загруженной карете, и после того как я несколько раз для сравнения объемов пространства прошел от кареты до кучи угля в подвале и обратно, это стало мне лишь ещё непонятнее. Возможно, мешки были водружены и на крышу кареты, однако кучер, которого я об этом спросил, отрицал это; причин врать мне у него не было; кроме того, это совершенно точно бросилось бы мне в глаза по прибытии кареты и, в этом случае, с грузом из мешков за ним, силуэт кучера не мог бы вырисовываться над каретой с той отчетливостью, какую я отметил по мере приближения кареты. Во время приема пищи, когда кучер занял свободное место слева от меня, я вновь обратился к нему с вопросом: не считаете ли вы, кучер, что возникшая в подвале куча угля куда больше, чем внутреннее пространство кареты, и как вы себе это объясняете; на что он, не отрывая взгляда от основательно нагруженной картофелем и брюквой ложки, ответил: просто обман зрения. Неудовлетворенный его ответом, я повернулся к батраку и спросил его: не обратили ли вы, батрак, внимания на то, что количество угля в подвале больше, чем могло бы поместиться внутри кареты; на что он, перемалывая во рту картофель и брюкву, ответил: в мешках плотнее, в куче свободнее, неудивительно. Но и это, несмотря даже на то, что и слова кучера, и слова батрака содержали в себе нечто, что могло соответствовать правде, не показалось мне достаточным объяснением; и сегодня, три дня и три ночи спустя, я все еще не нашел объяснения для непропорционально большого различия между объемом пространства, которое мог занимать уголь в карете, и размером помещения, которое занимал уголь в подвале. Тяжело борясь с усталостью и с желанием отложить карандаш прекратить эти заметки, я думаю об отстоящем на три дня и три ночи назад вечере и продолжаю описание воспоминания, наступает уже четвертая ночь после того, как был закончен тот ужин и я оставил собравшихся в сенях гостей, четвертая ночь после вечера, когда кучер, после того как мы разошлись из сеней по комнатам, последовал за хозяйкой, относившей стаканы из-под кофе в кухню и ставившей их в мойку, в кухню и остался там с ней, что я, высунувшись из окна и вдыхая ночной воздух, понял по падавшим из окна кухни на двор теням. Они отбрасывали тени из-за источника света посреди кухни, как я рассчитал, это могла быть подвесная регулируемая по высоте люстра, и, учитывая расположение теней, она была опущена, вероятно, для лучшего освещения пола, который собиралась вымыть хозяйка, примерно до уровня груди; так что я отчетливо видел над тенью подоконника тень кофейника, а в стороне, примерно на том же месте, на котором сидела во время приема пищи хозяйка, склонялась над столом тень хозяйки с вытянутой рукой, которая бралась за тень кофейника. Выступив из глубины кухни, рядом с тенью хозяйки и над тенью края стола, которая находилась на одном уровне с тенью подоконника, легла тень кучера; тень его рук протянулась до тени руки хозяйки и слилась с нею, тень другой руки хозяйки также протянулась к сгустку теней рук, после чего тень тела хозяйки приблизилась к тени тела кучера и слилась с нею. Из бесформенных очертаний плотных теней тел поднималась тень поднятой руки хозяйки, которая держала кофейник. Тень кофейника качалась из стороны в сторону, тени тел также покачивались из стороны в сторону, иногда над сгустком теней тел проступали слипшиеся профилями тени голов. После резкого движения тел в сторону тень кофейника отделилась от тени руки и упала; тени тел на несколько секунд разъединились, показалось наклонившееся над столом тело хозяйки с изгибающейся линией груди, выпрямившись, показалась высокая тень кучера, размахивая руками, словно крыльями, сбрасывая с себя массив тени пальто. После того, как тень пальто соскользнула с тени тела кучера, тень тела кучера вновь бросилась вперед и тень тела хозяйки метнулась ей навстречу, при этом тени рук хозяйки проникли в тень тела кучера, вышли за ее пределы и объяли ее, а тени рук кучера ввинтились в тень тела хозяйки и объяли ее. Рвущими, дергающими движениями тени тел придвинулись к середине тени подоконника и края стола; тени согнутых в коленях ног спиной лежащей на столе хозяйки выступали над ползущей вперед тенью кучера, а тень стоящего на коленях кучера поднималась над тенью живота хозяйки. Тени рук кучера проникли в тень юбки хозяйки, тень юбки соскользнула и тень нижней части тела кучера зарылась в тень оголившихся бедер хозяйки. Тень руки кучера согнулась к тени нижней части его тела и вытащила продолговатую тень, которая по форме и положению соответствовала его половому инструменту; эту воспрявшую тень, когда тени ног хозяйки легли высоко на тени плеч кучера, он вставил в тяжелую, упругую тень нижней части тела хозяйки. Тень нижней части тела кучера начала опускаться и подниматься в нарастающем ритме над танцующей тенью тела хозяйки, тогда как