Самый жаркий день лета - Киа Абдулла

Можете рассказать своими словами, что вы делали вчера утром?

— Мы не поедем для этого в участок? — уточнил Эндрю.

Шепард отметил про себя этот вопрос с интересом. Обычно родители всячески уклоняются от беседы в полицейском участке, а Андерсон будто вызывается добровольно.

— На данном этане мы просто пытаемся собрать воедино цепь событий. Если понадобится детализировать ситуацию, я. возможно, попрошу вас о визите.

— Ясно. — Эндрю задумчиво разгладил складку на рубашке. — Ну что ж. Меня срочно вызвали на работу из-за аварии. У меня не оставалось времени, чтобы завезти Макса в детский сад, а Ясмин уже уехала на работу, поэтому пришлось позвонить Лейле, сестре жены, и попросить о помощи. Детский сад находится по пути к ее офису, и я решил, что она не откажет.

— Давайте-ка поподробнее. — Шепард положил на стол свою внушительную записную книжку и открыл страницу с графиком. — Вас вызвали на работу. Могу я поинтересоваться, кто вам позвонил?

— Мне не звонили. Автоматический сигнал тревоги приходит мне на телефон.

— Откуда?

— Из нашей серверной. Если какая-то часть сервера падает, мне на телефон приходит эсэмэска.

— Так это текст, а не звонок?

Эндрю повертел в руках кружку.

— Ну да. Мы в шутку называем его повесткой.

— Можно посмотреть, как это выглядит?

Эндрю поколебался.

— Да, наверное… — Он вынул из кармана телефон, нашел нужное сообщение и протянул аппарат Шепарду: — Вот.

Детектив поглядел на экран — больше для серьезности, чем для знакомства с текстом. Записал в свой блокнот: «7:54».

— И что произойдет, если вы проигнорируете вызов?

— Меня мигом выпрут. — Эндрю заметил удивление в глазах гостя. — Я понимаю, звучит грубо, но это правда. Каждый час поломки сервера обходится нашим клиентам в сумму порядка двадцати тысяч фунтов. — Он пустился в объяснения механизма работы сервера. Говорил Эндрю легко, прекрасно ориентируясь в своей профессиональной области.

— Хорошо. Что вы сделали после того, как получили повестку?

Эндрю поерзал на стуле.

— Ну, я слегка запаниковал. Двадцать минут на дорогу до детского сада, двадцать минут до серверной, итого — тринадцать тысяч фунтов, только чтобы сдать сына воспитателям.

Шепард поднял бровь:

— С такой стороны я об этом не думал.

— При моей специальности учишься считать, да. — Эндрю картинно повесил голову. — Иногда забываешь о важных вещах.

Полицейский дал собеседнику несколько секунд, прежде чем продолжить:

— Макс спал, когда вы сажали его в машину?

— Да.

Шепард занес ручку над тетрадью, стараясь как можно точнее сформулировать вопрос.

— А для него нормально спать в такое время?

— Да шут его знает, — ответил Эндрю. — После трех лет никакого «нормально» не остается, привычки меняются каждый день.

Шепард сдержанно улыбнулся.

— Лейла выглядела взвинченной, как человек, который спешит?

— Нет.

— Она не злилась на вас за неожиданную просьбу в последний момент?

— Нет. Ей обычно только в радость помогать нам.

— Можете описать ее поведение в то утро?

Эндрю задумался.

— Она выглядела как обычно. Никакой спешки, никакой тревоги. Как всегда.

— Хорошо, вы передали ребенка Лейле и отправились на работу. Когда вы поняли, что Макса нет в детском саду?

Эндрю заглянул за подсказкой в телефон.

— В районе половины двенадцатого, когда проверил голосовые сообщения. Я запускал трассировку на сервере, это долгий процесс, и у меня как раз появилась передышка.

Детектив сделал пометку в записной книжке.

— И что говорилось в сообщении?

— Звонила Джина, администратор детского сада. Она сказала, что Макса сегодня не привезли, и спрашивала, что случилось. Я запаниковал и позвонил Лейле.

Шепард изобразил удивление.

— Вы запаниковали уже тогда? Вы недостаточно доверяете свояченице?

— Да любой родитель запаникует, если ему сообщат нечто подобное.

Шепард смотрел в глаза собеседнику, готовясь к следующему, очень неудобному вопросу:

— У Лейлы могли быть причины навредить вашему сыну?

Эндрю округлил глаза.

— Н-нет. Лейла любила Макса. Это все… — Он тряхнул головой, сдерживая эмоции, и прокашлялся. — Это все трагическая ошибка.

Шепард помолчал, изучая свои заметки. Нужно было дать собеседнику время взять себя в руки.

— Можем мы немного вернуться назад в вашем повествовании? Насколько я понял, вы проверили голосовые сообщения в районе половины двенадцатого. У вас не было нужды проверить раньше, что Макс благополучно добрался до детского сада?

Эндрю непонимающе глядел на него, приоткрыв рот.

— Я… ну, сын же был с Лейлой. С чего бы мне беспокоиться?

— А как насчет вашей жены? Администратор и ей позвонила?

— Обычно они звонят только одному из родителей. Я первый в списке — фамилия Андерсон идет раньше, чем Саид, — поэтому чаще всего звонят мне.

— А ваша жена не спрашивала у вас на протяжении рабочего дня, все ли с Максом в порядке?

Эндрю сердито нахмурился.

— А многие родители во время рабочего дня интересуются, что происходит с ребенком?

Шепард кивнул и мягко ответил:

— Хорошо, я понял. — После короткого молчания детектив посмотрел на часы. — Можно поговорить с вашей супругой?

Эндрю сморщился.

— Мне кажется, ей лучше отдохнуть, если вы не возражаете.

Шепард скорчил сочувственную мину, отработанную годами работы в уголовном департаменте.

— Я понимаю, что ваша супруга сейчас в крайне уязвимом положении, и могу вернуться, когда ей будет удобнее, — заметил он и сделал паузу, дожидаясь реакции Эндрю. — Но если она все-таки может ответить на пару вопросов, это значительно ускорит ход расследования. Как-никак, мисс Саид знает свою сестру лучше всех остальных.

Эндрю согласно кивнул, и детектив понял, что оборона прорвана.

— Я спрошу у нее, — ответил Эндрю.

Кристофер проводил его взглядом. Эндрю Андерсон явно оберегает жену. Может ли статься, что она — одна или вместе с мужем — что-то сделала с Максом и решила повесить ответственность на сестру? Притянутое за уши предположение, но Шепарду доводилось встречать вещи и похуже. Он сделал заметку в дневнике: просмотреть отчет патологоанатома. Вдруг там попадутся какие-то несуразности, вроде странных симптомов или несовпадающего времени смерти.

Он посидел, прислушиваясь, потом встал и осмотрелся в кухне. Книжная полка была заставлена кулинарными сборниками. Судя по всему, супруги — фанаты Рика Стайна[2]. Заложенный кирпичами камин служил красивой полкой, заваленной безделушками: китайский фарфоровый чайник, здоровенный пивной стакан, винтажный вечный календарь из сияющей меди. Ряд фотографий в рамках: вот юная Ясмин игриво глядит через плечо, разбросав по плечам длинные блестящие волны волос. Могла ли такая девушка убить своего ребенка? В ответ на собственный вопрос Шепард тяжко вздохнул.

— Детектив? — Ясмин стояла в дверном проеме. На ней были черные легинсы и огромная серая футболка с надписью «Императорский колледж Лондона», которая доставала ей почти до колен.

Шепард тепло улыбнулся.

— Ваша альма-матер?

Она поглядела на свою футболку.

— Нет. — Ясмин показала рукой на стоящего