Записки продавца - Николай Валентинович Куценко

вида. Я согласился, так как выбора у нас не было. Мне вручили некий листок с названиями каких-то мест в Бельгии, которые мы якобы хотим посетить, – на случай если будут проверять из посольства. Бумагу я сразу же выкинул, так как до этого мне никто и никогда не звонил из посольств… Мы подали документы на визу.

Через несколько дней в моем кабинете раздался звонок. Молодая девушка на ломаном русском стала задавать вопросы:

– Николай, скажите, пожалуйста, а зачем вы и ваши коллеги хотят посетит Бельгию?

– Потому что…потому что…это замечательная страна! – побледнев, ответил я.

– И что же в ней такого замечательного?

– Да все, в общем-то, замечательно. Абсолютно все. Люди. Погода. Ну, эти… достопримечательности, тоже, замечательные, – промямлил я.

– А какой именно достопримечательность? – сухо спросила она.

Я тут же полез в корзину для мусора, пытаясь отыскать выброшенный пару дней назад листок, горячо моля небо, чтоб уборщица ни с того ни сего не проявила не присущего ей рвения… Случилось чудо: скомканный и невесть чем запачканный листок томился на самом дне. Быстренько его разгладив, я стал зачитывать, что смог разобрать.

– Надо же, а вы и впрямь знаком с достопримечательности нашей страны, – без иронии заметила девушка из посольства.

– Да еще как! Я давно мечтаю в Бельгию поехать и друзья мои тоже… мечтают.

– А почему же все-таки в Бельгию, а не в другую европейский стран? В Голландию, пример?

– Потому что, все они хуже Бельгии, и Голландия тоже…хуже.

– В каком смысле хуже? – удивилась она.

– Во всех смыслах – хуже.

– Вы и правда так считает? – голос юной бельгийки задрожал.

– Я в том уверен! – припечатал я.

– На следующий день нам выдали визы. Но даже это не поколебало нашей уверенности, что ловить нам в Академии нечего.

По этой причине прямо в самолете мы начали отмечать наш провал. Пили какой-то европейский коньяк, довольно хороший и дешевый, из пластиковых бутылок. Юного продавца Костика к концу полета сильно развезло, и он с трудом держался на ногах. Первые проблемы с ним возникли уже на паспортном контроле. Бельгийские служащие не понимали, что с ним происходит и почему он не может говорить. Нам с Ашотом с трудом удалось их убедить в том, что наш коллега сложно переносит полеты и его все время тошнит, – а это, впрочем, было правдой. В общем, кое-как прорвались.

В Бельгии мы сразу сели на поезд до Амстердама, в отдельное купе. И откупорили бельгийское пиво, купленное на вокзале. К нашему удивлению, Костик встрепенулся и резво схватил бутылку. Мы с Ашотом переглянулись, но решили его не останавливать. За первой последовали и другие…

Вокзал в Амстердаме оказался очень многолюдным и шумным, несмотря на то, что приехали мы около полуночи. Нас несла толпа людей, но мы следовали намеченному курсу и пытались найти свой выход. Вдруг мы заметили, что с нами нет Костика, и в ужасе рванули назад.

Костик лежал на платформе в окружении нескольких бельгийцев. Один из них мерил ему пульс, другой – вызывал скорую помощь. В нескольких метрах разгуливал отряд полицейских. Ситуация была крайне опасная, и мы с Ашотом, не раздумывая, растолкали добрых самаритян, схватили Костика под руки и выволокли из толпы. Бельгийцы нам что-то кричали вслед, но мы, не оглядываясь, на всех парах неслись в направлении нашего отеля.

– Вашему другу надо в больницу, он не может ходить. Что с ним произошло? – заявили нам на ресепшен.

– Все нормально, он всегда так полеты переносит, у него слабый… этот… как там его – вестибулярный аппарат, – нашелся я.

– А нам кажется, что он просто сильно пьян, – уже с агрессией в голосе продолжали бельгийцы.

– Он просто устал, выпил немного – это да, но устал очень. В общем, надо его в кровать, а то помрет тут у вас на пороге от усталости. Потом нам всем это разгребать, – припугнул их Ашот.

Это сработало.

– Да что Вы говорите? какой ужас! Давайте его срочно в кровать, – засуетилась дама с ресепшен.

Охрана помогла нам дотащить Костика и его вещи до кровати. Он спал сном младенца.

Если достопримечательности Бельгии я кое-как помнил из записки, то среди голландских навскидку мог вспомнить только улицу Красных Фонарей. Так как наш отель стоял именно на ней, то далеко нам и идти не пришлось. Вот перед сном мы с Ашотом и решили прогуляться – посмотреть местные достопримечательности.

Так как уже было за полночь и глаза слезились от усталости, то все происходящее казалось мне неким сюрреалистическим фильмом, действие в котором происходит в магазине огромных пирожных. Правда, в их роли выступали проститутки разных мастей, цветов и степени изношенности. Какие-то были совсем страшные, какие-то – так себе. Включившись в игру «местный конкурс красоты», мы заметили от силы пару симпатичных. Да и то не тянувших на «корону». Подходить мы к ним побаивались, хотя они активно зазывали нас в свои маленькие красные комнатки.

Вдруг перед нами предстали какие-то грубые, но довольно симпатичные девушки. Что в них было не так, я понять не мог, но что-то явно было… Как выяснилось позже, это были трансвеститы. Они нам подмигивали изо всех сил, но мы ускорили шаг.

Уже заканчивая прогулку, мы вдруг наткнулись на… Антона. О том, что он здесь, никто из нас не знал.

– Привет-привет! Чего не спится? Чего тут шастаете, а не готовитесь к экзаменам? – начал он.

– Да так, решили перед сном пройтись, посмотреть местные достопримечательности.

– А как же подготовка? – ехидно спросил он.

– Идет полным ходом, – отрапортовал Ашот.

– То есть хотите сказать, что готовы?

– Всегда готовы! – Подтвердил я. И добавил тихо, в сторону: – Знать бы только к чему.

– Ну ладно, завтра проверим, – съехидничал Антон и убежал.

А завтра было последним днем перед выступлением, и мы должны были представить свои презентации. Антон решил с утра провести «разбор полетов». И взорвался:

– Значит, все просрали! Презентации не подготовили?! А разглядывать проституток время нашли?..

– Кого разглядывали? – удивился Костик, который проспал всю ночь и был не в курсе.

– Сам знаешь кого, а ты где, кстати, был? – поинтересовался Антон у Костика.

– Мы его в комнате оставили, ну с этими, как их там, в общем, рожи у которых грубые, но симпатичные, – потупился я.

– Они что тебя в комнате оставили с этими…ну как их там? – обомлел Антон, имея в виду трансвеститов.

– Наверно, я не помню, я пьяный был, по-моему, оставили, – ответил Костик, считая, что мы говорим про отель.

– Вот козлы, – опешил Антон, закатив глаза и схватившись за сердце.