Старик - Вера Семенова

внеплановое дежурство и поехал бы в Волково с ними, то они остались бы живы, Мухтар, — бормотал старик, держа в руках семейную фотографию. А в памяти вставала картина: Волковский лес, трупы жены и сына…

В последнее воскресенье июля в тот год семья Красавиных собиралась в Волково. Второй раз за лето все складывалось удачно: дежурств в этот день не было ни у Алены, ни у Петра. Хозяйственная Алена занималась огородом в деревне, как-никак подспорье. Пора было картошку окучивать, да и Ванюшка давно просился на рыбалку. Погода хорошая. Однако вместе поехать не получилось, Петра по телефону срочно вызвали на работу.

Алена повздыхала, да делать нечего. Она отпустила мужа, перекрестив вслед, а сама с Ванюшкой заспешила на рейсовый автобус. К вечеру они не вернулись. Обеспокоенный Петр позвонил Сидориным.

Мертвые тела Алёны и Ванюшки со свернутыми шеями нашли неподалеку от лесной тропинки, ведущей к автобусной остановке на трассе. Рядом валялся пакет с раздавленной красной смородиной.

Глава 12

Восстановить картину убийства было невозможно, свидетелей не было. Но Петру было ясно, что жену и сына поджидали. А главное, его срочный вызов на работу был организован: не обязательно было вызывать на внеплановое дежурство именно его — были другие кандидатуры.

Следствие установило, что первым был убит сын, который, очевидно, бросился на защиту матери. Скорее всего, бандиты хотели напугать родственников Петра с целью оказания на него давления. Но один из исполнителей не рассчитал свои силы и свернул голову мальчишке. Оставлять в живых мать по их понятиям уже было нельзя.

— Зачем мне теперь жить? Как жить? Ты понимаешь, Игнат, только я виноват в том, что случилось. Их нет, нет Аленки и Ванюшки, — кричал Петр, ударяя кулаком в стену, — они погибли! Я обязательно отомщу.

— Петр, ты не один, это наше общее дело, мы найдем убийц, — пытался успокоить друга Игнат Егорович Сидорин, полковник милиции.

— Я не понимаю, Игнат, как они получили такую власть в городе, кто стоит за ними, не может быть, чтобы там наверху ничего не знали!

— Петр, я прошу тебя: не руби с плеча, не наделай ошибок, действуй только в рамках закона.

— Какого закона? А он действует для них? Ты сам-то, Игнат, понимаешь, что говоришь сейчас? С такими надо бороться только их методами, а не иначе!

Петру было теперь все равно, что будет с ним дальше. Он не просто чувствовал, но понимал, что убийцы останутся безнаказанными. Не сказав ничего Игнату, действовал быстро и решительно. За две недели через своих осведомителей он вышел на убийц жены и сына.

Даже по прошествии десятков лет по ночам ему по-прежнему снился взгляд стеклянных глаз молодого качка с квадратной головой, который встал перед ним на колени и умолял не убивать его.

— Я не хотел! — кричал качок. — Я случайно! Он сам набросился на меня!

Петр лишил его жизни одним движением — так же, как тот поступил с его сыном.

Его напарник был на голову выше и только успел сплюнуть через плечо, когда Петр наставил на него пистолет и выстрелил.

— Неужели у них есть матери? Как такие родятся на свет? — крутились вопросы в голове Петра. — Как из маленького крошки вырастает такое чудовище, которым движут только инстинкты?

Когда все было кончено, Петр вернулся в пустую квартиру. Он знал, что за ним придут, не отвечал на телефонные звонки, а только пил и ждал. Лежал на грязном полу, а кругом валялись пустые бутылки из-под водки и пива.

Он смог отомстить за убийство жены и сына. Больше не было никакого смысла жить. Никого нет. Остались только сестра и друг детства. Но это не те люди, которые смогут заполнить гнетущую пустоту в его душе и заглушить то отчаяние, которое овладело им полностью и бесповоротно.

Он не сможет без них — без жены и сына. Никогда больше не посмотрит в счастливые глаза Алены и не обнимет ее. Никогда не услышит смех Ванюшки, которому недавно исполнилось 15 лет. Сын стал совсем большим, собирался стать медиком, как мама.

В один день жизнь обрушилась, потому что самых дорогих для него людей больше нет. Зачем жить? Как жить? Он не задавал себе эти вопросы пока, его душа была полна чувства мести, а просто действовал. Теперь ему было все равно. Он знал, что будет делать дальше. На полу валялся табельный пистолет.

Кто-то уже минут десять настойчиво трезвонил в дверной звонок. Надо успеть сделать то, что решил… Раздался треск выбиваемой двери.

Перед Петром предстал Игнат с двумя оперативниками из его отдела. В течение суток они не могли до него дозвониться. Вчера он появился в отделении, дал всем задание, больше его не видели. А когда были найдены тела двух сподручных Кудряша, оперативники связались немедленно с Игнатом. Тот все понял. Время пошло. Надо было сделать так, чтобы снять вину с друга. Игнат все понимал, поэтому решился действовать, пока информация об этом не дошла до верхов, до кукловода, который был ему неизвестен.

Петр срочно нуждался в госпитализации, что немедленно было сделано. В дальнейшем следствие определило гибель подручных Кудряша в результате личной разборки: два бандита боялись наказания за криминальный исход порученного дела. Надо было напугать семью Красавина, а не убивать.

На табельном пистолете Петра, из которого был сделан один выстрел, были обнаружены пальцы качка, убившего Ванюшку. По материалам следствия выходило, что качок и его напарник фактически погибли одновременно: в тот момент, когда напарник свертывал шею качку, тот выстрелил из табельного оружия Петра. Петр дал показания, что оружие потерял, так как был в состоянии алкогольного опьянения. Впервые он изменил своему главному принципу в работе и запятнал честь мундира, но был ли другой выход…

Петр Красавин был отстранен от занимаемой должности, чего и добивалось его начальство, и переведен из начальников оперативно-разыскного отдела УГРО Красноперекопского района в оперативники. Но он сам уволился из органов МВД, так как не мог больше работать.

— Не имею права, — говорил он Игнату.

В течение пяти лет Игнат пытался вывести Петра из того мучительного состояния, в