Антон Чехов - Том 5. Рассказы, юморески 1886

Рассказ «Сестра» свидетельствует о том, что в 1886 г. Чехов активно интересовался философскими работами Толстого и включился в литературную полемику, следы которой сохранились и у других писателей того времени. Так, в «Сказании о гордом Аггее» В. М. Гаршина изображен жестокий правитель страны Аггей, перевоспитанный не проповедью религиозной морали, а только путем наказания («Русская мысль», 1886, № 4). В. Г. Короленко в «Сказании о Флоре-римлянине» оправдывал насилие в борьбе со злом: «Сила руки — зло, когда она подъемлется для грабежа и обиды слабейшего, когда же она подъята для труда и защиты ближнего — она добро» («Северный вестник», 1886, № 10, стр. 15).

Подводя итог полемике вокруг сочинений Толстого, Л. Е. Оболенский отмечал дурной, необъективный тон многих газет и журналов: «Почти всё лето эта пресса бичевала Толстого на все лады и всякими способами, начиная с высокомерной иронии и кончая просто неприличной бранью и залезанием в дела семейные, личные и денежные…» (Л. Оболенский. Русская мыслебоязнь и критики Толстого. — «Русское богатство», 1886, № 8, стр. 120).

Н. С. Лесков в статье «О рожне. Увет сынам противления» давал общую характеристику тогдашним критикам Толстого: «Есть хвалители, есть порицатели, но совестливых и толковых судей нет» («Новое время», 1886, № 3838, 4 ноября).

Того же мнения был и Чехов, который в начале января 1887 г. в споре с А. Д. Курепиным «доказывал, что нужно хорошенько разобраться в толст<овской> теор<ии> сопр<отивления> злу, а пока нельзя честно говорить ни за ни против» (письмо А. С. Лазарева-Грузинского к Н. М. Ежову от 2–3 января 1887 г. — ЦГАЛИ, ф. 189, оп. 1, ед. хр. 19, л. 165 об.).

Рассказ Чехова «Сестра», появившийся в «Новом времени» вскоре после статьи Лескова, явно полемичен. Образ героя рассказа — критика Лядовского вызывает ряд ассоциаций с фигурами А. М. Скабичевского, Н. К. Михайловского и фельетониста В. К. Стукалича, особенно резко нападавших на Толстого.

Как и Скабичевский в газете «Новости и биржевая газета», Лядовский «вел в газете еженедельный критический фельетон». С 15 января 1886 г. в «Русском курьере» Стукалич начал серию «Очерков современной литературы», отличавшихся самоуверенным тоном и риторическим пафосом: «Борьба за правду и право — вот девиз человека, выступившего на общественную арену»; «Неужели думают добиться истины, не говорим уже правды, устранив вдохновение, воодушевление высшими идеалами человечества!» («Русский курьер», 1886, № 14, 15 января; см. также № 29, 30 января — подпись-псевдоним: Веневич).

Тон и смысл этих статей, их пафос и стилистические штампы проступают в фельетонах и речи чеховского героя — Лядовского.

Рассуждения Лядовского в «Сестре» о непротивлении, как о «чепухе и белиберде», «темной, туманной теории», его слова: «Мы будем носиться в туманном поднебесье, а человечество пусть страдает, коснеет в рабстве, невежестве!» — соответствуют некоторым оценкам непротивления в статьях Скабичевского, а главное, их общему тону. Скабичевский утверждал, что во всей системе взглядов Толстого «мы видим много темного, невыясненного, противоречивого» («Новости и биржевая газета», 1885, № 126, 9 мая), что с идеалами Толстого человечество будет вечно «топтаться на одном месте» («Новости и биржевая газета», 1886, № 264, 25 сентября).

В характеристике метода и стиля фельетона Лядовского есть нечто общее с оценкой, данной Л. Е. Оболенским статьям Михайловского о Толстом в «Северном вестнике» (см. «Русское богатство», 1886, № 8, стр. 129–130).

Рассказ Чехова не прошел незамеченным для защитников Толстого. Оболенский вскоре опубликовал статью, в которой Чехов как истинный художник жизни был противопоставлен романтику Короленко, не в пользу последнего («Русское богатство», 1886, № 12, стр. 166–185).

А. С. Лазарев-Грузинский впоследствии вспоминал, как «в очень тесном кружке заговорили об этой статье». Чехов объяснил одному из присутствовавших позицию Оболенского: «Ведь почему Оболенский меня хвалит, а Короленко бранит? Ведь на это же есть причина!

— Какая?

— Оболенский — страстный поклонник Толстого. Я недавно напечатал в „Новом времени“ „толстовский“ рассказ, а Короленко написал кое-что против „толстовства“ — вот и попал в немилость. Ведь это же ясно! Я так на это и смотрю!» («Русская правда», 1904, № 99, 11 июля).

Критика при жизни Чехова почти не заметила рассказ.

Г. П. Задера обратил внимание на образ Веры Семеновны: «В рассказе „Хорошие люди“ мы в первый и единственный раз встречаемся с врачом-женщиной». Но Задера выражал сомнение в успехе ее работы, так как она не имела «ни малейшего призвания к медицине» (см. «Нива. Ежемесячные литературные и популярно-научные приложения». СПб., 1903, № 10, стлб. 321).

А. С. Лазарев-Грузинский в письме к Н. М. Ежову от 1–2 декабря 1886 г. так отозвался о рассказе: «Сегодня просмотрел (утром) последн<ий> расск<аз> Чехонте в „Нов<ом> вр<емени>“ — „Сестра“. Растянут и скучен, хотя не лишен „немножко“ оригинальности» (ЦГАЛИ, ф. 189, оп. 1, ед. хр. 19, л. 147).

Стр. 414. В каждую университетскую годовщину, в Татьянин день… — 12 января ст. ст. 1755 г. был учрежден Московский университет. Этот же день, который стал отмечаться как студенческий праздник, — и день «мученицы» Татьяны, пострадавшей при имп. Александре Севере и причисленной церковью к лику святых.

…подтягивал не в тон «Gaudeamus»… — «Gaudeamus igitur» («Возрадуемся, друзья») — старинная студенческая песня на латинском языке. С нею в университетскую годовщину студенты шли к памятнику Ломоносова (см. С. И. Соболевский. Песня «Gaudeamus igitur» и ее история. — «Журнал Министерства народного просвещения», 1905, № 12).

Стр. 417. …в «Соборянах» Лескова есть один чудак-огородник… — Речь идет о старике Пизонском, герое «Соборян» Н. С. Лескова (ч. I, гл. 5). См.: Чехов и его среда, стр. 257.

Стр. 419. Вагнер из «Фауста» выкапывал червей… — См. Гёте. Фауст, д. I, сц. 1, 2, д. II, сц. 2).

Стр. 421. …об изгнании торгующих из храма. — Библейская легенда (Евангелие от Марка, гл. 11, стихи 15–17).

Стр. 422. …в Голицынской больнице. — Голицынская больница (ныне Первая городская — в Москве) основана князем Д. М. Голицыным в 1802 г.

Стр. 423. …в Татарском ресторане… — в Петровских линиях в Москве.

…в Ваганьковском кладбище… — В Москве.

Стр. 586 (варианты). Профессора спиритизмом занимаются… — В 80-е годы пропагандировали спиритизм профессор зоологии Н. П. Вагнер и академик А. М. Бутлеров.

Впервые — «Петербургская газета», 1886, № 323, 24 ноября, стр. 3, отдел «Летучие заметки». Подпись: А. Чехонте.

Включено в сборник «В сумерках», СПб., 1887; перепечатывалось в последующих изданиях сборника.

Напечатано также в сборнике «Детвора», СПб., 1889, повторено во 2-м и 3-м его изданиях.

Вошло в издание А. Ф. Маркса.

Печатается по тексту: Чехов, т. III, стр. 347–353.

Рассказ напечатан в сборнике почти без изменений. Текст в сборнике «Детвора» совпадает со 2-м изданием «В сумерках». Несколько поправок было сделано при подготовке собрания сочинений.

К. К. Арсеньев, отметив, что в области психологии детского возраста Чехов «чувствует себя как дома», писал: «Детвора, искусно затронутая им уже в „Пестрых рассказах“, опять появляется на сцену в „Событии“; радостная тревога Вани и Нины, вызванная рождением котят, изображена с добродушным юмором, завоевывающим сочувствие читателей» («Вестник Европы», 1887, № 12, стр. 773). О мастерстве Чехова в изображении детей и детской психологии писали также Л. Е. Оболенский, П. П. Перцов, В. А. Гольцев.

В 1889 г. Чехов получил очень теплое письмо от одной девочки-читательницы, подписанное «Л». Она писала: «Недавно я купила „В сумерках“, рассказы мне очень понравились, особенно „Пустой случай“, „Панихида“, „Событие“; узнала Ваш адрес в редакции „Осколки“ и собралась Вам написать. Дай бог силы Вашему таланту. Пишите. Таких, как Вы, теперь очень немного. Вам будут благодарны за Ваши сочинения» (ГБЛ).

Рассказ „Событие“ 22 апреля 1900 г. в присутствии автора был прочитан М. Ф. Андреевой на литературном вечере в Ялтинском городском театре («Крымский курьер», 1900, № 91, 25 апр.).

Об одном из публичных чтений рассказа свидетельствовал А. И. Куприн в письме к Чехову от 10 февраля 1903 г.: «На днях на одном вечере, посвященном исключительно Вашим произведениям, я читал „Событие“ <…> И покамест я читал о деревянной лошади, о жизни котят на даче, я чувствовал, что публика согревается, но трагический конец котят подействовал расхолаживающим образом. Тем не менее, как ни груба вообще наша публика, хотя бы и избранная, никто не засмеялся, когда лакей заявил, что собака съела котят, только внизу, подо мной, в оркестре пожарных музыкантов, кто-то хихикнул. Меня заставляли бисировать, и хотя я раньше наметил на этот случай кое-что, но мысль, что я именно Вас представил не так, как бы мне хотелось, до того удручила меня, что я больше не читал. Успех вечера был большой и очень теплый, задушевный» (ЛН, т. 68, стр. 389).