Древо ангела - Люсинда Райли

Когда они зашли через служебный вход, Дориан пошел повидать своего клиента, а Ческа направилась прямо к гримерке Саймона. Она ворвалась туда не постучав и обнаружила внутри уже зашедшую туда раньше группу поклонников. Протолкавшись сквозь них, Ческа подошла к Саймону, который говорил с кем-то, обхватила его руками за плечи и расцеловала в обе щеки.

– Милый, ты был просто чудесен! Какой дебют! Завтра ты будешь первой новостью города, вот увидишь, я тебе обещаю.

– Э-э, Ческа, спасибо.

Ава, которая так и осталась из-за толпы стоять возле двери, заметила, что он был слегка растерян от избыточных похвал ее матери. Тут он увидел ее, улыбнулся и, обойдя Ческу, направился прямо к ней.

– Привет, как ты? – мягко спросил он.

Она робко улыбнулась.

– Ничего, спасибо. Ты классно выступал.

– Спасибо. Я…

Ческа перебила их. Ее голос был как-то необычно визглив и резок.

– Саймон, увидимся на вечеринке.

– Э-э… Боюсь, Ческа, там только по пригласительным…

– Я приду как гостья Дориана, моего агента. Пошли, Ава, надо дать Саймону время поговорить и с другими. – Ческа буквально вытолкнула Аву из гримерки, в сторону служебного выхода, где их уже ждал Дориан. – Ава, дорогая, боюсь, у Дориана не найдется лишнего билета для тебя. Но почему бы тебе не зайти завтра в «Савой» позавтракать со мной?

– Мама, у меня лекции.

– Ну, тогда пообедать или поужинать. Обсудим это завтра. Доброй ночи, милая.

Ава смотрела, как Ческа удалилась под руку с Дорианом, который, обернувшись, беззвучно попрощался с ней, пока мать тащила его по улице. Усталая и подавленная, Ава пошла вдоль дороги искать автобус, чтобы вернуться в общежитие.

Когда она вошла в свою комнату, то заметила записку, которую кто-то просунул ей под дверь.

«Извини, – было написано там. – Забыла сказать, что кто-то по имени Мэри звонил тебе во время обеденного перерыва. Она сказала, чтобы ты срочно перезвонила ей. Твоя соседка Хелен».

У Авы пересохло во рту, а сердце застучало в груди. ЭлДжей…

Схватив горсть мелочи, она побежала к телефону-автомату. Было половина двенадцатого ночи, но она надеялась, что Мэри еще не спит и ответит на звонок. К счастью, так и случилось.

– Мэри, это Ава. Я только что получила твое сообщение. Что случилось?

– Ава, слава богу!

– Пожалуйста, говори! Это ЭлДжей?

Ава услышала всхлипывания на том конце линии.

– Нет, не ЭлДжей.

– Слава богу. Спасибо, Господи. Тогда что?

– Ава, это Марчмонт.

– Что с ним?

– Там был ужасный пожар. О, Ава, Марчмонт сгорел дотла. – Мэри заплакала по-настоящему.

– Кто-нибудь… пострадал?

– Твою мать никак не могут найти, а поскольку пожар начался ночью… никто не знает…

– Мэри, с моей мамой все в порядке. Я только что видела ее в Лондоне.

– Ну, слава богу, как хорошо! Я знала, что она туда собирается, но думала, что она хотела уехать утром, и… – Голос Мэри затих. – Ну что ж, хорошо, что ее не было в доме той ночью.

– Она сказала мне, что остановилась в «Савое». Я сейчас позвоню, оставлю ей сообщение. Она сейчас на вечеринке, и я не знаю, когда она вернется.

– Ава, я думаю, нам надо попытаться связаться с твоим дядей Дэвидом. У тебя есть список телефонов, которые он оставил на случай необходимости?

– Да. Я попытаюсь понять, где он сейчас может быть, и оставлю сообщение до востребования. Хотя никому не известно, сколько времени пройдет до того, как он его получит. Думаю, они все еще в Тибете. Послушай, Мэри, я сяду на первый же поезд и завтра буду в Марчмонте.

– Ава, нет! Ты и так уже очень много пропустила в первом семестре, я уверена, твоя тетя сказала бы то же самое. Кроме того, сейчас тебе нечего тут делать, правда же, совершенно нечего.

В телефоне раздались гудки.

– Мэри, прости, я должна отключиться, у меня кончается мелочь, а мне еще надо позвонить маме. Мы с тобой поговорим еще завтра утром.

Повесив трубку и тут же подняв ее снова, Ава узнала в справочной номер «Савоя» и оставила для Чески сообщение с просьбой как можно быстрее позвонить Мэри и ей самой. Вся дрожа, она вернулась по коридору к себе в комнату и расплакалась при мысли о том, что ее обожаемый Марчмонт сгорел дотла.

Не понимая, как она сможет теперь заснуть, Ава свернулась клубочком в кровати и лежала, дрожа и думая о том, как же все пошло совсем не так с тех пор, как в Марчмонт приехала Ческа.

В десять утра на следующий день Ава стучала в дверь номера Чески в «Савое». После очередной попытки дозвониться ей, услышав в ответ, что номер мисс Хэммонд заблокирован, она решила снова пропустить лекции и поехать туда лично.

– Мама, это я, Ава.

Через минуту дверь открылась, и Ческа, с размазанной под глазами тушью и взлохмаченными волосами, кинулась Аве на шею.

– Боже! Боже! Я только что говорила с Мэри. ЭлДжей никогда, никогда меня не простит! Ну почему это случилось, когда я была за главную? Они все будут винить в этом меня, конечно же будут!

Ава увидела выражение глаз матери. Оно было совершенно безумным.

– Ну конечно же не будут. Перестань, мама. Конечно же это был несчастный случай.

– Я… Я не знаю. Я не знаю…

– Мама, успокойся. Пожалуйста. От этого никому не станет лучше, и тебе самой в первую очередь.

– Но я… о боже…

– Послушай… Наверное, лучше будет позвать врача. Я…

– Нет!

Аву поразило, с какой неистовой силой прозвучал этот ответ Чески. Она увидела, что Ческа вытерла глаза мятым платком, и потом высморкалась в него. – Никакой врач совершенно не нужен. Теперь, когда ты пришла, со мной все будет в порядке.

– Ладно, но как насчет бренди или чего-то такого? Мне кажется, это полезно, когда у кого-то шок. Мне послать за ним?

Ческа указала на шкафчик в углу изящно обставленной гостиной.

– Посмотри тут.

– Хорошо. А ты пока пойди приведи себя хоть немного в порядок. Я налью тебе бренди, и мы обсудим, что же делать дальше.

Ческа уставилась на свою дочь.

– Как я только умудрилась родить такое существо, как ты? – сказала она и удалилась в ванную.

Ава налила в стакан бренди и сидела на диване, пока мать не вернулась. Она была бледной, но в безупречном порядке.

– Все, что я знаю, что там был пожар. Не могла бы ты попытаться объяснить мне, что же произошло.

– Ну, я уехала из Марчмонта в понедельник, что-то около восьми вечера. Мэри сказала, что Джек Уоллес позвонил ей рано