В чужом теле - Ричард Карл Лаймон

дальше. Навестить кого-нибудь из соседей?

Как насчет Мисс Вселенной?

"Этого только не хватало, -- подумал он. -- У меня и так достаточно проблем, чтобы еще запрыгивать сейчас в какую-то безмозглую красотку. Да и наверняка она сейчас спит".

Сейчас наверняка все уже спят.

Не все.

С высоты Нил видел бурную деятельность: вертолет кружил в небе недалеко от Сенчури-Сити; несколько авиалайнеров, направляющихся в международный аэропорт, вероятно, в десяти милях отсюда, пронзали посадочными огнями темноту; легковые автомобили и грузовики доставки тут и там бесшумно скользили по хорошо освещенным и малолюдным улицам; черно-белая полицейская машина остановилась на бульваре Пико и осветила район сине-красными вспышками, когда двое полицейских вышли и направились к светлому фургону. Он увидел тут и там нескольких людей, выгуливавших собак. Увидел кошку, перебежавшую дорогу и исчезнувшую под припаркованным автомобилем. В разных направлениях он видел освещенные окна, за некоторыми виднелись движущиеся фигуры: возможно, уборщиков, работавших в офисах высотных зданиях; людей на верхних этажах жилых домов, кондоминиумов и многоэтажек, которые по каким-то причинам все еще не спали и не потрудились задернуть шторы. В некоторых окнах мерцали телевизоры.

"Нет недостатка в выборе людей", -- подумал Нил.

Поохотиться за кем-нибудь интересным?

"Только лучше тщательно подойти к этому вопросу, -- предупредил он себя. -- У тебя только одна попытка за путешествие. Будет обидно оказаться в никчемном человеке".

Почему бы и нет? Почему не поэкспериментировать? У меня впереди вся ночь -- по крайней мере, сколько там от нее осталось. Я мог бы попрыгать туда-сюда, опробовать с полдюжины человек...

Под ним внутренний двор и бассейн его собственного здания выглядели заброшенными.

Он подумал, не следует ли ему быстро пролететь по своим комнатам, проверить обстановку.

И понял, что он обязан это сделать - теперь, когда подумал об этом. Иначе неопределенность будет его терзать.

Поэтому он спикировал вниз, перемахнул через перила балкона и через оштукатуренную стену в свою спальню. Вихрем метнулся под кровать, ворвался в шкаф и пролетел через его стенку в ванную. В ванне никого, в унитазе ничего.

Он двинулся дальше, огибая углы, просачиваясь сквозь стены и мебель, всюду выискивая в темноте признаки незваного гостя.

Ничего.

Опасности нет.

Он вылетел через парадную дверь, мягко врезался в мужчину и закричал.

(1) Роберт Малкольм Ракер (1932-2001) - американский художник-импрессионист из Луизианы, известный своими пейзажами дельты реки Миссисипи.

Сенчури Сити - один из жилых и коммерческих районов Лос-Анджелеса

Лаймон Ричард

В чужом теле. Глава 40

Глава 40

 

Распутин!

Он стоял, сгорбившись, прямо за дверью в квартиру Нила, и орудовал парой тонких стальных отмычек, глубоко погруженных в замочную скважину.

У Нила не было возможности его увидеть.

Он просто столкнулся с темной массой по другую сторону двери и испуганно вскрикнул.

Оказавшись внутри, Нил сразу узнал его.

Он почувствовал горячую боль от пулевых ранений. И дрожащее напряжение в мужчине -- отчасти страх, в основном возбуждение.

Ледяную дрожь в кишках.

Напряженность в пенисе, который упирался в переднюю часть брюк.

Бушующую странную дикость в его сознании.

Давай, давай, малыш. Ну же. Открывайся для папочки.

Хоть бы на сей раз этот гондон был дома. О-о-о, какой же это будет кайф. Хоть бы он был дома.

Давай, малыш.

Пока продолжался этот безмолвный монолог, разум Распутина проигрывал отложившуюся в памяти сцену о незнакомце, темной и неопределенной фигуре, стоящей в нескольких метрах от него во мраке среди деревьев, и стреляющей в него из пистолета. Как раз в момент, когда из дула вырвался огонь и грохот разорвал тишину, его разум переключился на новую сцену -- голый мужчина, пригвожденный к полу, кричащий и корчащийся. Распутин представил себя стоящим на коленях между раздвинутых ног мужчины, протягивающим вперед плоскогубцы...

"Предполагается, что это я?" -- удивился Нил.

Парень с пистолетом во тьме определенно был Нилом, который стрелял в Распутина воскресной ночью. Парень на полу, которого собирались обрабатывать плоскогубцами, четко видимый в фантазии Распутина, был ростом с Нила, но волосы и лицо были не те.

Это я. Они оба - это я. Он просто не знает, как я выгляжу.

И вот что он хочет со мной сделать.

Нилу не хотелось смотреть, что тот будет делать плоскогубцами.

Вылезай из него к черту!

Нет! Если свалить, я могу потерять его. Кто сказал, что он еще будет здесь, когда я вернусь...

Вернусь в своем теле и с пистолетом...

У меня, возможно, никогда не будет другого такого шанса. Выясни, кто он, где живет.

Узнай достаточно, и он ТВОЙ.

Как и вознаграждение.

Когда внимание Нила вернулось к мысленному фильму Распутина, парень, пригвожденный к полу, брыкался и кричал...

Нил увидел, что делают плоскогубцы.

И почувствовал как сморщивается его пенис, словно желая спрятаться.

Распутин был настолько погружен в свои фантазии, что его разум лишился голоса, и он, казалось, не замечал, что делают его руки. Но кончиками его пальцев Нил внезапно почувствовал, как внутри замка что-то щелкнуло.

И Распутин тоже это почувствовал.

Да! Четыре-пять, я иду искать, педрила сраный! Хоть бы сейчас ты был дома, а!

Он убрал отмычки в мягкий кожаный футляр, сложил его и сунул в карман брюк. Затем достал пару тонких резиновых перчаток и надел их.

Кончики пальцев на перчатках показались Нилу странными -- жесткими, а не мягкими. Они были чем-то покрыты -- возможно, лаком для ногтей или клеем -- в качестве дополнительной защиты, чтобы не оставлять отпечатки пальцев?

"Парень осторожен", -- подумал Нил.

Когда Распутин распахнул дверь, он представил Нила, стоящего в темноте с пистолетом и стреляющего в упор ему в лицо. Волна холодного страха окатила его тело.

"Ублюдок боится меня", -- понял Нил.

Хорошо!

Но страх нахлынул лишь коротким всплеском и сразу исчез, как только Распутин уставился в темноту комнаты и не обнаружил стоящего перед ним Нила.

Не туда смотришь, засранец. Я не перед тобой, я внутри тебя.

Распутин переступил порог и тихо закрыл дверь. Затем замер, прислушиваясь.

Ох, хоть бы ты был здесь.

"О, я здесь, не сомневайся!" -- подумал Нил.

Распутин, казалось, почувствовал, что в квартире пусто. Но не хотел признаваться в этом самому себе. Пока что, по крайней мере. Не хотел сталкиваться с разочарованием