Отчаянная и другие рассказы - Сергей Аникин

лежал на кровати под капельницей и в кислородной маске. Рядом находились три монитора, отображающие жизненные показатели мальчика. Справа от кровати на стуле сидел доктор, Кирилл Олегович Рогов. Он глядел на мониторы и что-то записывал в блокнот.

– Привет, милый, – сказала Ксения, наклонившись и поцеловав сына в щёку. Сергей слегка приоткрыл глаза.

– Ну, как дела чемпион? – несколько наигранно произнёс отец мальчика.

Мальчик не смог промолвить ни слова, во рту пересохло, и язык прилип к нёбу. Он с усилием растянул губы в улыбке, но она получилась очень печальной.

– Зачем все эти мониторы? – спросила мать. – Что случилось с нашим ребёнком?

– Это для того, чтобы мы могли наблюдать за состоянием вашего сына.

По одному из мониторов зигзагами бегала зелёная змея.

– Вот это – частота дыхания, здесь прослушивается его сердцебиение, а это – кровяное давление. Нам надо удерживать верхнюю цифру на отметке около девяносто, если давление будет падать, мы примем меры, нельзя допустить, чтобы оно опустилось ниже семидесяти. Давление семьдесят и ниже будет означать сердечный приступ.

Родителей, которые были вне себя от волнения, пригласили на консилиум в кабинет главного врача. Комната, в которую они зашли, была огромной, посреди неё стоял большой стол. В левом углу находилось несколько шкафчиков, вырезанных под старину из красного дерева. За огромным столом в строгом сером костюме и халате сидела главврач больницы Мария Павлова. Рядом с ней находился заведующий кардиологией Евгений Столяров. По правую руку от него была доска, на которой висели два рентгеновских снимка. Лампы дневного света ярко освещали весь кабинет.

– Здравствуйте! Присаживайтесь, пожалуйста, – с натянутой улыбкой сказала врач, представившись.

– Мы рады познакомиться, скажите, как дела у нашего мальчика?

Евгений встал с места и подошёл к светящейся доске:

– Этот снимок показывает нормальное сердце девятилетнего ребёнка, – указал врач на первый снимок. – А это – рентген вашего сына.

– Не надо нам читать нам лекции, просто скажите нам, что с ним? – вытирая слёзы с лица, выпалила Ксения.

– У него отёк легких. К тому же, как вы видите, сердце Сергея увеличено. Дело в том, что оно перекачивает недостаточное количество крови, чтобы свежая кровь вернулась в лёгкие с достаточным напором. Вследствие этого его сердце работает в усиленном режиме и может не выдержать нагрузки.

– Ему может помочь операция? – посмотрев в глаза Столярову, спросил Игорь.

– Я смотрю, вы далеки от корректирующей хирургии. Сердце Сергея не вернуть в нормальное состояние, ему нужно трансплантировать другое, или он умрёт.

– Подождите, но должен же быть выход? – Ксения заёрзала на стуле, и муж, чтобы подбодрить, взял её за руку.

– Есть один вариант. Ничего не делать, подержать его на лекарствах, обеспечить комфорт, насколько это возможно, – Мария полистала историю болезни Сергея и отложила папку на край стола.

– Я просто не понимаю, он же выглядел здоровым, занимался спортом и никогда не жаловался на плохое самочувствие, – растерянно пробормотала мать мальчика, вытирая слёзы.

Заведующий отделением подошел к кулеру, наполнил гранёный кувшин водой, которую разлил в изящные стеклянные стаканы, и предложил их родителям пациента.

– Кажется, что с ним всё в порядке, но со временем он всё чаще будет чувствовать постоянную усталость, а в один прекрасный день он заснёт и больше не проснётся. Я понимаю, что это сложно осознать, но вашему сыну осталось недолго. Вы можете провести отведённое ему время счастливо и затем попрощаться с ним, – сказал Столяров.

– О, господи, поверить в это не могу! – заплакала с новой силой Ксения.

– Трансплантация – это очень рискованная операция, ваш сын может умереть на хирургическом столе, – продолжила главврач.

– Сколько он протянет без операции? – спросил Игорь, боль и страх которого комом застряли в горле.

– Недолго. Месяц, неделю, а может, и день…

Родители Серёжи были сражены горем. У них не укладывалось в голове, что их единственный ребёнок, их дорогая и любимая кровиночка, скоро может умереть.

– Я не верю, что нашего ребёнка нельзя спасти. Скажите, если бы это был ваш ребёнок, что бы вы сделали? – после недолгого молчания хрипло произнёс Игорь.

– Трансплантацию, я бы постарался его спасти, – пожал плечами Евгений.

– Тогда мы согласны на трансплантацию.

– Вы уверены?

– Да, если другого выхода спасти нашего сына нет, проведите операцию.

– Хорошо, мы внесём Сергея в лист ожидания. – Евгений взял папку с историей болезни мальчика, перелистнул несколько страничек и начал вглядываться в записи. – Так, у него вторая положительная, это нам на руку, группа крови довольно распространённая, так что, надеюсь, ждать придётся недолго.

– Вы должны знать, что трансплантационная хирургия очень дорогая, – вмешалась в разговор Мария. – Сама операция, зарплата врачам, послеоперационный присмотр – это всё обойдётся в копеечку.

После названной суммы родители мальчика пребывали в шоке.

– Вы знаете, мы не сможем найти всю сумму сразу, – сказал Игорь.

– Можно оплачивать постепенно, но чтобы внести вашего сына в список, потребуется заплатить хотя бы 30 процентов от общей суммы.

– Вы требуете космическую сумму, у нас нет таких денег.

– Наш сын умирает в больничной палате, а вы только и можете говорить о деньгах! – вспылила Ксения.

– Не нужно здесь орать! – обрубила её Мария. – Чтобы спасти вашего сына, придётся заплатить.

Игорь и Ксения вышли из кабинета главного врача. Их несчастные и усталые лица были словно отлиты из свинца и посыпаны пеплом. От слёз глаза и нос распухли, но это мало волновало убитых горем родителей. Они зашли в палату к сыну попрощаться и отправились домой. Тем временем на улице не на шутку разыгрался ливень. Промокшие до нитки, муж и жена зашли в автобус, который очень вовремя подъехал к остановке. Пассажиров почти не было, что неудивительно для столь позднего часа. Автобус ехал медленно, словно нехотя, разрезая гладь луж колёсами.

– Что у вас за проезд? – ненадолго отвлекла Филатовых от горьких мыслей кондуктор.

Игорь протянул деньги, женщина отдала два билета и ушла на своё место. До дома они доехали за 10 минут. Пустая квартира встречала их теплом, в котором, хоть и ненадолго, но можно было вернуть веру в то, что всё будет хорошо. Ксения прошла на кухню и поставила на плиту чайник. В это время раздался звонок в дверь. Игорь вышел в коридор и, прежде чем открыть, посмотрел в дверной глазок. Около двери стояла хозяйка их квартиры Наталия Головкина.

– Вечер добрый. Я пришла за деньгами, если помните, вы задолжали мне за квартиру за два месяца, – недовольно сказала женщина, как только мужчина открыл дверь. – Ещё и прячетесь. Почему я допоздна должна вас караулить?

– А можно спокойнее себя вести, – выйдя в коридор, парировала Ксения.

– Не указывай мне, что делать.